Экспансия: Прибытие. Том 1 - Дмитрий Дорничев

Приметил, как её взгляд начал блуждать по моему телу. Сравнивает с этими снимками? Тогда чего на её щеках появился румянец.

— И, может, вы уже оденетесь? Сканирование давно закончено.

— Я думал, врачи не слишком сильно заморачиваются по этому поводу, — улыбнулся я и, сойдя с кровати, принялся одеваться.

Быстро натянув футболку и штаны, пересел в небольшое, но удобное кресло, расположенное возле рабочего стола.

— Может, я и врач, но ещё и одинокая девушка, — вздохнула Морозова и тут же улыбнулась. Вот и пойми этих загадочных созданий. То ли обиделась, то ли просто пошутила.

— Так что там насчёт моего тела, и что с ним не так? — решил я уйти от скользкой темы. На отношения и прочее у меня сейчас, мягко выражаясь, нет времени.

— У вас обычное человеческое тело, и оно не справляется с поступающим объёмом эфира. Да, оно пытается перестроиться и подогнать его под эфирное сердце, но не может это сделать так быстро, — Морозова поднялась со стула и, подойдя к небольшому шкафчику, принялась в нём рыться.

— Тогда почему на других планетах этого не происходит? Я знаю рода, которые могут себе позволить десятками поглощать кристаллы тримития. Не сказал бы, что они все как на подбор Аполлоны и Афродиты, хотя и живут немало. Но это уже скорее последствия селекции, — я с интересом наблюдал, как торжествующе воскликнувшая женщина достала из шкафчика небольшую колбу с подозрительно светящейся жидкостью.

— Те кристаллы, что используются в Империи, по сравнению с местным эфиром, значительно слабее. Они тоже меняют человека, но медленно, едва заметно, — поставив сосуд на стол, она достала из тумбочки два бокала и, аккуратно разлив по ним жидкость, протянула один из них мне. — Здесь же организм попросту не успевает перестраиваться, нагружая нервную систему, пытающуюся совладать с поступающим эфиром.

— Алкоголь? Вы же знаете моё отношение к спиртному на борту, — я принюхался к содержимому, но уловил лишь слабые фруктовые нотки.

— Ничего такого, — улыбнулась в ответ Морозова и, присев на стул, скрестила ножки, обтянутые чёрными чулками. — Всего лишь коктейль из нейролептиков, успокоительных и местных фруктов. Для вас сейчас самое то. Успокоит нервную систему, сбросит напряжение и позволит спокойно выспаться. Нам сейчас нужен собранный, а не шатающийся от перенапряжения командир.

— Приятно, когда команда о тебе беспокоится, — я отпил из бокала и почувствовал, как защипало на языке. — А недурственно. Я бы посоветовал вам запатентовать этот рецепт. Мне кажется, он будет пользоваться успехом в барах столицы.

— Кто о чём, а вы всё о выгоде для рода. Наверное, именно поэтому мы и поддержали вас в этом опасном мероприятии, — заливисто расхохоталась Анастасия, откидывая роскошные волосы назад.

— И я ценю это! — подняв бокал, звякнул о её, стоящий на столе. — Анастасия Олеговна, ещё вопрос. Как определить, когда организм подошёл к пределу? Не хотелось бы во время охоты потерять сознание в самый неподходящий момент.

— А никак, только опытным путём, — покачивая бокалом в руках, после минутного размышления ответила женщина. — Поэтому я очень рекомендую вам развивать не только дар, но и тело. Во время сражения старайтесь контролировать эфир и не допускайте полного опустошения ядра. Чем меньше вы израсходуете собственной энергии, тем меньше в вас вольётся чужой.

— Звучит не очень, уж слишком это ограничивает боевые возможности, — покачал я головой и опустошил бокал одним глотком.

— Это только по первости. Как только переступите физиологический барьер, укрепите нервную систему, и мозг будет способен контролировать работу ядра, думаю, вам будет, чем удивить противника, — обнадёжила меня Морозова и с сожалением посмотрела на пустой стакан.

Перевела взгляд на колбу, в которой ещё плескался коктейль, потом на меня. Прищурилась, но, покачав головой, прикрыла колбу крышкой и убрала куда-то под стол.

— Думаю, вам сейчас стоит хорошенько выспаться, Игорь Владиславович, — с нажимом произнесла женщина, и я понял, что лучше последовать её совету.

— Доброго вечера, Анастасия Олеговна.

Откланявшись, добрался до своей каюты, по-быстрому принял душ и, не расправляя кровать, со стоном рухнул на неё. Стоило только ощутить под собой мягкую поверхность, как глаза закрылись сами, а в голове успела мелькнуть лишь одна мысль: “Надеюсь, завтра утром эта чёртова буря уже закончится!”

Глава 8

Утро следующего дня началось с хороших новостей.

Здоровый сон снял недомогание, так что, поднявшись с кровати, я ощутил себя словно заново рождённым.

Тем не менее, памятуя о вчерашнем разговоре с Морозовой, по-быстрому принял душ и направился в импровизированный спортзал. Нужно было как можно скорее прокачать телесное, дабы оно поспевало за духовным.

Несмотря на столь ранний час, в ангаре безлюдно не было. У дальней стены, где располагались стойки для доспехов, позёвывая и размахивая чашкой с кофе, бродила Шпилька. На ринге уже была тройка бойцов, которые, увидев меня, встали по стойке смирно. Махнув им рукой, мол, продолжайте, сделал разминку и трусцой пустился по большому кругу.

Пробегая мимо Шпильки, вспомнил что вроде обещал поговорить с её отцом, но, судя по тому, что девушка была в прекрасном настроении, от Сидоровича она успешно скрывалась. Так что это дело потерпит до конца тренировки.

Намотав десяток кругов, почувствовал, что достаточно разогрелся для того, чтобы помахать кулаками. Зайдя в квадрат, огороженный чисто для вида, махнул прохлаждающемуся на скамейке разведчику, ожидавшему окончания очередного спарринга.

— Правила стандартные. Бой до признания поражения одним из участников. Ну или до того момента, пока один из вас не останется стоять на ногах, — ухмыльнувшись на последней фразе, вызвавшийся быть судьёй мужчина взмахнул рукой.

Мой противник, демонстративно крутанув тренировочный меч в руке, ринулся в атаку. Какое-то предсказуемое начало…

Схватка продлилась почти пять минут, закончившись лишь тогда, когда упёртый мужчина уже физически не смог подняться на ноги. Причём у меня сложилось впечатление, что последнюю минуту он атаковал на автопилоте, в то время, когда сознание уже безоговорочно капитулировало.

И тем не менее, ему удалось задеть меня, так что, закончив вкачивать эфир в бессознательную тушу бойца, я прижал ладонь к плечу, сводя намечающийся синяк.

— Как очнётся, скажете ему, что удар засчитан, — сказал я парням, подхватившим товарища, чтобы освободить место для следующей пары.

— Вот же везучий чёрт, — с завистью в голосе произнёс один из них. — Надо бы запомнить этот финт.

— В следующий раз уже не поможет, — огорчил я его, тоже выбираясь с ринга.

Пять лет назад, когда я только принял главенство над родом,