XVII. Де Брас - Игорь Александрович Шенгальц

Ну а кто рассказал обо всем кардиналу? Леди Карлайл, собственной персоной. Значит, она в Париже. Но это не главное. Важнее, что она настолько близка к Ришелье, что в день своего приезда имеет возможность пообщаться с ним. Что же это значит? Очевидно, она — его агент. Причем, не рядовой, а особый, эксклюзивный. И дела ей, соответственно, поручаются из разряда тех, что могут повлиять на всю внешнюю или внутреннюю политику Франции, а я, значит, влез по незнанию в эти игры и чем-то помешал их планам.

Все это стремительно промелькнуло в моем сознании, но в ответ я лишь низко поклонился и сказал:

— Ваше преосвященство, понятия не имею, о ком вы говорите! Я бы никогда не помог человеку, виноватому перед Короной. И, разумеется, я не имею ни малейшего отношения к похищению той вещи, о которой вы изволили мне рассказать, и если я только хоть чем-то могу помочь…

Ришелье лишь отмахнулся, не желая вступать со мной в дебаты.

— Значит так, барон. Если вы не хотите опять стать лишь шевалье, или и того хуже, вы вернете в трехдневный срок то, что было похищено. Таков мой приказ! А сейчас идите, у меня еще много дел…

Я вышел в некоторой растерянности. В целом ситуация сложилась простая: Атос выкрал нечто у миледи, кардинал об этом знает, и я должен отобрать сей предмет и отдать его обратно, иначе мне конец. При этом сегодня вечером я вызвался сопровождать Армана на некую встречу в Булонском лесу, которая, кажется, как раз и касается этой темы… а, значит, весьма вероятно, что искомый предмет уйдет на сторону, и потом ищи ветра в поле…

На улице шел дождь. Ветер кружил в воздухе разноцветные листья перед павильонами на Королевской площади. Недовольно всхрипывали лошади у соседнего подъезда, вынужденные мокнуть на улице. Гвардейцы же, охраняющие вход, более мной не интересовались, они выполнили поручение, иное их не волновало.

Я потуже натянул шляпу на голову, запахнулся в плащ и пешком пошел обратно через город.

За всеми делами день перевалил за половину, а я еще даже не завтракал. В животе урчало, молодой организм требовал пищи.

Оглядевшись по сторонам, я приметил на другой стороне улицы кабак с поблекшей за годы вывеской «Во славу Короны!», куда я немедленно и зашел.

Публика тут водилась сомнительная, но за столами я заметил и пару скромно одетых дворян с разбойничьими лицами, потягивавших напитки из огромных кружек, так что решительно занял, по своему обыкновению, самый дальний стол в углу и громко крикнул хозяина.

Тот не замедлил явиться, сходу оценив мою явную платежеспособность, и склонился в глубочайшем поклоне.

— Тащи, что у тебя там есть, да побольше! — напутствовал я его, поощрив парой монет.

Еда в кабаке оказалась грубой, солдатской, но сытной и вкусной. Гороховая каша на свиных шкварках, темный хлеб, несколько ломтей ветчины, отрез сыра и, конечно, вино, причем, даже не разбавленное. Видно, хозяин побоялся моего гнева и выставил лучшее из того, что у него имелось.

Совершенно не переживая об отсутствии молекулярной кухни и мишленовских звезд, я насытился настолько, что даже чуть ослабил пояс.

Черт подери, теперь придется посидеть тут с полчаса, пока пища хоть немного не усвоится организмом, а то даже шевелиться лень.

И в этот самый момент, когда я слегка расслабился и отхлебнул очередную порцию вина, ко мне подошли те самые дворяне, на которых я обратил внимание, едва войдя в зал.

Дьявол! Неужели, будут задираться? Как же мне не хотелось в эту минуту драться, клянусь всеми распутными монашками!

Но дворяне вели себя мирно.

— Сударь, не желаете ли составить с нами партию в кости? — любезным тоном поинтересовался один из них. — Скучный день, хочется хоть чем-то его скрасить!

Понятно, очередные каталы-разводилы. Ищут, кого бы обобрать. Я — один, их — двое. Может, кстати, и больше, но остальные пока не показываются, предпочитая посмотреть, как будут развиваться события. Либо же никакой скрытой помощи не было, и эти двое рассчитывали исключительно на собственные силы.

— Нет желания, — коротко ответил я, нащупывая левой рукой дагу на поясе. Рапира, к сожалению, лежала справа на лавке, и одним движением я бы не успел ее выхватить из ножен, а пистолеты вообще остались дома.

— Не верите в свою звезду? — чуть прищурившись, продолжил допрос дворянин.

И мне это быстро надоело.

— Вам сказано, сударь, у меня нет желания играть! Еще вопросы?

Оба смерили меня оценивающими взглядами, прикидывая, стоит ли со мной связываться или лучше поискать жертву попроще и посговорчивее. К сожалению, они видели мой кошель, из которого я столь демонстративно доставал монеты для хозяина кабака, и кошель не выглядел тощим. Это сыграло ключевую роль.

— Я вижу, сударь, вас в детстве не научили манерам? Так мы поможем вам в этом! Не желаете ли выйти с нами на задний двор, чтобы получить бесплатный урок?

Признаться, даже я удивился их наглости и бесцеремонности. Затеять дуэль практически в самом центре Парижа — на это должны иметься веские причины, и либо это банальные жадность и тупость, либо же острая нужда. Я вспомнил, что кроме кружек, в которых, скорее всего, было налито дрянное пиво, ничего на столе у них не стояло.

— Хотите драться, господа? — уточнил я, поднимаясь на ноги и цепким движением взяв ножны в левую руку, тут же оголил клинок. — Желаете вдвоем против одного, или все же по очереди?

Выглядел я настолько спокойным и уверенным, что они вновь начали переглядываться. Что-то их во мне смущало, то ли клинок в руке, то ли абсолютное отсутствие страха. Обычно люди ведут себя иначе перед поединком. Я же еще не отошел от обеда, слегка осоловев от обилия пищи, и желал в случае схватки прикончить мерзавцев как можно скорее и пойти домой немного подремать. Ведь на вечер у меня уже имелись планы.

И все же они рискнули. Мы вышли во внутренний дворик, закрытый со всех сторон высокими стенами. Дождь лил все сильнее, я мгновенно промок насквозь, оставив и плащ и шляпу внутри кабака.

Хм, а впервые ли они проделывают такой фокус с гостем заведения? Не в доле ли и хозяин кабака, и не он ли потом прячет трупы жертв. Да у нас тут настоящее логово серийных убийц! Вот так номер!

Игривое настроение мигом с меня слетело, и именно поэтому