Седьмой Рубеж - Жорж Бор

Не того полета птицы, Дирик. — произнес староста. — Сам посуди. Орда в город пролезла и ты сам это видел. Вчера Стражи Границ прошли, а значит в округе тварей не осталось. Если бы двойка Серых прошла или четверка хотя бы, то может и обошлось всё в Светлом. А десяток герцог только на зачистку поселения отправить мог. Иначе не было нужды столько лучших магов в одно место отправлять. Так что погиб Светлый, а скоро и стен от него не останется. Придется нам до Калиры зерно возить, если граф позволит. До Биреса ближе вдвое, но там через Рыжий лес дорога идет. Вряд ли нам охрану выдадут. Тогда никакой выручки не хватит…

На лицах людей появилось мрачное выражение, словно над деревней нависла очень серьезная угроза. Чтобы не находилось в Рыжем лесу, встречаться с этим жители деревни не хотели. Я сделал ещё одну отметку в Кладовке и решил, что поговорю об этом с Джеро немного позже. Общительный парнишка вряд ли будет против поделиться информацией. Гораздо больше меня сейчас интересовал отряд Серых Стражей.

— Зачем какая-то зачистка, если город всё равно сровняют с землей? — удивленно спросил я. Возможно, староста что-то напутал. Одно дело — обработать поселение растворами, чтобы заражение не распространилось дальше. Для этого годились и обычные воины. Магов высокого ранга для этого привлекать не было никакого смысла.

— Ты в подполе что ли до прорыва просидел, Дирик? — озадаченно спросил Барис. — А вдруг в Светлом Проклятые промышляли? Или ещё кто тварей привлек? Вот разберут Серые город по камешку, проверят, чтобы никакой магии запретной не было, да возмущений стихийных, тогда и начнут зачистку.

— То есть… — стараясь не выдать своё напряжение, произнес я. — Они приехали изучать магический фон? Или как это называется?

— Может и фон. — пожал плечами староста. — Мне-то почем знать? Одно точно известно, если в Светлом что-то странное произошло, Серые Стражи это непременно узнают и доложат герцогу Рикеру. А там уже не уйти виновным от казни.

— Почему сразу казни? — понимая, что в городе уже работает группа ищеек, спросил я.

— Положено так потому. — наставительно ответил Барис. — Эдиктом Императора. Ежели заподозрен будет кто в связи с Проклятыми, то подлежит немедленной казни. Каждый, в ком хоть искру западных тварей найдут, тут же убит должен быть на месте.

Я невидяще уставился в пространство перед собой, пытаясь понять, что мне делать с этой информацией. В это время, где-то на краю моего сознания, широко скалился Кукловод, который вытащил моё сознание из холодного мрака.

Глава 8

Это была откровенно хреновая новость. На момент проведения ритуала, контакты с западными монстрами ограничивались прямым боем. Ни о каких заражениях людей речи не шло. По всей видимости, за время моего отсутствия, многое изменилось. Если твари научились заражать людей, то ничего удивительного в приказе императора не было. Может где-то в глубинах магических академий и разбирали на части зараженных людей, но все жители империи были обязаны убивать подобных существ при любом подозрении.

Уверен, в первое время после выхода этого указа, аристократы устранили массу неугодных личностей. Судя по спокойствию Бариса, действовало это распоряжение очень давно и даже деревенские жители о нём прекрасно знали.

— Неужели такое возможно? — потрясенно произнес я и мне даже не пришлось притворяться. Сам факт того, что кто-то из людей мог мутировать в чудовище, уже был ужасен. Это означало, что заражение западной части континента вышло на совершенно другой уровень.

— Ещё как! — охотно подтвердил Джеро. — Лет десять назад император целый род барона Ригхита вырезал. Наследник барона оказался слишком слабым, чтобы попасть в столичную академию магии и отец решил ему помочь. Заодно и свои силы увеличить за счёт запретных знаний. Серые Стражи опознали в баронете Проклятого и убили. А когда добрались до владений его отца, то выяснилось, что в подземелье замка уже созрело целое гнездо тварей. Шуму было! Ужас!

Парень рассказывал совершенно жуткие вещи с таким одухотворенным лицом, что мне захотелось ему врезать. Достичь могущества можно было разными путями. В моё время некоторые маги заключали контракты с демонами ледяного мира, но это ни разу не закончилось ничем хорошим. Обычно я находил таких умников раньше и лишал головы. Однажды пришлось для этого закрыть портал в мир холода, чтобы демоны не смогли защитить своего повелителя. На том месте осталась настоящая стеклянная равнина. Может и сейчас ещё есть.

— Ты вот что, Дирик. — произнес Барис. — Подумай хорошенько о том, как жить дальше. В деревне можешь оставаться сколько хочешь, но бездельников у нас не любят. Если решишь задержаться больше, чем на пару дней, то Джеро покажет тебе, где найти инструменты. Можешь работать в поле с остальными. Глядишь и приживешься.

— Спасибо, Барис. Я подумаю. — кивнул я. Предложение действительно было щедрым, но воспользоваться им я не мог. Уже сейчас меня тревожила мысль о том, что Серые могут найти в городе следы моего появления.

Как именно выглядел процесс переноса я сказать не мог. Подобные ритуалы требовали тщательной подготовки и соблюдения множества условий. Пару раз я возвращал души из-за грани, но это были единичные случаи, к которым мы готовились очень долго. Посреди поля боя провернуть такое было не под силу даже мне. Если только рядом не было подходящего артефакта и запаса зелий, которые стоили золотом по своему весу вместе с фиалом.

У пацана ничего подобного не было. Безделушку на груди за что-то серьезное я не считал. Родовые амулеты подобного типа всегда пользовались популярностью у простого народа и иногда даже работали. Если несколько поколений их обладателей искренне верили в ценность своего оберега.

Сильных магов я рядом тоже не заметил. Единственным, кто подходил на роль мага, был командир дядьки Ивара. Но он, к моменту моего пробуждения, был безнадежно мертв. И причиной его смерти стал не сложный ритуал, а банальный Кузнечик.

Единственным, что меня обнадеживало, как бы странно это ни было, оказался Ветер Перемен. Ритуал последнего шанса не только уничтожал всё живое в зоне своего действия, но и перепутывал все магические потоки до состояния полного хаоса. Что-то разобрать в этом месиве можно было только при огромном опыте. Если и был какой-то след переноса моего сознания, то найти его будет очень сложно. А вот с обычными следами дело обстояло значительно хуже. Меня могло