Индейский трон, или Крест против идола - Андрей Посняков

…Его неотступно преследовал вчерашний вопрос: что для него вера – некая совокупность идей или хитроумный способ утешить самого себя?

Франсуа Мориак.

«Поцелуй прокаженному»

После возвращения экспедиции из Семпоалы корабли во главе с Монтехо и Аламиносом ушли в Испанию с грузом золота, в том числе предназначенного и на взятки для должностных лиц, и льстивыми заверениями Кортеса в совершеннейшей преданности Его наихристианнейшему Величеству королю Карлу.

И, конечно же, Кортес строго-настрого запретил заходить на Кубу… Но, как впоследствии, много-много лет спустя, напишет Берналь Диас дель Кастильо в своей знаменитой «Правдивой повести», один из поверенных Кортеса, Франсиско Монтехо, «назойливыми просьбами принудил Аламиноса подойти к его кубинскому поместью, чтобы там забрать свежие припасы… а глубокой ночью во время стоянки отправил одного матроса с письмами для Диего Веласкеса». И – для кое-кого еще.

Друг и учитель Сиуа кормчий Антон Аламинос, таким образом, покинул берега Мексики, а другим капитанам было вовсе не до любознательного паренька, и можно сказать, что учеба его на том и закончилась, хотя по привычке подросток все так же посещал корабли, выбрав себе вместо огромного красавца «Сан-Кристобаля» юркую каравеллу «Санта-Инес», где теперь и пропадал почти все время.

– Ну? – спросил его Куатемок как-то утром. – И чем же каравелла отличается от каракки?

– Немного парусами, – не задумываясь, отозвался юноша. – На каравеллах, особенно небольших, все-таки больше используют косые, латинские, но не всегда… Главное отличие в обшивке, «карвель» – гладкая, встык, а на каракке – внакрой.

– Внакрой, наверное, надежней.

– Пожалуй. Зато «карвель» куда как быстрей.

Принц улыбнулся:

– Вижу, вижу, встретил ты наконец свою любовь. Зовут – «Санта-Инес»!

– «Святая Инесса» – удобное в управлении и очень быстроходное судно. Пусть и маленькое… но там целых десять небольших пушечек, они называются – фальконеты. Знаешь, а я уже умею стрелять!

– Моряки научили?

– Они. Хочу сказать тебе кое-что. – Суиа нервно оглянулся по сторонам (приятели как раз прохаживались по берегу, глядя на волны и маячившие в отдалении корабли) и, понизив голос, продолжил: – Они хотят бежать на Кубу!

– Кто?

– Да многие моряки. Им не нравятся здешние болота, москиты, болезни… И воевать они не очень-то хотят – многие против большого похода, а ведь сеньор Кортес вполне может использовать матросов, просто сняв их с кораблей. Многие против и хотят уйти.

Замечательно! – чуть было не воскликнул Куатемок.

Пусть, пусть уходят, чем меньше солдат будет у Кортеса, тем лучше… хотя, конечно, причина успеха конкистадоров вовсе не в количестве воинов, но все-таки в таком деле каждое лыко в строку.

– Но я с ними не пойду. – Юноша покачал головой. – Останусь с тобой, вождь.

Принц задумчиво посмотрел на своего юного приятеля:

– Постой-ка, дружище. Откуда ты все знаешь? Что, моряки тебя не таятся?

– Нет. – Сиуа растянул губы в улыбке. – Видишь ли, многие вообще не знают, что я говорю по-испански. Да и вообще, кому охота обращать внимание на какого-то там юнгу.

– Это хорошо. И все же приказываю тебе быть очень осторожным, друг мой! Кортес очень хитер… как и его женщина.

Сказав так, Куатемок как в воду глядел: не прошло и четырех дней после отплытия кораблей Аламиноса и Монтехо, как часть моряков попыталась бежать на Кубу… попыталась неудачно – на судне, естественно, имелись информаторы, загодя предупредившие капитанов.