На дальних берегах. Том первый - Sgtmadcat

— Вы считаете меня хорошим парнем, синьора?

— Да. Глупым, но хорошим. Просто перестань вестись на обложки. И перестань называть меня на «вы». Я подглядела в записи Доктора — ты старше меня на два года.

— Серьезно?

— Да. Мне просто пришлось очень быстро взрослеть.

— Я слышал твою историю… Это печально.

— Печально. И ужин со свечами такую хуйню не лечит.

— А что лечит?

— Не знаю. Время, может быть. Нахуй это все. Давай поговорим о чем-то кроме меня и твоего желания мне впендюрить.

— Зачем все так утрировать!?

— Чтобы ты не забыл, с кем имеешь дело. Расскажи о себе. Я слышала, что семья Брингези очень богата и влиятельна. Почему ты оказался тут?

— О, мамма-миа! — Марио искренне расхохотался, — Семья Брингези… Нет, ты, безусловно, права и князья Брингези могут ни в чем себе не отказывать.

— Ты не из тех Брингези?

— Все очень сложно. Дело в том, что князь Лоренцо Брингези был очень любвеобилен…

— Прямо как ты?

— Да. Меня постоянно с ним сравнивали. А еще князь имел широкую душу и признавал всех своих внебрачных детей, давая им свою фамилию. Так что Брингези много. И далеко не все из них богаты и влиятельны. Незаконнорожденные титул унаследовать не могут, поэтому мои предки, несмотря на фамилию, всего добились сами. Мой пра-пра-прадед, отчаянный кондотьер Гильермо Брингези, чудом уцелевший во время похода в земли киттов, был посвящен за свое мужество в дворянство, а его сын и, соответственно, мой… Или Гильермо был не пра-пра-прадедом..?

Марио замолк углубившись в расчеты. Принцесса зная, что фессалийцы могут заниматься выяснением того, кто чей потомок часами, махнула рукой, показывая, что это не так принципиально.

— Мамма-мия! Мне просто стыдно, что я забываю свою родословную!

— Я так понимаю, дома тебе приходилось чаще в этом практиковаться? У вас же там важнее, кто твои родственники, чем кто ты сам?

— Но! У нас не все так плохо! По крайней мере не в тех кругах, где я вращался. Но я понимаю, что тебя это утомляет?

— Нет, просто ты так смешно об этом беспокоишься. Хотя — не мне об этом говорить. У меня все проще. Одна пиратка и целая когорта бездельников, проматывающих её сокровища. В твоем роду, по крайней мере, были люди достойные, так что продолжай — мне интересно.

— О да! Так вот: сын Гильермо — Рикардо Брингези, за храбрость в битве при Севее, получил небольшое имение рядом с городом. Там моя семья проживает и поныне. Севея известна своей школой фехтования которую так и называли: «Севейская». Мой дед, Бернардо Брингези, был великим мастером клинка, так что он взял оттуда все самое лучшее и развил, создав свою, «Новосевейскую» школу. Отец продолжает дело деда. Он тоже учитель фехтования. Дело в том, что поместье дает очень скромный доход, поэтому приходится искать дополнительные средства заработка.

— А почему ты не стал этим зарабатывать? Ты же, как мне сказали, превосходно фехтуешь?

— Отец понимал, что мода на дуэли не вечна. Возможно, их вообще скоро запретят. Поэтому он хотел, чтобы я стал офицером. Военная служба — это гарантированный кусок хлеба. Ремесло и торговля, по понятным причинам, всерьез не рассматривалась. Мы хоть и не особо знатные и богатые, но все-таки дворяне.

— Тебе не кажется это смешным?

— Я смотрю на это все проще, но отец… Ему это было важно. Он приложил много сил, чтобы меня приняли в Пистольеры… Поэтому, когда меня отчислили, я не смог показаться ему на глаза и решил уйти в море. До меня дошли слухи, что в Герсии стоит вольный корабль, который набирает экипаж. Дело в том, что мой дядя Винченто, как бы это сказать поделикатнее..? Он не последний человек в Семье.

— Он из мафии — я поняла.

— Они не любят этого слова.

— Почему?

— Сразу вспоминаются всякие фильмы, криминальные романы. А они, в большинстве своем, просто деловые люди, которым ни к чему такая слава.

— Раньше бы я отнеслась к подобным заявлениям скептически… — скривилась Принцесса, — Но, глядя как тут ведут бизнес вполне себе респектабельные компании с Континента и Амена, вынуждена с тобой согласиться.

— Ну да. Семья не чурается насилия, но до такого они еще не дошли. Все-таки, у них есть какой-никакой кодекс чести.

— Понятно. То есть ты сюда попал по протекции дяди?

— Но! Перед тем как отчислить, меня в «Корпусе Пистольеров» успели все-таки, чему-то научить. Так что я сдал Капитану экзамен по навигации и могу с гордостью заявить, что, как и мои славные предки, своего места добился сам!

Принцесса, улыбнувшись, изобразила аплодисменты. Польщено раскланявшись, Марио взъерошил пятерней кудри, не зная, о чем еще говорить.

— А за что тебя отчислили? Ты, наверное, сто раз рассказывал, но я, если помнишь, с вами недавно.

— Из-за дуэли. Курсантам они запрещены.

— Боятся, что столько горячих парней в одном месте просто перережут друг друга?

— Разумеется. А кроме того — представь, что будет, если кто-то вроде меня, проткнет на дуэли кого-то вроде сына князя Диавинетто?

— Вендетта?

— Ну, эта традиция за пределами Лоски уже подзабыта, но да — проблем будет много. И у руководства Корпуса в том числе.

— Но вы все равно дрались?

— Разумеется!

— И из-за чего подрался ты?

— Из-за девушки, само собой! Хотя этот Лука давно напрашивался. Знаешь такой тип людей, которые не умеют молчать когда надо?

— Да. Фессалийцы называются…

— Че палле, зачем ты так о нас!? Хотя признаю — мы любим поболтать… Но этот Лука был не безобидным болтуном. Он жутко злословил о всех. Я тогда крутил интрижку с одной прелестной девушкой. Ничего серьезного и она это понимала, но все равно была со мной очень мила. И, когда он высказался о ней грубо, я врезал ему по морде. При всех. И вызвал его. Так же при всех. После отбоя мы встретились в парке. Я легко его разделал и дело кончилось царапиной.

— Но об этом узнали?

— Да. Как я и сказал, Лука был болтуном. Он немедленно растрепал об этом. Поскольку обошлось без большой крови, командование было склонно все замять… Но этот кольоне, умудрился разболтать об этом своим родителям!

— Приехала мама?

— Порка мадонна, ДА! Я знаю, что есть такой стереотип, что Фессалийцы поголовно маменькины сынки, но каца ролла, ты же пистольер!!!

Марио, рассказывая это, непроизвольно начал так экспрессивно жестикулировать, что Принцессе пришлось немного