Тридцать три процента - Сергей Викторович Ванюков

Максимова.

–Не рад? Удивлён. Вот, значит, как ты друзей

встречаешь. Одежду-то хоть дай.

–Там в шкафу. Сам найдёшь. И предупреждаю

сразу, если залезли в очередное дерьмо, стало

быть, вам там уютно. А меня увольте. Я в вашу

экзотику больше окунаться не собираюсь.

–Успокойся. Я просто в гости заглянул.

Очень хотелось узнать, как выглядит человек,

побывавший в желудке у динозавра.

–Ну и как?

–Для переваренного неплохо.

Первый литр пили молча, не чокаясь. На втором

язык у Алексея развязался:

–Да, ты у нас, оказывается, герой. Столько

лестных слов на похоронах было сказано, и не

счесть, а сколько выпито за упокой души твоей,

и не измерить. В общем пьянка удалась. Я,

кстати, тоже пару поминальных речей произнёс.

Правда, выпив излишне, в первой пожелал

усопшему здоровья и счастья в личной жизни,

чем озадачил присутствующих, но тут всё

обошлось. Списали на помутнение рассудка,

вызванное потерей брата. А вот после второй,

когда я, заржав, пожелал тебе и впредь быть

таким же находчивым, чуть не побили. Пришлось

ретироваться. И вот я здесь.

Между прочим, сгораю от желания узнать, как

вам, принц, за сутки удалось убедить Элию в том,

что без тебя ей свет не мил.

–В каком смысле?

–В самом прямом. Бедная девочка места себе

не находит. В твоей смерти себя винит. Бледная,

в глазах слёзы, как призрак по замку в ночной

рубашке бродит, предметы обихода роняет. Я,

когда её увидел, чуть всю правду не рассказал,

так жалко стало.

–Перестань. Просто ей заняться нечем, вот и

изображает скорбящую вдову.

–Не скажи. Я тоже поначалу так думал, потому

в опочивальню и заглянул. Конечно, только правды

ради.

Алексей сделал паузу, вспоминая эти минуты.

–Ну? –поторопил его Илья.

–Что? А! Сидит, говорю, качается, всхлипывает

и всё повторяет: «Прости меня, Илья».

Пристав вздохнул и выпил:

–Время раны лечит. Да и мне хомут не нужен.

–Тоже в тему. А свобода даёт право на выбор.

И всё же. Сейчас, когда я тебе всё рассказал,

вернёшься?

Илья разлил остатки спиртного.

–Поднимем бокалы, брат Лёха.

–Ты не ответил.

Илья посмотрел на собутыльника сквозь рюмку:

–Не терзай меня, дружище. Я и сам не знаю.

Ч ас ть3

Растворив окно, принцесса забралась на

подоконник. Слабый осенний ветер коснулся

сияющего лица.

«И всё же мир не так уж и уродлив», –подумала

девушка.

Причиной оптимистичного настроения была

желанная беременность. Мысль о том, как

обрадуется заждавшийся муж, вызвала новый

прилив жизнелюбия. Принцесса улыбнулась и,

встав на подоконнике в полный рост, закрыла

глаза.

–Остановись, дура, –раздался грубый мужской

голос, и кто-то крепко схватил её за ноги.

От неожиданности Лена потеряла равновесие

и вывалилась в окно.

–Держи её!

–А я что, по-твоему, делаю?

–Не раскачивай. Видишь, она лицом о стенку

трётся. Дай мне одну ногу.

Сердце в груди девушки бешено застучало.

Голоса были ей до боли знакомы, и их появление

в замке сулило только очередные огорчения.

–Я не понял, ветеринар. Ты что, вшей ищешь?

–Нет.

–А раз не ищешь, тогда заканчивай волосы

на её ноге расчёсывать и покажи старание в

возвращении тела на место.

–Чего?

–Тяни, говорю, тщательнее. Видишь туловище

перекосило. Моя нога уже полностью залезла, а твоя

только наполовину. Между прочим, я тебе сразу говорил,

что результатом этого замужества будет суицид. Правда,

я думал, что на месте Лены окажется Герберт.

–Ты про суицид говоришь так, будто это секс. А

она, между прочим, не в кровать прыгает, а в окно.

–Не поверишь, есть люди, которые предпочтут

окно кровати.

–Глупости. И вообще, откуда ты знаешь,

почему она решила расстаться с жизнью? Может,

таким образом Ленок выражает протест принцу

против геноцида динозавров.

–Идиоты, –взмолилась Лена, –это первый

этаж. Отпустите немедленно.

Парни так и сделали.

Оторвав голову от земли, девушка поздоровалась

со столпившимися зеваками и полезла обратно в

опочивальню.

–Чего вылупились? –гаркнула Лена, соскальзывая

очередной раз с наружного подоконника.

–Фу, как грубо. Где ваше безупречное

воспитание, принцесса? Нельзя так обращаться

с вверенными вам людьми. К тому же им тоже

интересно, залезете вы или нет.

–Это я не им, дебилы. Возвращайте, где была.

Нелестный отзыв об их умственном развитии

произвёл эффект.

Вцепившись в отвороты рукавов платья,

молодые люди проявили дюжее усердие и, затащив

в комнату одежду, с удивлением обнаружили, что

девушки в ней нет.

За окном любопытных прибавилось.

–Ты где? –спросил Илья, стараясь разглядеть

Лену среди хохочущей толпы.

–Тебе срифмовать? –подала голос принцесса,

поправляя лифчик.

–А народу-то, народу. Смотри, –бывший муж

пальцем показал вдаль, –из окрестных сёл люд

подтягивается.

–Платье отдайте, сволочи, –взмолилась

принцесса. –Холодно же.

–Лёша, верни девочке вещи. А то, не дай бог,

простынет на старости лет.

–Обойдётся, –буркнул Алексей, пытаясь

натянуть женский наряд. –Сам мёрзну. Кстати,

закрой окно, а то дует.

–Я, сейчас кому-то окно закрою. Рамой по голове.

–Вот была стервой, стервой и осталась. Давай

помогу.

–Ну, и какого лешего вы тут забыли?

–Желание появилось провести отпуск на

свежем воздухе. Надеюсь, Евпатий с Евгратием

составят нам компанию?

–Не знаю, как Евгратий, а Евпатий навряд ли.

Он до сих пор ржёт и динозавров по лесу гоняет.

Только к вечеру возвращается передохнуть.

–Заметь, сейчас вечер. Организуй встречу.

Думаю, я найду для него пару нужных слов.

–Да бога ради. Одежду принести?

–Нет, блин. Будем хвастаться рельефом тела.

–Вы? Здесь? Я вас умоляю, не делайте мне

морщины от смеха.

Евпатий ревел, пуская пар из ноздрей. Его

настроение было предвестником беды для

остальных животных, и они, забившись в угол

загона, зорко следили за ним, теша себя надеждой,

что всё обойдётся.

Евпатий посматривал в сторону запуганного

стада в поисках предлога докопаться, но носорогам

жизнь была милее гордости, поэтому они тут же

изображали косоглазие, не давая повода для

драки. Это ещё больше бесило Евпатия. В конце

концов, ему надоело вхолостую проводить вечер и,

выставив рог, он устремился в сторону животных.

Его действия были сразу замечены, и носороги

моментально разбежались по всей территории

загона. Евпатий увидел, что там, куда он так

спешит, уже никого нет, и попытался остановиться.

Вспахав метров двадцать каменного настила, он

снёс ограждение загона.

«Евпатий! –закричал Илья, отскакивая от

стремительно надвигающегося носорога. –Я тоже

рад нашей встрече».

Услышав знакомый голос, носорог стряхнул с

рога изгородь и, воткнув его в землю, остановился

возле пристава.

«Привет, моё чудовище».

Евпатий, пританцовывая, бегал вокруг пристава,

а тот безуспешно старался поймать носорога за ухо.

–Я умиляюсь над этой парой, –расчув-

ствовалась Лена. –Вот только зачем Илюша

пинает Евпатия?

–Задницу массажирует. Чтобы лучше