Пик Суровый - Алим Тыналин

***

Он вылез из трещины и долгое время не мог пошевелиться. Снег падал ему на лицо и залетал в приоткрытый рот. Самостоятельный подъем по веревке из трещины забрал все силы. Хотя, казалось бы, карабкаться нужно было совсем ничего. Верхний край трещины все время был перед глазами.

Когда осталось чуть-чуть, Аян надолго повис на веревке, собираясь с силами для последнего рывка.

Наконец, он поднялся. Оглянулся назад. Сверху была видна только неподвижная Кристина. Остальные скрывались за круто наклоненными и бугристыми стенками трещины.

— Я мигом, ребята, — пообещал Аян. Он снял веревку с выступа и засунул в рюкзак. Подумал, и оставил на выступе тонкий шнур с синим карабином. Чтобы, значит, хоть как-то обозначить трещину, где лежат товарищи.

Затем здесь, на тропе, после изнурительного подъема, ему пришло в голову, что внизу надо было отыскать рюкзаки Сергея и Даулета и взять запасные веревки.

— Идиот! — обругал себя Аян.

Он пошел по тропе вниз, к небольшой пещерке в ледовой стене, в которой они отдыхали. Ветер сдувал со склона ледяную пыль и швырял в лицо. Сергей был прав, в трещине уютнее.

Вскоре Аян выбрался к выемке. Кинул взгляд на камни, где они отдыхали. Снежный мост, по которому они перебирались через трещину, стал еще больше от снегопада. Аян прощупал мост ледорубом, убедился в надежности и легко перебежал по нему на другую сторону.

Он подошел к ледовой стене, по которой они поднимались и остановился. Все следы восхождения уже занес снег. Видимость нулевая. Через несколько десятков метров стена круто уходила вниз и сливалась в пелене снега с белой землей.

Все равно надо идти, решил Аян. И чем быстрее, тем лучше. Помогая ледорубом, ступая на всю стопу, пошел потихоньку вниз. Вешать веревку он посчитал ненужным, уйдет слишком много времени.

На склоне ветер яростно вцепился в него и старался сбить с ног. Снег, кажется, пошел реже. Надеюсь, скоро прекратится, подумал Аян. Он опасался, что снег засыплет недвижимых товарищей в трещине. Хотя, может, это и к лучшему, получится нечто вроде медвежьей берлоги.

Он поскользнулся и с криком полетел вниз. Промчался около десяти метров. Успел зацепиться ледорубом и задержал падение. Снег облепил лицо. Аян задыхался, то ли от страха, то ли от высоты.

Времени на переживания не было. Он оперся передними зубьями «кошек» о твердый наст, поднялся. Сердце бешено колотилось.

Потихоньку, не торопясь, памятуя пословицу «поспешишь — людей насмешишь», пошел вниз по склону. Зубья «кошек» с хрустом впивались в снег.

Вокруг ничего не было видно, ни гор, ни солнца, ни камней. Только белая равнина, уходящая вниз. И одинокая точка, оступаясь, бредущая по склону.

Спуск продолжался долго. У Аяна замерзли щеки и нос. Он несколько раз сомневался в выбранном направлении, но затем все-таки находил, как ему казалось, правильную дорогу.

Наконец, он спустился со стены на ровный участок. Осмотрелся, вертя головой во все стороны. Сквозь туман вдалеке проступали очертания вершин и темные склоны. Кажется, они проходили здесь утром.

Пригнув голову, как собака, Аян пошел на северо-восток. Вскоре он должен выйти к леднику, а там, двигаясь по краю, наткнется на палатки. Снег продолжал идти, ветер валил с ног.

Сбоку из мглы вдруг показались темно-коричневые склоны, засыпанные снегом. Ветер гонял поземку по камням. Аян пошел у подножий, опираясь на ледоруб, как на тросточку. Он хотел присесть на минуту и отдохнуть, но считал, что не имеет права на перерыв.

— В палатке отдохнем, — успокоил он себя. — Когда вызовем спасателей…

Ветер усиливался. Как-то раз Аян не справился с его порывами и повалился набок. Посидел чуток, выправляя дыхание, затем поднялся и отправился дальше.

Он все шел и шел, а затем вдалеке, чуть ниже себя, увидел разноцветные прямоугольные лоскутки ткани. Неподалеку от палаток темнело озерцо.

Аян ожидал увидеть лагерь совсем в другой стороне. Видимо, он все-таки сбился с пути и вышел к лагерю с другой стороны.

Несмотря на смертельную усталость, он рванул к палаткам напрямую со склона.

К тому времени буран утих, вокруг постепенно прояснилось. Аян с легким удивлением отметил, что скоро наступит вечер. В горах после четырех часов дня солнце уходит за вершины и воздух начинает темнеть.

Ветер, однако, не собирался утихать. Наоборот, он превратился в вихрь. Гнал по земле снег и трепал одежду.

Выпавший за день снег полностью поменял вид местности. Аян не узнал ледник. Он быстро шел по снегу, проваливаясь по щиколотку и забыв о самостраховке. Лишь бы поскорее добраться до рации.

До палаток осталось совсем ничего. Аян заметил, как у крайней, принадлежащей Сергею и Кристине, от ветра вздулась боковая стенка. Палатка опрокинулась и трепыхалась. Ее удерживали только пара шнуров с вбитыми в лед бурами. Аян рванул к палатке изо всех сил.

Под ногами исчезла опора. Аян вспомнил, что неподалеку от их лагеря было полно трещин. А затем полетел вниз в куче снега.

Глава 12. Темная ночь

Когда Аян проснулся, то не сразу понял, где находится. «Неужели я в полиции?» — подумал он, оглядывая небольшую каморку со скользкими стенами и железной дверью. Высоко у потолка зарешеченное окошко, оттуда проникал слабый свет. В углу раковина, тихо журчала вода.

Он смутно помнил, как лежал на полу ресторана и его пинал парень. Помнил, как сидел в подсобке и двое полицейских оформляли протокол. Помнил поездку в патрульной машине со включенными проблесковыми маячками.

Теперь Аян сидел на скрипучей скамье. В углу лежал человек, так неподвижно, что, казалось, он помер.

Он потер горящий лоб. Ужасно хотелось пить.

Хмель еще не прошел и окружающие предметы словно расплывались в тумане. Он прокашлялся и удивился сиплым звукам, вылетающим из горла. Пошарил по карманам и ничего не обнаружил, ни портмоне, ни телефона.

Парень встал и подошел к двери. Постучал кулаком по холодной поверхности.

— Эй, кто там есть? Выпустите меня!

Стучать пришлось долго. Никто не отзывался. Он перестал стучать и вернулся было к койке, как в двери открылось прямоугольное отверстие. В камеру заглянул полицейский.

— Здравствуйте, долго меня держать будут?

Полицейский ничего не ответил, отверстие закрылось.

Аян снова подскочил к двери, принялся пинать и кричать:

— Выпустите меня отсюда!

Поднялся грохот. Аян продолжал безобразничать, пока в замке не заскрежетал ключ. Он отошел от двери. Когда она распахнулась, пошел было навстречу полицейскому, говоря:

— Тут вышло недоразумение, кажется, я…

И получил