Игра в королевство - Марина Клейн

– Да, про Тигриц я как раз кое-что выяснил.

Вероника и Алекс смотрели на него во все глаза.

– Я поговорил с мамой мальчика, которого там лечили. Он не пропадал, но был там в то время, когда исчезли другие дети. Как-то раз его отпустили домой на выходные, и мама заметила синяк. Мальчик сказал, что это сделали Тигрицы. Семья стала расспрашивать и разбираться. Службы даже проверку проводили, но все оказалось в порядке. Просто медсестры были строгими, а дети, понятное дело, не горели желанием принимать лекарства, особенно если речь шла об уколах. Вот дети и прозвали медсестер Тигрицами. Как выяснилось, синяк появился как раз во время попытки сделать укол – мальчика пытались удержать, он вырвался и ушибся. – Даниэль помолчал пару секунд. – Эту женщину уже тогда удивило, в какие игры играют дети в больнице. И я решил поговорить с ее сыном.

– И поговорил? – Алекс весь подобрался.

– Поговорил, хотя он не горел желанием со мной общаться. По его словам, в одном отделении – как раз на втором этаже – была очень сплоченная компания. Дети о чем-то шептались, постоянно давали друг другу знаки, искали людей на какие-то странные роли.

– Например, они искали Сойку, – прошептала Вероника.

Даниэль посмотрел на нее.

– Да. Они ставили условия тем, кто хотел присоединиться к игре, и предлагали пройти испытания. Говорили, что у них все серьезно. Мой собеседник решил, что связываться не стоит, да и в целом его куда больше интересовали книжки с картинками. Кстати, заводилой была девочка по прозвищу Принцесса, и у нее была бумажная корона.

– В этом мы даже не сомневались, – сказал Алекс. – Ну а само исчезновение?

– Кроме того, что рассказала Вероника, ничего не известно. Восемь детей исчезли бесследно. Сначала думали, что девять, но одну девочку нашли – она пряталась в туалете. Пролить свет на эту историю девочка толком не смогла. В том числе не рассказала она о том, как выбралась из палаты, ведь двери везде запирались… Твердила, что ее напугали голоса и она решила спрятаться. В полиции списали все на очередной приступ болезни, к тому же у девочки было сотрясение мозга, полученное уже в больнице.

– То ли Тигрицы не уследили, то ли перестарались, – предположил Алекс.

– Получается, так. Родителей пропавших детей сначала успокаивали отговорками и отписками, но потом откровенно попросили не лезть и забыть о происшествии. Информацию замалчивали, скандала никому не хотелось. Больницу вскоре закрыли. Директор получил символический срок, но до колонии не дожил. Официально – сердечный приступ, но что случилось на самом деле – никто не знает.

– Полиция ведь должна была выдвинуть какие-то версии? – спросил Алекс.

– Конечно. Версия о похищении рассыпалась – невозможно вывести сразу столько детей так, чтобы их вообще никто не заметил. Основной было убийство или причинение смерти по неосторожности. У всех детей были довольно серьезные диагнозы, и лекарства, которые они принимали, тоже были серьезными. Думали, что по халатности переборщили или попались бракованные препараты… Что-нибудь в этом роде. Но тел не нашли. В общем, следствие забуксовало, а происшествие вышло громким и, кажется, задело кого-то наверху. Вот дело и замяли.

– О’кей, – сказал Алекс. – Но мы-то теперь знаем.

– Что знаем? – удивилась Вероника.

– Дети ушли сами, потому что захотели. Ушли, цитирую, за стену. Зато появились Серые. Осталось понять, что это за твари, почему дети вдруг решили уйти, за какую именно стену и какого черта во втором отделении делает господин Лошадиный Череп.

Алекс спокойно допил кофе и отставил пустую кружку в сторону. То, что он сказал, звучало как бред сумасшедшего, но Вероника вспомнила – в блокноте тоже было написано про стену. И про необходимость пройти сквозь нее.

– Есть еще кое-что. Я разбирала вещи и нашла… Сейчас покажу.

Вероника принесла из комнаты свои находки. В первую очередь она продемонстрировала блокнот и коротко пересказала его содержание. Алекс и Даниэль прочитали по паре рассказов.

– Да, – сказал Алекс. – У них действительно все было серьезно. Чьи это вещи, Даниэль? Кто тут жил?

– Я думала, это твоя квартира, – растерялась Вероника.

– Действительно, сейчас она моя, но когда-то братец поставил меня перед фактом. Этим махинаторам… Э-э, то есть очень хорошим людям из церкви, – поправился Алекс под взглядом Даниэля, – просто нужно было записать на кого-нибудь свалившуюся на голову квартирку. Вот и оставили меня в некотором роде хранителем, вдруг пригодится.

– Я не знаю, кто здесь жил, – сказал Даниэль. – Но могу выяснить, это не так сложно. И чтобы вы знали, никаких махинаций, просто квартиру срочно продавали по хорошей цене, к тому же она находится недалеко от церкви.

Думали – да и до сих пор думают – что пригодится. И, если мне память не изменяет, тебя, Алекс, никто не заставлял становиться хозяином.

– Ладно, ладно, – поднял руки Алекс.

– Это не все, – добавила Вероника. – Есть еще альбом с рисунками, я его подобрала, когда побывала в больнице впервые… Там и Тигрица, и… В общем, глядите.

Алекс и Даниэль внимательно рассмотрели рисунки. Алекса особенно заинтересовали дети, рассевшиеся вокруг большой птицы.

– Кто-нибудь знает, как выглядят сойки?

– Точно не так, – ответил Даниэль. – У них, кажется, есть яркие перья…

– А я вообще не знаю, – призналась Вероника. – Мне всегда представлялось, что они просто коричневые.

– Так я и думал. Тогда дети тем более не знают. Интересно, почему они помешались именно на сойках?

– Это дети, – сказал Даниэль. – С ними не угадаешь. Могли просто случайно услышать и истолковать слово на свой лад.

– Ага, конечно. И слово, и птицу тоже, – хмыкнул Алекс.

Вероника показала изображение в самом конце альбома. Даниэль нахмурился, Алекс присвистнул.

Весь лист был закрашен грязно-серой акварелью. В самой середине виднелась кривая черная дыра, из которой выглядывало существо – тоже серое, но посветлее.

Рисунок прекрасно передавал то, что Вероника видела раньше. Именно это существо привиделось ей ночью, когда она плохо себя чувствовала. Оно сидело рядом с кроватью. И, скорее всего, именно оно бродило по заброшенным больничным коридорам.

– Да, – подтвердил Алекс. – Знакомая физиономия. Есть идеи, Даниэль? Ну, если иметь в виду, что соль на него не действует, зато действуют куклы. И что таких тварей, скорее всего, много. Принцесса говорила во множественном числе.

– Идей пока нет, – сказал Даниэль. – Но давай для начала попробуем выяснить, кому принадлежал блокнот. Возможно, нам удастся найти того, кто знал, что происходит в больнице.

Глава 9

Подвал

Вскоре Даниэль ушел. Алекс решил еще поспать,