13-й демон Асмодея. Том 4 - Алексей Игоревич Ильин

Я больше не слушал его причитания, а заглянул в кабинет, принадлежащий когда-то мне, и захлопнул дверь, потому что кабинет был пуст.

— Даже запереть не потрудился, — я поморщился, а потом посмотрел на табличку. На ней было написано: «Специалист второго уровня Хафер». — А, ну понятно. Как он ещё башку дома не забыл. Не могли мой кабинет кому-нибудь получше отдать?

— Понятия не имею, у меня нет своего кабинета, — язвительно ответил Мазгамон. — Вот когда появится, я тебе обязательно сообщу, чей именно мне в итоге достался. Может быть, и этот. У букмекеров на Хафера ставки делают, что он из очередной командировки однажды не вернётся.

— На Хафера, что он когда-нибудь нарвётся на какой-нибудь отряд охотников на демонов, не позаботясь об отходе, ставки делали ещё при мне, — фыркнул я, глядя на Мазгамона, которого от моих слов передёрнуло. — Ты что, нарывался на такой отряд и остался жив?

— Не твоё дело, и вспоминать я об этом не хочу, — он насупился. Я, кстати, пока мы шли сюда, видел на доске почёта его фотографию. Интересно, это где он смог так отличиться, что стал лучшим работником месяца? — Слушай, а на тебя всё ещё делают ставки, что ты выживешь? — спросил я, снова открыл дверь в свой бывший кабинет и зашёл внутрь.

— Фурсамион, что ты делаешь? — спросил Мазгамон, заскакивая следом за мной. — Пошли быстрее в кабинет Асмодея!

— Иди, я же тебя не держу, — ответил я задумчиво, отодвигая одну из стеновых панелей. То, что кабинет отдали этому придурку, позволяло надеяться, что моя заначка на чёрный день осталась нетронутой.

Я специально сделал эту заначку именно в рабочем кабинете, где её начали бы искать в последнюю очередь. Другое дело, что Асмодей не дал мне времени на сборы, козёл, а вышвырнул в чём я к нему прибежал. И раз подвернулся такой шанс забрать своё, я его не собирался упускать.

Здесь было несколько очень редких артефактов, которые я умудрился перенести контрабандой из разных земель. Использовал я трюк с использованием Астрального хранилища Канцелярии как промежуточного пункта. Я просто крепил артефакт к контракту и отсылал сразу в хранилище, у меня был доступ к подобным манипуляциям. Мне туда, естественно, хода не было, зато как только я появлялся здесь в Канцелярии, артефакт из хранилища тут же устремлялся к метке, которую я настраивал заранее.

Таким образом, мне удалось протащить семь артефактов, которые мне могли очень даже пригодиться. Каждый артефакт хранился в отдельной защитной шкатулке. Когда на столе стояло семь шкатулок, я повернулся к мнущемуся у дверей Мазгамону.

— И почему ты всё ещё здесь, Мазгамончик? — ласково проговорил я, вытаскивая из-под раковины мешок для мусора, чтобы сложить в него свои вещи.

— Я с тобой пойду, — хмуро проговорил он, глядя на меня исподлобья.

— В таком случае принеси пользу, — и я сунул ему в руки мешок, в который засунул перед этим восьмую шкатулку с камнями, небольшими слитками золота и драгоценными побрякушками.

— Откуда у тебя всё это? — спросил Мазгамон, когда я поставил панель на место и теперь стоял, рассматривая кабинет. — Где ты это всё взял? Из командировок невозможно притащить вещи, а всё это явно из командировок.

— Ты только не огорчайся, Мазгамон, но при определённой сноровке можно вынести что угодно откуда угодно, — ответил я, подходя к столу, и принялся выдвигать ящики, выгребая из них всё подчистую. В основном это была канцелярия, которую я просто сваливал в мешок к шкатулкам.

— Так нечестно, — пробубнил Мазгамон. — Кто-то пашет в поте лица и даже не знает о подобных лазейках, а кто-то по всей Преисподней заначки успел наделать.

— Не преувеличивай. У меня просто нет столько барахла, чтобы заначки непонятно где делать, — я покрутил в руке статуэтку. Это было изображение демона, поднявшего руки вверх с надписью: «Работник месяца!». Так и не придумав, что с ней делать, сунул это произведение искусства в руку Мазгамону. — Держи, это тебе на память.

— Зачем мне эта штуковина? — Теперь Мазгамон крутил статуэтку в руках, явно пытаясь понять, на хрена она ему сдалась.

— Ну, не знаю, придумай что-нибудь. Странно, что тебе подобную не подарили. В первый раз всегда эту дрянь дарят. Кстати, ей орехи колоть удобно, — я в это время рассматривал тяжёлый старый дырокол. После минутного колебания сунул его в мешок, после чего добавил: — А вот теперь пошли, — и первым направился к двери. Приоткрыв её, высунулся в коридор. Никого не увидел и быстро пошёл к лифту, надеясь, что и дальше всё пройдёт хорошо, и мы никого больше не встретим.

— Фурсамион, — раздался голос Мазгамона позади, — а ты не охренел часом? Я что, должен тащить за тобой твоё добро?

— Не переломишься, а мне, если что, нужны будут свободные руки, — ответил я, обернулся и, схватив Мазгамона за шиворот, втащил его в лифт вместе с мешком, который он нёс, перекинув через плечо. В руке у него была зажата статуэтка. Вопрос, почему он её не выкинул, остался открытым. Ничего, у Асмодея на столе оставим в качестве большого сюрприза.

Двери лифта открылись, и мы вышли на нужном нам этаже. Осталось пройти по короткому коридору, завернуть за угол, и вот он — кабинет Князя. На мгновение мне даже показалось, что нам удастся убраться из Ада в мир номер тринадцать без особых проблем.

* * *

Велиал смотрел на помолодевшую Кольцову, осознавая, что произошло. А произошло следующее: курица Фурсамиона, которую он зачем-то своими руками усилил, умудрилась сбросить Алевтину Тихоновну прямиком в Ад. Тем самым она нарушила изначальные условия сделки, потому что Кольцовой попасть сюда нужно было только через два года. Контракт аннулировался, изначальные условия вернулись к первоначальным, и бабка снова стала молодой и весьма соблазнительной женщиной.

— Почему я снова стала молодой? — Алевтина вышла из пентаграммы и подошла к Велиалу вплотную.

— Потому что твой контракт аннулирован, — ответил Падший, не понимая, что ему делать в данной ситуации.

Любой разрыв договора — это удар по адской репутации. Пернатые с радостью ухватятся за идею побороться за эту душу. Но как быть с тем, что Алевтине Тихоновне