Иностранка - Александр Исаевич Воинов

Мадлен утвердительно кивнула головой.

Алеша взял тряпку, которую Мадлен положила на сундук, и стал протирать дверь.

— Света, наверно, не придет! — сказал он. — Я сделаю все сам!.. А вы, пожалуйста, посидите. И расскажите что-нибудь о Париже!.. Ваш отец где работает?

— У него свое дело, — ответила Мадлен.

— Значит, вы из капиталистов?.. — тряпка в руке у Алеши замерла.

— Нет, папа шофер.

— А кто его хозяин?

— Он сам хозяин. Работает на своей машине.

— Частник, значит, — произнес Алеша.

— А что такое частник? — спросила Мадлен, но Алеша ей не ответил и снова стал усиленно орудовать тряпкой.

Мадлен уловила в его тоне насмешку и почувствовала себя неловко. Какое-то незримое препятствие легло между ней и этим мальчиком.

— А у вас давно отец безработный? — спросила она, думая о девочке, которая должна была сюда прийти и почему-то задержалась. Теперь ей, конечно, ничего не заплатят. Деньги получит мальчик, который выполняет ее работу.

— Он не безработный!.. — удивленно посмотрел на нее Алеша. — Он работает…

— Значит, мало зарабатывает! — с сожалением сказала Мадлен. — У меня есть подруга Люсьена. Ей приходится нянчить чужих детей… А вашу девочку теперь выгонят? Вы скажете хозяину, что она не пришла?!

Зажав тряпку в руке, Алеша с сожалением взглянул на Мадлен.

— Сразу видно, что вы иностранка!.. Ничего в нашей жизни не понимаете! Мы просто сами решили помогать Михаилу Ивановичу, потому что он инвалид.

— А-а… — растерянно произнесла Мадлен, — это он вам платит жалование?

— Никто нам не платит!.. Мы все делаем бесплатно! — Алеша старался говорить с Мадлен терпеливо, как учитель, а про себя удивлялся, как это она не понимает простых вещей. — Понимаешь, мы помогаем инвалидам и другим, кто нуждается в помощи. У нас в отряде организована «Служба внимания». Понимаешь?

— Теперь, кажется, понимаю. — Мадлен кивнула головой.

— Можно, я помогу? — спросила она, поднялась с места и стала расставлять вещи по-своему. — Надо, чтобы в комнате было красиво! А мальчики это не умеют.

Мебель находила новые места, и все вокруг постепенно преображалось.

Алеша взял на кухне ведро с очистками, вынес его во двор и вернулся.

— Никто не приходил? — крикнул он из передней.

— Никто, — сказала Мадлен.

Он звякнул пустым ведром.

— С этой Светой всегда недоразумения…

— Света?.. — переспросила Мадлен. — Она, кажется тоже подписала письмо?

— Да… Ну, мы теперь ее проработаем! Будет знать как опаздывать!..

— А что такое «проработаем»? — спросила Мадлен.

— Ну это… как бы сказать… — Алеша слегка замялся. — Обсудим ее поведение.

— Обсудим? — Мадлен испуганно взглянула на Алешу. — Значит, ее будут судить?

— Да нет!.. — Алеша сделал паузу, стараясь подобрать понятные для Мадлен слова. — Ну, соберемся всем отрядом, скажем, что она нехорошо поступила… Что она должна отвечать за свои поступки.

— Может быть, она заболела? — Мадлен попыталась защитить незнакомую ей Свету. Она создала в своем воображении образ бедной девочки, которая вынуждена быть приходящей прислугой. И сейчас, когда все это оказалось не так, чувство симпатии к Свете не исчезло.

— Выясним! — ответил Алеша. — Вы лучше расскажите про вашего Жака. Это тот самый, которого похитили?..

— Да!

— Мы как прочитали в газете, так сразу и подумали, что это тот самый!.. Они с ним так ничего и не смогли сделать?

— Ничего, — сказала Мадлен, — мы им не дали!..

Он с восхищением посмотрел на нее.

— Как это было?

Мадлен вкратце рассказала подробности похищения Жака.

— Мы очень все жалели, что не можем вам помочь!.. Знаешь, Мадлен, — сказал он, невольно переходя на «ты». — Мы соберем отряд, а ты нам расскажешь, как вы там живете!..

— Хорошо! — сказала Мадлен, подумала и прибавила: — Если бабушка разрешит!..

— Бабушка? — удивился он. — Какая бабушка?!

— Я же с ней приехала.

— Приехала с бабушкой? А где она?..

— В гостинице. Она легла спать, а я ушла. — Мадлен взглянула на часы и вдруг забеспокоилась:

— О, mon Dieu!..[4] Как много времени!.. Она уже проснулась. Поднимет всех на ноги!.. Решит, что со мной что-нибудь случилось…

— Я тебя провожу, — сказал Алеша. — А когда же ты опять придешь? Ребята захотят с тобой познакомиться!.. Мы очень ждали тебя, но только не верили, что ты скоро приедешь…

— А я взяла и приехала!.. — Мадлен засмеялась и стала развязывать свой фартук.

Они стояли посреди тщательно убранной квартиры и любовались делом своих рук.

— Скажи, Мадлен, — вдруг спросил Алеша, — а как ты очутилась у Михаила Ивановича и почему сказала, что это квартира твоей бабушки?!.

— Бабушка здесь родилась. И весь этот дом принадлежит ей. А мне очень хотелось посмотреть…

— Значит, твоя бабушка была домовладелка? — сказал Алеша и вдруг поразился собственной мысли.

— Как ты сказал?

— Домовладелка?..

— Я не знаю такого слова, — проговорила Мадлен, — но у бабушки есть завещание!.. Мой прадедушка завещал ей этот дом…

— Ух ты! — воскликнул Алеша. — Как бы мне посмотреть на твою бабушку?.. Понимаешь, я много читал о буржуях, которые раньше жили в Одессе, но никогда не видел, их прогнали очень давно! Даже моего отца еще тогда на свете не было. А тут, пожалуйста, живая капиталистка, буржуйка из Парижа!.. Я только не понимаю, если твоя бабушка такая богатая, почему отец должен работать шофером.

— Моя бабушка вовсе не капиталистка! — резко сказала Мадлен.

— Но у нее же собственный дом!

— Этот дом здесь, в Одессе. А в Париже у нее нет дома!.. У нас квартира чуть побольше этой!..

— Ну, значит, бывшая капиталистка!

Мадлен холодно взглянула на него.

— Вы не очень любезны, — сказала она. — Не смейте обижать нас!.. Был бы здесь Жак, он бы научил вас, как надо разговаривать с девочками! — Она резко повернулась и направилась к двери.

Алеша кинулся вперед и заслонил ей дорогу.

— Мадлен, — попросил он, — прости меня! Я не хотел обидеть тебя и твою бабушку!

— Вы плохо воспитаны! — ответила Мадлен с обескураживающей серьезностью. — Пустите, я должна уйти.

— Я очень прошу тебя, Мадлен, давай помиримся, — в правой руке Алеша держал щетку и, волнуясь, размахивал ею. — Прости меня, я не хотел обидеть твою бабушку!.. — повторил он. — Но, понимаешь, у нас же нет людей которые владеют такими большими домами!..

— Но вежливые у вас есть?..

Она не хотела удостоить его даже взглядом. Они стоя, ли друг против друга, точно противники: она — желая поскорее уйти отсюда, а он — полный стремления как-то загладить нанесенную ей обиду. Он опять бестолково взмахнул палкой, вдруг что-то звякнуло, и — трах! — осколки разлетелись в разные стороны.

— Я задел щеткой горшок! — в ужасе воскликнул Алеша.

Он стал быстро