Воздушный пират - Роберт Эмиль Крафт

— Это, несомненно, тайная дверь, — сказал капитан, — но как ее открыть?

И, напрасно пробившись около нее еще с четверть часа, они начали осматривать соседние галереи и очень скоро открыли и там такие же углубленные линии, которые не могли быть не чем иным, как дверьми.

Надо было что-то сделать, — может, что-нибудь совсем простое, для того, чтобы эта каменная плита повернулась и открыла вход; но сколько они ни толкали, ни трогали ее, гранит оставался неподвижным.

— Это, несомненно, дверь, но очень может быть, что эти каменные плиты уже несколько столетий не отодвигались и потому просто заржавели.

Арнольд с трудом подавил крик: он сам не заметил, как сделал какое-то движение — и огромная гранитная плита под его рукой плавно повернулась и обнаружила вход… Оба инженера с глубоким интересом начали осматривать этот великолепный древний механизм таинственной двери, но вполне точно уяснить себе его они не сумели и, примирившись с фактом, что главное сделано и дверь открыта, они ступили в открывающуюся новую галерею. И там, в конце нее, виден был яркий свет и оттуда неслись голоса, но доносящиеся звуки не были звуками работ, так как сквозь шум можно было расслышать пение и громкий смех.

Тихо, едва ступая, капитан Смит и Арнольд начали приближаться к этому помещению; остановившись на расстоянии нескольких шагов, они увидели картину, которая их поразила не меньше, чем зрелище верфи.

Огромная зала была ярко освещена сотнями электрических ламп и дуговых электрических фонарей; весь гранитный пол этой залы был покрыт роскошными индийскими коврами, а стены были уставлены низенькими восточными оттоманками с бесчисленным множеством подушек по индийскому обычаю.

В этой зале в свободных позах, полулежа на оттоманках или сидя на низеньких ковровых скамьях, в оживленной беседе, часто прерываемой смехом и пением, находились те триста человек рабочих, которых они прежде видели в верфи и здесь же в роскошных индийских нарядах расположились триста прекрасных женщин…

— Это те женщины из гарема раджи, которых увез с собой капитан Дункан, — прошептал тихо Арнольд.

— Конечно же, — они призваны скрашивать досуг этих рабочих… — желчно ответил капитан и прибавил:

— Да, этот капитан Дункан тонкий психолог и отлично понимает грубую животную природу людей… Вот эти канальи ему будут верными рабами, так как он дает им в изобилии сладкие яства, хорошее вино и прекрасных женщин…

Молча, не отрываясь, Арнольд и капитан Смит смотрели на поразительную картину, которая находилась перед их глазами на глубине трех тысяч метров под землей, в недрах Гималайских гор…

— Смотрите, они собираются танцевать, — прошептал Арнольд.

В самом деле, откуда-то, как видно, из соседней залы, доносились звуки полонеза, и мужчины и женщины соединялись в пары; вот первая пара вышла через открытые двери, а за нею последовали и другие… Пары шли стройным рядами, исчезая в отдаленной зале, пока наконец весь зал совершенно не опустел, и только по-прежнему ярко горели сотни огней, освещая гранитные стены и мягкие ковры, покрывавшие пол…

— Какая-то невероятная, странная сказка… — пробормотал Арнольд.

— Да-а, — проговорил капитан и прибавил: — Но нам нечего медлить, мы должны найти какой-нибудь электрический провод, чтобы зарядить наш аккумулятор.

Оба затем отправились к воздушной лодке и, достав необходимые инструменты, начали искать в галереях электрические провода; вскоре они нашли один и, перерезав его, капитан Смит соединил оба конца со своим аккумулятором. Наблюдая, как стрелка маленького инструмента измерительного прибора подвигалась все выше и выше, указывая на то, что аккумулятор заряжается, капитан Смит и Арнольд чувствовали, как жизненные силы наполняют их души, укрепляя надежду, что скоро они оставят это проклятое подземелье и опять увидят небо и солнце, и свой родной корабль…