Авантюристы - Ольга Крючкова

Очнулась девушка в полицейском участке. Следователь, приземистый, противный, лысый, с толстой шеей, с любопытством рассматривал её.

– Ну-с, голубушка, рассказывай всё и по порядку. Кто такая, где родилась, возраст. Кто рекомендации тебе справил? Впрочем, можешь не отвечать, и так всё про тебя знаем. Рекомендацию справил Глеб Панфилов. Так? – и тут же сам ответил: – Так, так… Раньше у кого служила? У купца Хлебникова. Помниться мне, – следователь достал папку и открыл её, – а вот заявление купца о пропаже браслета супруги. Скажешь не брала?

– Нет, – отрезала Варя. – Ничего не брала. А часы мне хозяйский сын подбросил, я ему отказала, пьян был очень.

– Ну-ну. Шахерезада прямо-таки! И купец Хлебников тебя домогался?

– Он – нет.

– А Назаров-младший, стало быть, – да.

Варя кивнула.

– Эти сказки на суде расскажешь. Каторга тебе обеспечена. Владимир Назаров – сын уважаемого человека, известного на всю Москву издателя. Вон, – следователь махнул рукой на стену, – и у меня его календарь с амурчиками висит. А тебе, безродной, кто ж поверит? Так что рассказывай всё по порядку. А мой секретарь будет записывать.

– Нечего мне рассказывать, – огрызнулась Варя.

– Ну что ж – твоё право. Только меньше срока, чем три года тебе всё равно не дадут.

* * *

Тимофей Васильевич Назаров пребывал в отвратительном настроении. Поведение сына Владимира окончательно вывело его из терпения, а эта история с пропавшими золотыми часами вызвала дикую головную боль и учащение пульса.

Он прекрасно понимал, что его чадо – бесполезное, беспутное создание, и все душеспасительные разговоры и угрозы лишить наследства ни к чему не приводили. Назаров-старший размышлял: что же делать? Наследник у него один, а он уже давно не молод, почитай шестой десяток разменял, нужна надёжная смена и поддержка в семейном деле. Да где её взять? Сын – просто пустое место…

Тимофей Васильевич позвонил в колокольчик. Появился лакей.

– Где Владимир? – поинтересовался отец.

– Батюшка, так он у себя в опочивальне, отсыпаться изволит после вчерашнего. Пришли-с поздно…

– Ну-ну… Опять вдрибодан пьяный?

– Право, батюшка… – замялся лакей.

– Не юли, отвечай!

– Точно, так-с, вдрибодан…

– Прекрасно!

Назаров-старший поднялся с кресла и решительно направился в комнату сына. Тот лежал на кровати в сорочке и нижних панталонах, совершенно не обратив ни малейшего внимания на появление отца.

– Владимир!

Тот перевернулся на правый бок, смерил отца сонным взглядом, смачно зевнул и поинтересовался:

– Ну что ещё? Опять морали читать будите?

– Нет, даже не собираюсь.

Тимофей Васильевич сел на стул, что напротив кровати.

– Чего метать бисер перед свиньями!

– Так, стало быть, я – свинья?!

От возмущения Владимир даже сел на кровати.

– А кто же ты есть? Ты живёшь за мой счёт, пакостничаешь, пьёшь водку, бездельничаешь, таскаешься по публичным домам, дрыхнешь до двух часов дня. Все мои нравоучения пропускаешь мимо ушей.

Владимир кивнул.

– Лучше прикажите подать мне кофе в постель, голова болит.

– А это ты видел! – Назаров-старший сложил из пальцев кукиш и показал сыну, тот даже растерялся. – Так вот, я пришёл сказать тебе, что завтра в присутствии свидетелей и нотариуса я перепишу завещание на Григория Бекетова, моего племянника от родной сестры Анастасии Васильевны.

Владимир спрыгнул с кровати и подскочил к отцу:

– Как? Почему Бекетову?