Пик Суровый - Алим Тыналин

Аян рассказал ему историю своей короткой жизни. Фийить слушал внимательно, только изредка качал головой и приговаривал:

— Ах мерзавцы, какие мерзавцы!

Яблоком он, кстати, не поделился. Ну ничего, по ходу дела Аян успел полакомиться шоколадным батончиком и выпить чая.

— И что теперь? — спросил Фийить, когда Аян замолчал. — Ты к нам надолго?

— К кому это, нам? — насторожился Аян в ответ. — Вас здесь много, что ли?

Фийить махнул толстенькой лапкой.

— Хватает обормотов. Так ты чего теперь, с нами будешь жить?

Аян поджал губы и поднял руки ладонями вверх.

— А что мне еще остается? Я бы рад уйти, но не получается.

— А почему? — строго спросил Фийить.

— Снаряжения нет. Веревка вон там, — Аян показал наверх. — А ледоруб здесь, — он ткнул пальцем вниз.

Фийить снова махнул лапкой.

— Это разве проблема?

— А почему нет? — спросил Аян. — Я не птица, наверх не взлечу.

Сурок призадумался и спросил:

— Тогда ты все-таки остаешься у нас?

— А что мне еще делать? — закричал Аян. Он потер щеки и с удивлением обнаружил, что они мокрые от слез.

Фийить вытянул лапу и погрозил ему коготком.

— Не кричи! Ты совсем забыл, что тебе говорили? Можешь жалеть себя сейчас, но, уверяю, никто не пожалеет тебя в будущем.

— Да, я жалею себя, — согласился Аян. — Но, кажется, ты забыл, что у меня есть для этого все основания. Я сижу в чертовой щели и скоро здесь сдохну. Мои друзья гибнут из-за меня. Когда еще мне жалеть себя, если не сейчас?

Фийить вздохнул и покачал головой.

— Какой же ты все-таки глупый. Тебе, кажется, уже пытались втолковать, что жалобами и нытьем не поможешь. Поднимай задницу и действуй.

Аян опустил голову.

— Я пробовал подняться много раз. Я больше не могу…

Сурок вдруг очутился рядом с ним. Аян услышал его шепот в темноте:

— Тебя ведь предупреждали, что не хватит сил. Помнишь? Вся штука в том, сколько ты сможешь вынести? Как долго будешь продолжать идти через не могу? Или ты уже выбросил белый флаг?

— Я не залезу наверх без снаряжения, — возразил Аян, не поднимая головы.

— Ты уверен, что тебе нужно снаряжение? — спросил затихающий голос в ночи. Голос показался знакомым. Сурок говорил, как Искандер, недавний сокамерник.

Интересно, почему вокруг темно? Фийить же испускал волшебное сияние. Аян открыл глаза, моргнул и вытер лицо. Кажется, он немного обморозил его накануне, потому что кожа горела.

Он огляделся. Куда девался веселый сурок?

Аян лежал на мосту лицом вверх. Руки затекли и замерзли. Наверное, он потерял сознание. Посмотрел наверх. Сколько он валялся здесь и грезил?

Он поднялся и размял окоченевшие конечности. Еще раз поглядел вверх. Веревку за ночь приморозило к стене.

Как там спросил Искандер или сурок, зачем нужно снаряжение? Что это значит? Неужели он намекал, что надо рискнуть подняться с голыми руками?

Аян посмотрел на черноту под мостом. Затем подошел к стене и спросил:

— Не на ту лошадку, говоришь, поставил?

Достал из рюкзака карабин, щелкнул затвором. Нацепил на пальцы.

И вогнал зубья «кошки» в лед. Полез выше, приговаривая на каждом рывке:

— Хватит. Себя. Жалеть! — остановился, отдышался и полез дальше. — Хватит. Ныть. Ты. Унылый. Кусок. Дерьма.

На последнем слове чуть не сорвался, но удержался.

Вскоре он добрался до участка, где стена становилась ровной. Снял с пальцев карабин, оттянул затвор и начал царапать лед концом карабина. Ледяные крошки падали на лицо.

Через минуты томительной работы Аян выдолбил выемку. Ухватился за нее и продвинулся чуть выше. Взял карабин другой рукой и опять начал долбить стену.

Так он потихоньку поднимался вверх. Руки и ноги дрожали. Когда до отверстия осталось чуть-чуть, Аян выронил карабин. Он чувствовал, что вот-вот сорвется. На этих стенах, нависших над пропастью, невозможно удержаться. Он же говорил это проклятому сурку.

Веревка пролетела мимо него и упала на мост. Видимо, ее снесло порывом ветра. Снаружи уже рассвело и в трещине посветлело. Аян смотрел, как веревка продолжила падение, слетела с моста и исчезла в темноте. Это была его последняя надежда на спасение.

Он посмотрел на противоположную стену. Она оказалась совсем близко. Почему бы и не рискнуть, спросил себя Аян. Все равно, у него не осталось выбора.

— Вопрос в том, как долго ты будешь двигаться через не могу, — пробормотал Аян и снял рюкзак с плеч, чтобы не мешал. Затем кинул вниз. Рюкзак улетел в пропасть.

Аян оторвал одну ногу, развернулся и упер в другую стену. Чуть не упал, но удержался, растопырив руки в разные стороны. Теперь он стоял враскорячку над пропастью, упираясь ногами в обе стены одновременно. Если бы кто сказал, что такое возможно, он бы не поверил.

Долго стоять так было нельзя. Ноги не выдержат, согнутся и он полетит вниз. Напрягая руки, Аян поднял одну ногу, упер в стену, потом проделал тоже самое с другой ногой. Так он поднялся сантиметров на двадцать. Любой срыв грозил падением в пропасть.

Перед самым выходом из трещины стены сблизились друг с другом почти вплотную. Тогда Аян поменял позу. Держась руками и цепляясь одной ногой, он оперся о стену спиной и вытянул вторую ногу. Теперь он как бы сидел над пропастью, упираясь обеими ногами в стену перед собой. Эта поза первое время была легче.

Сгибая ноги в коленях и расставив руки по стене, Аян продолжал медленно подниматься. Он старался не думать, что любое неверное движение приведет к падению. Скорее всего, мимо моста.

Через несколько томительных минут он коснулся края трещины. Продолжая перебирать ногами, вылез из щели лицом вверх. В лицо ударил тугой ветер, а глаза ослепли от света.

Но это было не все. Его ноги лежали на одной стороне, а верхняя часть туловища — на другой. Риск нового падения сохранялся. Аян осторожно подогнул ноги, оперся о противоположный край и резко оттолкнулся. Его наполовину выкинуло из трещины. Ноги вертелись над бездной. Отчаянно хватаясь руками за скользкий снег, Аян приподнял туловище и отполз от трещины.

Он вылез из ледяной ловушки.

Все еще не веря, что он смог это сделать, Аян огляделся по сторонам.

Горы все также окружали ледник и молча рассматривали человечка, избежавшего смерти. С вершин задувал ветер. Небо темнело, затягиваясь грозовыми тучами.

Не время ликовать. Надо вызвать помощь.

Аян сел и посмотрел на ледник, где они разбили лагерь. Сердце сжалось, улыбка сошла с обмороженного лица. Палатки исчезли.

Глава