Лир. Книга вторая - Александр Олегович Анин

— Замечательно. Значит, сейчас сестра принесёт вам одежду и проводит в столовую.

— А вы?

— Мищук Олеся Потаповна. У меня тут интернатура.

— Мне имеет смысл представляться? — спросил Лир.

— О вас, Олег Леграфович, ныне вся страна знает.

— И что, даже в прессе пишут? — поинтересовался Лир.

— Хотите почитать? — поинтересовалась девушка.

— Не откажусь. Хоть буду знать, как сюда попал.

— Вы ничего не помните о катастрофе?

— Увы, сударыня. Помню, что резко все полетело кувырком, а потом голоса про мозговую активность, генный материал, внутренний источник…

— Вас латали наши светилы, видимо, их голоса вы и запомнили.

— Нельзя ли услышать подробности?

— Вам про лекарей или… — девушка сделала многозначительную паузу, а Лир отчего-то смутился. — Про источник.

— Совершенно верно. Сами понимаете, что это для меня наиважнейший вопрос. — проговорил Лир, хотя сам мог только предполагать, о каком источнике идёт речь.

— Источник удалось раздуть, и теперь он горит. Размеры его малы, но если вы будете регулярно с ним заниматься, то вполне сможете заряжать не только свои собственные артефакты, но и открыть для себя следующую ступень самопознания.

— Олеся Потаповна, мне бы освежить в сознании детали, а то знаете ли, могу что-то напутать.

— После. До выписки у вас ещё пара дней, и мне поручено с вами позаниматься.

Щелчок замка привлёк внимание беседующих.

— Аграфена Свиридовна, мы вас заждались. — обратилась почти врач к медсестре.

— С крупными размерами вышла заминка, Олеся Потаповна.

Аграфена быстра подошла к кровати, положила на неё комплект больничной пижамы и опустила на пол тапочки.

— Одевайтесь, Олег Леграфович.

— При вас? — на всякий случай уточнил Лир.

— Вас это смущает? Мы уже успели на вас налюбоваться, так что ничего нового не увидим.

— К-когда? — удивился Лир.

— Когда генетический материал брали. — улыбнулись дамы.

— А почему я ничего не помню? — спросил Лир, вставая ногами в тапочки и встряхивая пижамные штаны.

Волна заинтересованности и оценки его фигуры отчётливо исходила от женщин, что заставило Лира замереть на мгновение.

Быстро облачившись в полосатую фланель пижамы, он поднял глаза на медперсонал.

— Аграфена Свиридовна, проводите Олега Леграфовича в столовую и найдите ему газеты за последнюю декаду.

— Хорошо, Олеся Потаповна. Пойдёмте, Олег Леграфович.

Выйдя в коридор, Лир чуть не заорал от ужаса, поскольку в нём увидел беседующих парней в больничных пижамах. Всё бы ничего, но у одного из них было четыре глаза, а второй имел половину лица как вырезанную из гипса, а на второй части головы было два уха.

Пока он шёл по коридору, то успел насмотреться на такое, что в книгах лучше не описывать. Впрочем, и он сам был предметом не только всеобщего внимания, но и волн зависти, а где-то и злобы.

— Бедолаги, все попали под магическую атаку под Варшавой. — проговорила Аграфена практически шёпотом. — От кого теперь бабам рожать придётся?.. — уже себе под нос проговорила женщина.

Лир побоялся делать какие-либо оценки и тем более высказываться вслух, но желание прибить Бродягу, который упорно игнорировал все призывы хозяина, росло с каждой минутой.

Поход в столовую превратился в ад, и Лир был безмерно счастлив вернуться в свою палату, где его передёрнуло от увиденного.

— Бр-р! — в голос проговорил он и, пользуясь тем, что остался один, начал усиленно вызывать Бродягу. — Бродяга, где ты… Бродяга, появись… Плешивый комок шерсти, верни меня на Аллерию немедленно, а то поймаю и ноги повыдёргиваю. — распалялся Лир.

Снова щёлкнул замок двери в палату, и на пороге застыла Олеся Потаповна.

— Олег Леграфович, с вами всё в порядке?

— Наверное, нет. Я теперь ощущаю направленное на меня внимание, и мне это не нравится.

— О, как я вас понимаю. Мне тоже непросто пройти по коридору, чтоб не быть мысленно кем-то раздетой и изнасилованной. Могу вас заверить, что лишней минуты в стенах госпиталя вы не проведёте.

— Скорей бы уж, а то есть охота, а кусок в глотку не лезет. Парадокс. — проговорил Лир.

— Давайте оставим проблемы наших пациентов нашим лекарям, а у нас с вами сейчас занятия по работе с источником.

Девушка достала из халата несколько драгоценных камней, и Лир приступил к осваиванию упражнений по перекачке заряда с одного камня в другой, затем своей энергии в камень и обратно. В конце каждого часа был десятиминутный перерыв, в который Лир успел просмотреть принесённые ему газеты.

Итак, тут он Дубин Олег Леграфович одна тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года рождения, и он офицер Тульского гвардейского полка в звании второго лейтенанта. Его феерическое приземление на купол дирижабля совпало с попаданием в него же магического боеприпаса одной из диверсионных груп воеводства Варшавского. Сам дирижабль был вынужден двигаться на малых высотах из-за низкой облачности и близкого грозового фронта. Из ста восьмидесяти человек, попавших под удар, выжил только он, впрочем, диверсионная группа ненадолго пережила их и была уничтожена орудиями с других дирижаблей.

Ближе к вечеру в палату заглянула светленькая молодая врачиха, которая жестами начала показывать Олесе определённые знаки.

— Удалось купить? — уточнила Олеся.

— Да. — девушка бросила взгляд на Лира.

— Олег Леграфович, вы не могли бы оказать нам кое-какую услугу?

— Я весь внимание.

— Нам бы с Татьяной Илларионовной хотелось бы также получить ваш генный материал.

— Да вы вроде бы говорили, что уже собрали?

— Тогда у нас не было своего стазис-контейнера.

Лир не совсем понимал, как и что будет делаться, но на всякий случай утвердительно кивнул.

— Отлично, тогда с нас ужин. Тут рядом есть приличный ресторанчик. — проговорила Татьяна.

— Никогда не был в ресторане в больничной пижаме. — пошутил Лир.

— Не беспокойтесь, на этот вечер мы сумеем принести вам форму.

*******

Спать хотелось неимоверно. Нет, секс с двумя магичками — это круто, но вот потом откат…Зато он теперь точно знал, каким образом собирают генетический материал в этом королевстве. Хотя, стоп, это не королевство, а Великое Царство Московское, но суть не в этом, а в том, что барышни не угомонились, пока не заполнили все два десятка пробирок из своего стазис-контейнера, поддерживая при этом его силы магией. Вот только действие магии закончилось с их уходом, а Лир сейчас чувствовал себя как выжатый лимон.

Щелчок дверного замка оповестил его о том, что он всё-таки уснул. В дверях палаты стояла довольная Аграфена Свиридовна.

— Вставайте, ваше благородие, я вот вам форму вашу принесла. Всё новое, только со складов. Вас там человек из комендатуры дожидается.

Пока руки и ноги автоматически делали привычную работу, голова продолжала спать. Спохватился