Драма в Тихом океане - Лариса Шкатула

Петров согласно кивнул, точно старпом спрашивал у него разрешения.

А капитан продолжал вершить правосудие. Согласно кодексу и инструкциям. В то время, как команда продолжала искать ещё какие-то улики, Демидов, видимо, готовил себя к роли Фемиды в мужском обличье.

Когда Анастасия обрабатывала лицо стармеха, капитан заявился в его каюту.

Фёдор Иванович сидел перед Анастасией на высоком табурете, и она, включив лампу поярче, обрабатывала ему обширную рану, которую представляло собой его лицо.

– Чего ты не уклонился? – всё же попеняла она стармеху, не думая о том, что, возможно, возится с убийцей.

– Не до того было, Асенька, – вздохнул он. – Вот ведь как жизнь может повернуться. Знал бы, где упал… Воздается человеку по грехам его.

Прозвучало это несколько высокопарно, но она поняла, что Петров, скорее всего, произнес это машинально.

– Я когда свои нунчаки увидел, да ещё с волосами Маши…

– А могли это быть чьи-нибудь другие волосы?

– Машины, сомнений быть не может. Вот только зачем он их на цепочку накрутил?

– Кто – он?

– Убийца, конечно.

– Но если он – не ты… – Анастасия помедлила и с некоторым удивлением – надо же! – досказала, – то причина очевидна: он сделал это нарочно, чтобы другие не усомнились, ктоякобы убийца!

И ещё одна мысль мелькнула в голове Анастасии: а что, если Маша любила Петрова и по этой причине пострадала? То есть, некто – боцман, например, – думал, что она любит его, а оказалось – Петрова.

Теперь она по-новому взглянула на Фёдора. Нет, в его внешности не было ничего от американского актера или аристократичности Верещагина. На первый взгляд он был рядовой мужчина. Среднего роста, правда, с отличной фигурой.Не так уж много в стране мужчин в возрасте под сорок лет, имеющие такую совершенную фигуру. Петров следил за собой, был подтянут – одним словом, смотреть на него было приятно.

А если добавить сюда спокойныйуверенный взгляд серых глаз, которые в ярком электрическом свете будто искрились доброжелательностью, правда, с налетом некоторой тревоги, сложится портрет хорошего человека, о котором даже стыдно подумать что-нибудь плохое. Большинство людей, познакомившись с Фёдором, сказали бы, что он не способен на подлость, а уж чтобы убить…

– Неужели и ты в это веришь?

Голос стармехапрозвучал жалко, как если бы вдруг только теперь он осознал всю тяжесть свалившегося на него обвинения.

– Я не верю! – возможно, излишне горячо воскликнула Анастасия.

Вот тут как раз в проеме каюты и появился капитан.

Он усмехнулся, как будто она подобно ребёнку произнесла несусветную чушь. И вообще, смотрел на неё неодобрительно, будто Анастасия не оказывала Петрову первую помощь, а перепиливала его кандалы.

– Играете в веришь-не веришь? – поинтересовался он.

– Ну, зачем вы так, Олег Николаевич? –укоризненно заметила Анастасия.

– Как – так?

– Это с каждым могло случиться!

– Со мной не могло.

Он даже не улыбнулся, осклабился и посмотрел на неё ледяным взглядом. Мол, ты-то чего в ногах путаешься!

«Всё-таки он какой-то бесчувственный, – подумала Анастасия. – С первого взгляда мне показалось… До чего же внешность бывает обманчива!»

Как девочка, честное слово. Выходит, у неё, случился момент, когда «душа ждала кого-нибудь»? Тоже мне, Татьяна Ларина. Той было двадцать, а Смеляковой пятый десяток. Это уже другое поколение. Не дочки, а матери. Старушка Ларина, как верно заметил поэт.

– Подумаешь, нашли нунчаки! – фыркнула она; назло, а то как же ещё! – Будто их не могли просто украсть из каюты старшего механика.

– Украсть? – капитан даже покраснел от сдерживаемого гнева. – За все десять лет, что я хожу капитаном, был на моем судне хоть один случай кражи?

Анастасия даже отступила под натиском его ярости. Как он не понимает. Оба говорят о совсем разных случаях кражи. Не ради обогащения или присвоения себя чьей-то понравившейся вещи…

– Причем здесь кража? – всё же пробурчала она. – Ведь если человека хотят подставить, речь уже не о воровстве, а именно о подставе.

– Капитан прав, на нашем судне не было ни одного случая кражи, – сказал стармех; моряки обменялись взглядами.

Если бы взгляды могли издавать звуки, звон стоял бы на весь корабль. Шпага о шпагу.

Так, это что-то новое. Здесь не просто выполнение долга и инструкций, здесь чуть ли не соперничество.

А что, если и капитан пытался к Рюминой подкатиться? И она его послала… То есть, открыто послать бы побоялась. Всё же капитан на корабле – второй после бога. Как говорит любитель афоризмов кок, это потому, что рядом нет его жены… В общем, Маша как-нибудь вывернулась. Причем, кэп понял, что стармеху досталось то, в чём ему самому отказали. А вдруг это капитан разобрался с дневальной?..

Нет, ну глупости же. С такими рассуждениями можно дойти до того, что Мария Рюмина перессорила между собой весь экипаж! Ерунда конечно. Притом, что она всего лишь молодая и хорошенькая. Была… Не королева, в сравнении с той же Лерой. Примерно, как обычная дворовая пигалица и фотомодель. Не могла Маша Рюмина вызывать в мужчинах такие чувства… Или могла?

– Всё равно я обязан посадить тебя под арест! – сказал между тем капитан.

– Что значит, обязаны? – опять встряла Анастасия; что-то её сегодня прямо несет по кочкам, прямо на грубость нарывается.

– А вы, Анастасия Львовна, – тут же и нагрубил ей капитан, – могли бы и помолчать, если не знаете, что к чему!

– И что же к чему? – продолжала она упорствовать, понимая, что не просто перешла черту, встала по другую сторону, вместо того, чтобы принимать как данность все, что изрекает нравящийся ей мужчина.

– А к тому, что согласно «Кодекса торгового мореплавания», статья 69, 70, в ситуациях, подобных нашей, капитан действует как орган дознания. Могу ещё сослаться на «Инструкцию о производстве дознания на судах, находящихся в плавании», утвержденную Генеральным прокурором…

– Всё-всё, я поняла! – испуганно проблеяла Анастасия, даже невольно голову прикрыла, будто капитан собирался стукнуть её по голове этими серьезными документами.

Но стармех на слова врача прореагировал.

– Капитан прав, Ася, нужно принять какие-то меры, отреагировать. В конце концов всё станет на свои места, а от сидения под арестом от меня не убудет. Кэп ведь не собирается прямо сейчас казнить меня старым морским способом.

– И вы ещё шутите!

– По крайней мере, для меня это было бы намного проще! – фыркнул капитан.

– Олег Николаевич, а кто будет приносить арестованному еду?

– Кто о чём!