Под Южным Крестом - Луи Буссенар

Пьер, Фрике и молодой китаец, скрывшиеся за скальной грядой, ожидали объявленного спектакля. Моряк раскатисто похохатывал. Черный круг папуасских лодок постепенно сужался. И вот, когда до вожделенной цели оставалось не более двадцати метров, совершенно неожиданно с палубы «Лао-Цзы» взвился гигантский столб дыма, за которым тут же последовал выброс длинного языка пламени, лизнувшего самый верх грот-мачты. Море разверзлось, огромные, словно горы, волны побежали прочь от бортов судна, и вот, наконец, прозвучал великолепный, оглушительный взрыв, сотрясший почву и заставивший согнуться стволы деревьев. Судно подпрыгнуло, опрокидывая пироги и их экипажи и вселяя страх в души островитян, собравшихся на берегу.

Затем воды, усеянные обломками парусника, вновь вернулись в свои берега. Опрокинутыми оказались лишь пироги, волны, увы, не причинили особого ущерба чернокожим лодочникам, чьи головы довольно скоро появились на поверхности моря, после чего обезумевшие дикари поплыли к берегу, будто бы группа морских свинок, преследуемых акулой.

– Обещанный фейерверк, – сообщил Пьер. – И все благодаря найденной мной пороховой бочке. Кули, вне всякого сомнения, надеялись обнаружить в ней тростниковую водку. Я надеюсь, что после этого урока, в будущем, Орангутанги будут испытывать чуточку больше уважения к огромным машинам, плавающим по морям, и к тем, кого они везут. В конечном итоге урок получился не слишком уж суровым, в скором времени они построят новые пироги.

– Честное слово, я уверен, что дикари не знают, куда им деваться посреди всего этого грома, что обрушивается на их уши два дня подряд. Ты в курсе, что рисковал отправить их всех в ад, если бы взрыв прогремел двумя минутами позже?

– Тоже мне несчастье! Если бы мне удалось истребить две или три дюжины этих паразитов, ты полагаешь, я бы мучился угрызениями совести? Им просто повезло. Они смогли вернуться на берег целыми и невредимыми, ну что же, тем лучше для них. Ты ведь знаешь меня, я бы не уронил и волоска с головы ребенка. Но с тех пор, как я увидел этих гнусных хищников, бросившихся к тремстам беззащитным жертвам, этих озверевших чернокожих, которые вспарывали животы еще живым людям, а затем пили их кровь и ели их внутренности, признаюсь тебе, что я несколько изменил мнение о тех, кого «комнатные путешественники» любят называть «добрыми дикарями».

– Без сомнения, – со вздохом ответил Фрике, – необходимо защититься от атак первобытных людей, кровожадных, словно дикие звери. Но мне не менее грустно, когда я вижу, как одни живые существа убивают других.

– А ты намеревался их приручить, угощая сахарком?

– Именно этот вопрос я задал месье Андре, когда мы были пленниками озиеба.[43]

– Следовательно, наши точки зрения совпадают. Я полагаю, и я уже говорил об этом, урок оказался не столь суровым, каким мог бы быть. Ты только взгляни на этих бешеных папуасов, как они грозят кулаками небесам, а затем морю, как они поносят уж и не знаю какое божество… Не следует забывать, что мы еще не выбрались с острова.

– Сегодня не выбрались, завтра выберемся!

– А! Ба! Так тебе удалось проложить нужный курс? Следовательно, ты знаешь, где мы находимся?

– Да.

– Так объясни же хоть что-нибудь!

– Сейчас. Ты знаешь, это стало для меня неожиданностью. Мы находимся, и ошибка почти исключена, на острове Вудларк, состоящем из скопления кораллов; в окружности он не превышает сорока пяти – пятидесяти тысяч миль. Этот остров расположен на 9° южной широты и 153° восточной долготы от меридиана Гринвича.

– Матрос, ты сбиваешь меня с толку.

– Таким образом, мы находимся, – продолжил Фрике, как будто бы не заметив, что его перебили, – приблизительно в 3° от восточной оконечности Новой Гвинеи.

– Триста километров, как сказали бы сухопутные олухи.

– Совершенно верно. Все, что нам надо, – это сесть в нашу «кокосовую скорлупку» и очутиться в Новой Гвинее.

– В этом нет ничего невозможного, хотя местный ялик, на мой взгляд, не обладает тоннажем, позволяющим выйти в открытое море.

– Меланезийцы и полинезийцы часто совершают морские путешествия протяженностью в четыреста или пятьсот лье на лодках типа этой.

– Дикари ее сделали, а мы поплывем на ней прямо к цели. Ну, вот мы достигнем Новой Гвинеи и что будем делать дальше?

– Мы должны добраться до южного берега. Затем мы продолжим наше плавание, идя на запад, но не теряя землю из вида.

– Простое каботажное плавание, несложное. И долго оно будет длиться?

– Черт возьми, да. Мы должны миновать весь пролив Папуа, начиная от 151-го меридиана восточной долготы.

– …от Гринвича.

– По-прежнему от Гринвича… Иначе говоря, мы должны добраться от 151° восточной долготы до 142°.

– Девять градусов, следуя по прямой, если я, конечно, умею считать.

– Да, приблизительно около двухсот двадцати пяти лье, после чего мы окажемся у входа в Торресов пролив.

– А что с нами будет после этого?

– Мы постараемся сделать так, чтобы нас вернули на родину.

– Каким образом?

– Позволь мне преподнести этот сюрприз чуть позднее.

– Не вижу в этом ничего сложного…

– Напротив, сложностей предостаточно, причем сложностей невиданных. Только подумай о тех опасностях, что поджидают нас во время плавания по морям, ощетинившимся подводными рифами. Ты забываешь, что в пути мы сможем ориентироваться только по звездам. И ты прекрасно знаешь, сколь важно проложить верный курс. А ты учитываешь возможность встречи с соотечественниками этих «милейших чернокожих», когда мы остановимся, чтобы пополнить наши запасы продовольствия или воды?

– Ты прав, сынок. Осторожность нельзя назвать трусостью. Настоящая отвага заключается в том, чтобы хладнокровно оценить опасность и найти необходимые средства, чтобы предотвратить ее. Быть может, я ляпнул глупость?

– Вовсе нет. Я лишь добавлю, что настоящая отвага требует рассматривать возможную опасность как реальную, а невозможную – как вероятную.

– А! Еще один вопрос. С помощью какого дьявола ты смог определить место, где мы находимся, и как ты догадался, куда нам следует плыть?

– В каюте капитана-американца я собрал обрывки карты.

– Отличная находка, матрос, тем более, что с ее помощью я всегда смогу проложить курс, если вдруг звезды спрячутся за облаками.

– Но как ты это сделаешь?

– Мне поможет вот эта безделица, – ответил бретонец и продемонстрировал маленький компас, прикрепленный цепочкой к большим серебряным часам.

– Браво! На такую удачу я и не осмеливался надеяться. Ну что же, все идет отлично, пирога готова к плаванию, запасы сделаны, завтра с восходом солнца мы отплываем.