Доктор Проктор и его машина времени - Ю Несбе

Булле взглянул на нее с недоумением, но все же замолк.

— За всем этим что-то кроется, — сказала Лисе.

— А? — спросил Булле. — Что кроется?

— Не знаю, но что-то определенно кроется. Посмотри, к примеру, на марку. Тебе не кажется, что она странная?

— Знаешь, ни одна прямоугольная почтовая марка с зубцами и портретом какого-то серьезного типа не заставит меня подпрыгнуть от неожиданности.

— А ты не прочитал, что там написано?

— Нет, — признался Булле.

Лисе снова дала ему открытку.

— «Феликс Фор», — прочитал Булле. — Должно быть, так зовут этого парня. И еще какие-то цифры: один-восемь-восемь-восемь — это, наверное, год. Фи-и-и!

— Фи? — подняла брови Лисе.

— Да, только представь себе: лизнуть марку, которой больше ста лет…

— Но разве она выглядит как столетняя марка?

Булле внимательно рассмотрел марку. И признал, что Лисе права. Если не считать того, что марка подмокла, она казалась совершенно новой, со свежей краской и гладкими краями.

— Может быть, тут опечатка, — сказал он без прежней уверенности.

— Думаешь? — усомнилась Лисе.

Булле покачал головой.

— За этим что-то кроется, — сказал он.

— Все вверх дном, — сказала Лисе.

— Ты до этого говорила — задом наперед, — напомнил ей Булле.

— Что? — переспросила Лисе.

— Я просто повторил твои слова.

— Какие?

— Что тут все задом наперед, — сказал Булле.

— Точно! — Лисе выхватила у него открытку. — Точно!

Она изучила текст. И вскрикнула.

— Что с тобой? — озабоченно спросил Булле.

— Я д-думаю, что д-доктор Проктор в опасности, — заикаясь, сказала она и побледнела. — Прочитай задом наперед!

Булле так и сделал. Ты тоже можешь попробовать.

…

Готово? Все понятно?

Ну что ж, у Булле тоже не сразу получилось. Но в конце концов он сумел это сделать:

«Читайте там. Хочу домой. Путь не вился. Помогите вернуться, Булле и Лисе».

— Вот что тут написано, — простонала Лисе. — Произошло нечто ужасное!

— Ну да, — сказал Булле. — Доктор Проктор разучился писать. У него буква «Н» похожа на «П».

— Да нет же! — закричала Лисе. — Неужели ты ничего не понял?

— Ага, — признался Булле и почесал подбородок. — Например, я совершенно не понимаю, что значит «читайте там».

Лисе внимательно рассмотрела открытку.

— Смотри, тут стрелка нарисована. И она показывает на марку.

Булле сунул указательный палец правой руки в правое ухо и покрутил, закрыв при этом правый глаз. Это всегда помогало ему лучше соображать. Все равно что повернуть ключ зажигания в автомобиле: раз — и голова начинает работать. Послышалось что-то вроде «чпок», и он вынул палец из уха.

— Знаю, — сказал Булле, с довольным видом изучая палец. — Это зашифрованное послание, которое не должны были прочитать непосвященные. Доктор Проктор знал: лишь такой гений, как я, поймет, что это не простая открытка.

Лисе выразительно закатила глаза, но Булле притворился, будто ничего не заметил.

— «Читайте там» и стрелка в сторону марки, — продолжил он. — Значит, под маркой тоже скрыто какое-то сообщение! Надо ее отклеить.

— Дошло наконец, — сказала Лисе.

Булле протянул Лисе открытку и, лучась гордостью, заявил:

— Как хорошо, что у нас с тобой есть я, чтобы разгадывать всякие секретные коды, ведь правда?

Глава 2. Подвал доктора Проктора

Папа Лисе, комендант крепости, проснулся на диване из-за того, что почувствовал во рту вкус газетной бумаги и типографской краски. Как обычно, он заснул, прикрыв лицо газетой, а поскольку он храпел так, что даже шторы на окне шевелились, нижняя часть газеты — та, где обычно прогноз погоды, — при каждом вдохе заползала коменданту в рот. Он взглянул на часы и удовлетворенно вздохнул. Скоро можно будет идти спать. Но сначала хорошо бы проглотить бутерброд с курятиной, нет, лучше два. Комендант бросил газету на столик, перекатил свой большой живот через край дивана и таким вот образом оказался на ногах.

— Это что еще за дела? — удивился он, войдя на кухню.

Лисе возилась у кухонного стола, а на стуле рядом с ней стоял Булле, крохотный мальчонка из странной семьи, которая весной переехала в дом на Пушечной улице. На столе пыхтел чайник, из носика валил пар.

— А вам не рановато пить кофе, дети? — спросил комендант.

— Ай-ай, команданте, — сказал Булле. — Мы и не думали про кофе.

Только тут комендант увидел, что Булле прижимает пальцем кнопку, чтобы чайник не отключался автоматически и продолжал кипеть. А дочка держит над струей пара что-то напоминающее открытку.

— Что это вы тут делаете?

— Уйди, папа, — сказала Лисе.

— Вообще-то, командую здесь я! — сказал комендант. — И я хочу знать, чем вы тут занимаетесь!

— Мне очень жаль, команданте, — сказал Булле. — Это очень-очень секретно. Если бы мы рассказали вам, вы бы стали тем, кто слишком много знает. А вы ведь знаете, что делают с теми, кто слишком много знает, правда?

— И что же с ними делают? — спросил комендант, подбоченившись.

— Отрезают язык, чтобы не проболтались. И пальцы правой руки, чтобы им нечем было писать.

— А если я левша? — сказал комендант.

— Тогда вам крупно не повезло: придется отрезать вам пальцы и на левой руке.

— А если я умею писать, держа ручку пальцами ног?

— Придется отрезать вам обе ноги, команданте. Ничего личного, но сами понимаете: жизнь шпиона полна превратностей.

— Да, теперь понятно, — вздохнул комендант.

— Однако нет худа без добра, — сказал Булле. — Без ног можно валяться на диване хоть до Пасхи.

А еще не надо смазывать лыжи, стирать носки, завязывать шнурки на ботинках.

— Все это так, — сказал комендант. — Но ведь я могу взять ручку в рот. Или подмигивать азбукой Морзе.

— Мне очень жаль, команданте. Значит, придется отрезать сразу всю черепушку.

Комендант рассмеялся, и весь его большой живот заходил ходуном.