Пророчество орла - Саймон Скэрроу

Улыбка караульного начальника растаяла.

— Так ты, стало быть, еще не слышал?

— Чего не слышал?

— Несколько дней назад они высадились под Лиссом, где поселение ветеранов, все разорили и разграбили, а население вырезали. Всех, под корень. Убивали даже женщин и детей, не говоря уж о мужчинах. Поселение предали огню.

— Лисс? — промолвил, глядя на собеседника, Миниций. — Я там кое-кого знаю.

— Знал. Больше там никто не живет.

— Дерьмо!

Миниций осел на скамью возницы. Начальник караула сжал его руку, после чего повернулся к двум другим центурионам.

— Вы Макрон и Катон?

Оба кивнули.

— Пойдете со мной. Префект приказал доставить вас к нему, как только прибудете.

— Погоди чуточку, — сказал Катон, слез с подводы и поспешил в хвост колонны, к повозке, на которой ехал Анобарб.

Торговец сидел и счищал грязь с плаща, а подняв глаза на Катона, вместо приветствия сказал:

— Приятный город Равенна, а?

Катон протянул ему руку.

— Нас вызывает к себе префект, так что давай попрощаемся. Дай нам знать, где ты остановишься.

— Непременно, — пообещал Анобарб, пожимая ему руку. — С меня выпивка.

Катон кивнул на его денежный ящик.

— Ты можешь себе это позволить.

Торговец ответил ухмылкой, но потом сделался серьезным.

— Я вам жизнью обязан, такое не забудется никогда.

— Смотри, поймаю тебя на слове. — Катон подмигнул ему и поспешил назад, к Макрону и Варрону, нетерпеливо вертевшему свой центурионский посох.

Повернувшись, начальник караула зашагал по направлению к возвышавшемуся над территорией базы массивному, обнесенному портиком строению.

— Где тебя носило? — прошипел Макрон. — Смотри, по эту сторону ворот тоже можно нарваться на неприятности.

— Может быть, но зато нас с тобой ждет выпивка, — отозвался Катон, указывая большим пальцем в направлении повозки торговца. — За счет нашего друга.

— Приятно слышать, — промолвил Макрон, и улыбка не сходила с его лица всю дорогу через учебный плац.

Резиденция префекта выглядела впечатляюще — длинное помещение открывалось на верхний ярус портика, с которого можно было попасть во все служебные помещения второго этажа здания. Оттуда открывался панорамный вид на военную гавань, казармы корабельной пехоты, теснившиеся за ними склады, мастерские и прочие служебные постройки. С одной стороны к гавани примыкала ремонтная верфь, на которой работники усердно покрывали днище вытащенной на берег триремы густой черной смолой из дымящихся чанов. Судя по всему, приготовления к операции против пиратов шли полным ходом.

Пол в кабинете префекта представлял собой искусное мозаичное изображение Нептуна, одной рукой с помощью трезубца поражающего в глубинах морского демона, а другой — насылающего бурю на флот Карфагена. Письменный стол Вителлия, небольшой, но очень дорогой, стоял у окна в одном конце комнаты, а противоположную стену покрывала огромная, подробнейшая карта зоны морских операций базирующегося в Равенне флота.

Подойдя к столу префекта, Макрон и Катон вытянулись по стойке «смирно». Вителлий, просматривавший какие-то документы, бросил на них взгляд, после чего вернулся к своей работе, неспешно завершил ее, вставил стилос в держатель и снова поднял глаза на центурионов.

— Ну, — промолвил он, с улыбкой откидываясь в кресле, — как я понимаю, вы совершили приятное путешествие по идиллической сельской местности.

— Так точно, командир, — без всякого выражения ответил Катон.

— Вот и прекрасно, поскольку на этом отдых заканчивается. Боюсь, в ближайшие месяцы мы будем по горло завалены работой. С той поры как Нарцисс давал нам наставления в Риме, произошли некоторые события. Ситуация серьезно осложнилась.

— Мы это заметили, командир.

— Правда? — с усмешкой промолвил Вителлий. — Сомневаюсь, центурион Катон, чтобы тебе была доступна целостная картина. Секретарь императора сообщает подробности лишь самым доверенным агентам.

— Ты имеешь в виду себя? — буркнул Макрон.

Мгновение префект сидел неподвижно, силясь совладать с гневом, и Катон испугался, что его другу придется поплатиться за несдержанность, но потом выражение лица Вителлия смягчилось.

— Мы должны сотрудничать. Прошу впредь воздерживаться от подобных выпадов.

Последовала пауза: двое мужчин буравили один другого полными неприязни взглядами, но в конце концов Макрон кивнул:

— Хорошо.

— Уже лучше. Но с этого момента, поскольку вы служите под моим началом, прошу проявлять подобающее уважение к моему рангу и обращаться ко мне по уставу. Называть меня «префект» или «командир». Понятно?

— Так точно, командир.

— Отлично. Подойдите сюда.

Поднявшись из-за стола, Вителлий прошел к карте, взял со стойки рядом с ней длинную трость и, как указкой, обвел ею побережье Иллирии.

— Пираты действуют с базы, находящейся где-то в районе этого побережья. До сих пор нам удалось разведать о них прискорбно мало, однако известно имя их вожака — Телемах. Он грек. Полагаю, старается заручиться поддержкой некоторых местных жителей. Это человек хитрый, смышленый, и справиться с ним будет не так-то просто.

Катон прокашлялся.

— Вернуть свитки тоже будет очень непросто, командир.

Вителлий повернулся и всмотрелся в его лицо.

— Что тебе известно о свитках?

— Достаточно, чтобы знать, какую ценность они представляют для императора, командир.

— В самом деле?

Вителлий окинул его испытующим взглядом.

— Сдается мне, юный Катон, ты блефуешь. Или пытаешься выудить дополнительную информацию. Неплохая попытка. Так или иначе, похоже, вожак пиратов еще тот игрок. Он проинформировал нас о том, что в получении свитков заинтересованы не только мы, и наши соперники готовы перебить любую цену, какую предложит уплатить Нарцисс.

— Кто эти люди, командир?

— Этого Телемах не сообщает.

— Может, он просто хочет максимально завысить цену?

— Не исключено. Беда в том, что рисковать мы не можем. Нарцисс желает заполучить эти свитки, какова бы ни была цена. Хоть в деньгах, хоть в человеческих жизнях.

— Но, командир, кому еще так нужны эти проклятые свитки? — спросил Макрон.

— Это не имеет значения. Кем бы ни были эти люди, они не должны им достаться.

— Послушайте, командир, нам было бы легче действовать, имей мы хоть малейшее представление о том, кто может чинить нам препоны.