Мурчание котят - Анна Агатова

довольно давно. Так себе местечко… Темно, холодно, жутко. Бактерии, обитавшие там, мигрировали медленно, с монотонным шуршанием пересыпающегося песка, их задачей было подпитывать здание форума, и для подкормки им часто сбрасывали органические отходы. Когда Дукс решил избавиться от охранителей, многие из них попали сюда, но далеко не все вышли. Там пропали Миррэ и Тигон, товарищи по боевым полётам. Они, как ещё несколько человек, были серьёзно ранены, и их снесли в самые нижние норы. Больше Эрвин их никогда не видел.

Пока его тащили по коротким коридорам в нижние этажи Форума, Эрвин успел заметить, как внутри всё изменилось — такой роскоши он не помнил: отделка стен, светильники, особый белый мох под ногами…

Но полюбоваться тем, как живут люди в славном поселении Центр, бывшему охранителю не дали — тычком в спину его запихнули в первую попавшуюся тесную коморку в Корнях, и перед носом опустилась крепкая сетка паука хилдо — не порвать, не сжечь, только острая сталь, давно запрещенная к общему пользованию, могла бы что-то с ним сделать. Вот только беда — никто не подумал захватить припрятанное в тайнике оружие, когда не проснувшемуся Эрвину скручивали за спиной руки.

Когда конвоиры ушли, он, неловко упавший на неровном полу Корней, поднялся и осмотрелся, растирая руки, не до конца восстановившие чувствительность. Темновато, но сухо и не низко, значит, он нужен Дуксу живым.

Зверя ему словить? Эрвин только хмыкнул.

Снова послышались шаги. Но сейчас шел один человек, и по громкому пыхтению было понятно, что он тащит что-то тяжелое. За паутиной в полутёмном коридоре прорисовалась высокая фигура. Что-то с болезненным мявом — связанная Арта! — уронили у сети, закрывавшей вход в камеру Эрвина, и человек, не сказав ни слова, ушёл.

Избитый, с похмелья, с израненными руками бывший вояка хотел прилечь. Его устроил бы даже неровный пол маленького помещения, в котором его заперли, но сначала нужно было освободить Арту. Сквозь нижние ячейки — самые большие — он, петля за петлёй, снял с рыси подпитанную сiлой тонкую бечеву, как мог, подлечил натёртые ею раны. И зверь не без его человеческой помощи смог пролезть между тонкими прочными нитями паутины.

И вот тогда Эрвин смог наконец лечь. Последними мыслями в засыпающем сознании крутились вопросы о том, что стало с его товарищами.

Так, обнявшись, прямо на полу, они и спали — зверь и человек.

Глава 13

Идона

После того как Зэодан вывел избитого и такого наглого защитника, Идона некоторое время не могал прийти в себя. Её, как разменную мелочь, предложили этому нахалу. Не спросив её мнения, её желания! Её! Дочери шефа стейта Южный Влажный Лес! Этот Дукс вообще не в себе?

Она, вздёрнув бровь и сложив руки на груди, смотрела на гранд-шефа с вызовом. Но тот, казалось, не замечал её взглядов, нервно грызя костяшки на кулаке и судорожно о чем-то размышляя. Странно было видеть его таким. Вернее, странно было бы, если бы Идона подумала о чём-то, кроме собственных забот. Но она ничего не замечала. Нет, в самом деле у неё был повод чувствовать себя глубоко уязвленной и обиженной и не замечать странностей в поведении кого бы то ни было. И поэтому она не сдержала своего гнева:

— Уважаемый Дукс! Как могли вы предложить меня в награду этому хаму и негодяю? Я уважаемая дочь шефа стейта, его наследница!

Гранд-шеф не сразу понял, кто вырвал его из важных и гнетущих мыслей. Непонимающим взглядом обвёл всех присутствующих за столом форума шефов, а потом остановился на девице, с вызовом смотрящей на него. И морщинистое старческое лицо перекосилось.

— Заткнись! — завизжал он, вскакивая со своего сиденья и тараща глаза на багровеющем лице. — Ты сделаешь так, как я скажу, и не пикнешь! Поняла?! Скажу замуж, пойдёшь замуж! Скажу прыгать в пасть цуккана — сиганёшь! И без возражений мне!

Выдохнув, он снова рухнул на сидение, будто этот крик был всплеском его последних сил. Мариджн подскочил к Идоне и, схватив за локоть, сильно дёрнул, вынуждая её отвлечься на сопротивление.

Дукс обессиленно посидел, смотря на свои сложенные на полированной поверхности стола ладони, а потом поднял голову и снова крикнул задыхаясь:

— Он единственный, да сожрёт его цуккан, кто может справиться!

И тут же придавил Идону своей сiлой. Она, не ожидавшая этого, рухнула на колени.

— А чтобы у невоспитанных девок в голове не было всяких глупостей, — прошипел гранд-шеф, без усилий удерживая дочь шефа Южного Влажного Леса, который как раз нервно дергал лицом чуть сзади, в таком униженном положении, — с сегодняшнего дня они, девки, не будут иметь даже гипотетического права наследовать стейты за своими отцами! Поняла, глупая голубица, не годна даже носить почту?!

— Что? — возмутилась Идона, с натугой преодолевая давящую на неё сiлу. Но отец, наклонившись к самому её уху, шептал тихо и взволнованно:

— Соглашайся, дочь, соглашайся! Это отличная партия, я знаю парня.

— Но… — вскинулась было Идона, но Мариджн закрыл ей рот рукой и оттащил едва шевелящую ногами дочь в дальний угол, стоило Дуксу ослабить давление.

И пока он злобно диктовал Политу новый указ об изменении правил наследования шефства в стейтах, а отец шептал: «Тшш, тихо, тихо!», в душе Идоны боролись два чувства — восхищение и неприязнь к гранд-шефу, такому наглому и хамоватому.

Мысль о том, чтобы побороться за него расцветала новым красками в её голове.

Глава 14

Эрвин

Эрвин проснулся от того, что кто-то облизывал его лицо жестким, как коралл Южного моря, языком.

— Арта, уйди, — прохрипел он.

Но рысь не ушла и продолжала сдирать ему кожу с щёк. И то, что делала она это молча, сначала заставило сонного охранителя задуматься, а потом и заволноваться. Его зверь никогда не будил его так — это раз, а два: если на него нападало особенно любвеобильное настроение, вылизывал исключительно мурча.

Эрвин отпихнул Арту и сел на полу, протирая обмусоленное лицо. Глаза уже открывались, но всё ещё чувствовалось, что с ними не всё в порядке. Не лишним было бы помыться и выпить воды. Рысь теперь облизывала его руки. Охранитель понял — она просто хочет пить. Как и он.

Человек поднялся на ноги, но так и не смог распрямиться в полный рост в невысоком помещении, и потому обшарил всё отведенное ему и его зверю место в поисках источника воды — хоть захудалого водяного. Но такового не нашлось.

Согнувшись в три погибели,