Нагна - Евгений Александрович Жиляев

Пока справлялся с возникшим внутренним замешательством, почувствовал на себе чей-то взгляд, пристальный и одновременно недоумевающий, когда поднял глаза, то увидел девочку лет пяти, со светлыми вьющимися волосами и в простом платьице, в руках держала маленький букетик.

– Привет! Меня зовут Андрей, ты не бойся меня, я ничего плохого тебе не сделаю – начал говорить Андрей.

– Я знаю, ты добрый! – ответила девочка – ты пришел оттуда? – и ручкой показала за горы.

– Да. Я случайно к вам попал, шел – шел, и вот сюда пришел.

– Не случайно – твердо сказала девочка – наша мама говорит, что случайностей не бывает!

– Что значит «наша мама», а почему не «твоя» и как тебя зовут? – спросил Андрей, опомнившись, что опять не сразу поинтересовался узнать имя.

– Меня зовут Рада, я всем приношу радость, так мама говорит, она у нас общая, одна на всех – пояснила девочка, продолжая внимательно, изучая, смотреть прямо в глаза Андрея, отчего тот, иногда их отводил, будучи не в силах вынести проникающего до самых глубин света. Наконец, видимо решив, что я совсем не представляю опасность, или еще по какой причине, девочка повернула головку назад и посмотрела себе за спину, а потом снова взглянула на Андрея.

– Пойдем со мной, я отведу тебя к нашей маме – и сделала шаг навстречу, в этот момент Андрей четко почувствовал как нечто живое, стоявшее между ним и Радой заградительной стеной, посторонилось, уступая место. Стало как-то не по себе, иметь дело с таким телохранителем приятно только, наверно, Раде, а вот остальным не очень, поскольку не знаешь, что от него ожидать, каких последствий за неправильные действия.

Девочка подошла вплотную к Андрею и взяла того за руку.

– Пойдем со мной. А его не бойся, он хороший! Он заботится о нашей безопасности. Его зовут Вок, так наша мама нам сказала, ему много лет, у нашей мамы таких стражей много.

Андрей шел рядом с девочкой и одновременно поглаживал свободной рукой камешек, что висел на шее, подарок от Ворона. Сейчас, как и всегда в минуты душевного или умственного беспокойства, он помогал обрести спокойствие и равновесие. Мысль о существовании рядом, да еще во множестве, таких «Воков» как-то помимо собственной воли настораживало и заставляло вести себя предельно сдержанно. Идя с девочкой, Андрей ясно осознавал себя пристальным объектом наблюдения со стороны невидимого стража.

Они шли по алее, красивой и ухоженной, идущей полукругом, потом повернули на прямую широкую дорожку, примыкающую к ней под прямым углом. Везде чувствовалась забота и любовь к порядку, какая-то легкость и воздушность. Впереди показался большой по сравнению со всеми остальными дом белоснежного цвета. Андрей все разглядывал с нескрываемым любопытством, еще находясь свысока, он заметил рациональность расположения всех объектов, их соразмерность друг с другом, из-за чего складывалось ощущение покоя, расслабленности и ничего не вызывало раздражения в каком бы состоянии кажется не пребывал. Здесь все дышало первозданной гармонией, действенной чистотой и простотой, лишь Андрей по своему внутреннему убеждению явно диссонировал с окружающим пространством. Он представлялся сам себе темной массой, шагающей по залитой солнцем поверхности, что сразу выделяется на общем фоне. Андрей несколько раз замечал в глубине садов, мимо которых они проходили, в беседках детей разных возрастов, занимающихся какими-то делами. Он слышал только приглушенные голоса и иногда звонкий задорный смех, от которого у него становилось светлее на душе, и на лице непроизвольно появлялась улыбка.

– Ты точно добрый, – вдруг проговорила Рада, вырвав Андрея из полного погружения в созерцание ландшафта и его внутренней сосредоточенности, – у тебя хорошая улыбка!

– Ты умеешь по улыбкам судить о человеке? – поинтересовался Андрей, весело смотря на девочку сверху вниз.

– Умею, это первое, чему учит наша мама, всегда обращать внимание на улыбку человека. Конечно, я еще не очень хорошо разбираюсь, мои старшие сестры и братья делают это намного лучше.

– И много у тебя сестер и братьев?

– Много, ты их всех увидишь.

– А кто здесь вообще живет, кто за садами и полями ухаживает?

– Наша мама, а мы ей все помогаем, все мои братики и сестрички.

– Не понял! – удивился Андрей и даже остановился, по взрослой привычке заглянув в глаза девочки, проверяя, не шутит ли она, – Как только ваша мама и вы, дети, а взрослые где?

– Их нет, когда мои братики и сестрички подрастают, они уходят отсюда, некоторые больше не возвращаются, в видимом теле.

Любопытство Андрея все росло, он вспомнил Ворона, который не имел физического тела, но продолжал жить, Ворон был маг, а тут от девочки слышать такое, как само собой разумеющееся.

– Ты не волнуйся так, Андрей – сказала Рада, – ничего удивительного в этом нет.

– Для тебя, даже такой маленькой девочки, может это и так, а для меня странно, как это вы живете только с одним взрослым и порядки ваши интересные.

– Мы все делаем сами, старшие братики и сестрички помогают младшим.

И Андрей замолчал, задавать почему-то вопросы больше не захотелось, так в молчании они и подошли к двери дома. Рада первая взбежала на ступеньки и открыла дверь, затем махнула ручкой, приглашая следовать за собой. Андрей вошел…

Прямо перед ним стояла женщина, она как будто ждала его, в белоснежно чистом платье, с вьющимися до плеч темными волосами, и с опущенными руками. Она приветствовала его удивительно мягкой улыбкой, а глаза светились такой нежностью и любовью, что Андрей встал как вкопанный. Женщина подняла руку, описывая полукруг, означающий проходить дальше, и проговорила негромко, но зовуще и с такой теплотой в голосе, от которого душа пробуждается и стремится всеми силами вырваться из тесных сдерживающих оков тела и подлететь, припасть к такой Фее!

– Это наша мама – с радостью сказала девочка, подбежав к ней и взяв за руку. Женщина положила на ее головку свою руку, отчего Рада заулыбалась еще сильнее. Ее движения были настолько плавные и наполненные, что, казалось, все жаждало их прикосновений, даже Андрей физически ощущал эту магию, – Мама, а это Андрей, я встретила его на аллейке, когда гуляла, почти в самом конце, рядом с горой. Он пришел оттуда, из-за гор. Андрей хороший и добрый! – это было самое лучшее представление своей личности незнакомому человеку, какое доводилось слышать о себе Андрею. При этом девочка смотрела поочередно то на него, то