Протозанщики 2. Марш оловянных - Сергей Брацио

class="p">С помощью новых чувств Антип понял, что в центре лужайки громоздкий камень: высокий, с ровными краями, серый валун. Бойкий родничок у подножия отлично слышался, но и живая энергетика ключевой воды ощущалась на ладонях прохладой.

– Ждал, – громыхнул укоряющий за опоздание голос.

Протозанщики покрутили ладонями, но ничего не почувствовали. Голос прозвучал, но обладателя не зацепили – вокруг, казалось, нет никого, кто мог бы говорить.

– Жду! – снова раздался недовольный голос.

– Мы… пришли… – начал Руслан.

– Вижу, – перебил глас, – Спрашивайте!

– Знаешь, где скрывается Савриил? – нагло встрял Антип.

– Да!

– Где?

– На Земле.

– Точнее можешь сказать?

– Нет! – резко рявкнул неощутимый собеседник.

– Почему? – настороженно спросил Руслан.

– Не хочу!

– Отлично! – начал заводиться Антип, – Диалог просто великолепный. Содержательный. Для чего мы шли?

– Это вопрос? – продолжил собеседник.

– Как найти Савриила? – попытался зайти с другой стороны Волна.

– Напрячь убогие мозги! Вам почти все известно, но не видите дальше носа.

– Носа? – вскрикнул Анти-поэт, – Да мы вообще ничего не видим!

– Это точно, – захохотал незримый собеседник.

– Известно, что обособленное место, территориально принадлежащее России… – продолжил Руслан.

– Нынешней России! – довольно резко перебил голос, – Нынешней!

– Ну да, России нынешней. На западе страны. Калининград?

– Конечно, нет! – рявкнул собеседник, – Только дурак может так думать. Калининград – слишком просто.

– А где же?

– Думайте.

– Еще говорили, – вставил Рустам, – Что там постоянно происходит нечто плохое. Негативное. Как часто?

– Достаточно, чтобы посеять мрак.

– А-а-а, теперь все понятно, – злился Антип, – Где? Отвечай!

– В России, – голос наслаждался нервотрепкой.

– Мы никогда доселе не встречались,

но, кажется, я ведаю, кто ты, – наконец, заговорил Андрей.

– Тогда должен знать, что я не обязан вам помогать.

– Согласен, не обязан, это точно,

но можешь ты помочь – так помоги!

– Зачем мне это?

– Возможно, чтобы сделать что-то лучше,

чем все, что ты до этого творил.

– Ты мне не судья! – громом разнесся голос, заставляя протозанщиков присесть от страха.

– Да, я судить тебе не вправе, это точно.

Поэтому, нижайше я прошу.

– Спрашивайте, – несколько смягчился голос.

– Как победить Савриила? – в слепой надежде спросил Руслан.

– Вернуть Руси тело и душу. Вернуться к предназначенному! В Русь вкладывалась сакральная задача спасения Олова, но вы не смогли удержать страну, позволили лжи угнездиться в ваших головах. Вы не достойны даже…

– Че? – перебил Антип.

– Надеетесь, что части целого смогут жить отдельно? Голова без рук, а сердце без головы? Болью раненного тела питается мрак! Кого вы собираетесь защищать, протозанщики, если себя не смогли уберечь? – снова перешел на крик голос, – Раскидали куски по миру. Разбросали и ждете, когда наладится жизнь? Породили зло – жрите его плоды! Это ваша расплата. Ваше наказание.

– Я не понимаю! – недовольно выкрикнул Антип, – Что мы должны сделать? Разве нам по силам влиять на целые страны?

– Вам вряд ли, – согласился собеседник, – Поэтому ковыряйтесь в своих клочках, залатывая дыры, но так проблему не решить. Лишь временно припарите рану. Хотя… все можно, если захотеть.

– Что же делать? – спросил Волна.

– Уже спрашивал, а я уже отвечал – думать!

– А Александр Македонский тут при чем? Подкинь еще хоть крошечную зацепку, а? – умоляюще произнес Руслан.

– Македонский – первая подсказка. Я дам еще две: во-первых, за последний век нужное вам место дважды пустело. И дважды заселялось заново. В последний раз – слугами Савриила.

– По каким причинам пустело? – пристал Антип.

– Во времена Великой Отечественной войны и в конце двадцатого века – после Чернобыля.

– Опа! Чернобыль, – довольно пробормотал бандит, – Уже что-то. Сильно пострадавшая территория…

– Верно. Я подскажу вам и второе слово: оно, разумеется, связанно с Русью.

На сером валуне – это прекрасно почувствовали протозанщики – стала появляться надпись. Она не только покрывала собой замшелый камень, но словно вписывалась в память, оставаясь там навсегда. Не требовалась бумага или карандаш – символы сразу попадали в голову, минуя посредников.

Проблема лишь в том, что смысл ее остался за пределами понимания: «Шво́ить пучки́ со спидо́нами, вы́керить клёвой торга́шки – это шабро́, но не символ – охлы́н. Мас – символ, мас – ёлы́ма, мас – Поха́н!».

– Опять это гажде… – начал возмущаться Рустам, но Антип перебил его:

– Феня? – ответа не последовало.

– Откуда информация твоя? Скажи, мы точно можем верить? – подал голос Руслан.

– А зачем ты пришел? – загромыхал голос, – Не веришь, так и ступай прочь!

– Хорошо-хорошо, мы поверим тебе, но откуда…

– У всех свои архивы, – более спокойно пробасил незримый собеседник, – И комнаты свои…. пустые, – последнее слово было произнесено с издевательским оттенком.

– Спасибо.

– Все, идите, ищите! – устало промолвил голос, – И запомните, очень многое будет зависеть от решения Василия или, как вы его зовете, Антипа. Если и не в конкретной битве, то во всей этой войне.

– Моего?!! – подпрыгнул бандит, – Что еще за…

– Твоего, – ухмыльнулся голос, – Тяжелый выбор между спасением Мира и спасением души.

– Сговорились, да?!! Вы что, все сговорились?!! Да ну вас… утомили. Значит, то, что ищем на Украине? Там же Чернобыль?

– Ищите! – рявкнул незримый, – Друг как враг окружил эту землю.

– О, как!

– Да. Идите. Больше нет ответов.

– Скажи хоть, как выйти отсюда?

– Уже вышли, – откуда-то издали пробасил голос.

В белесой пелене появились черные точки. Они делились, сливались, образуя кляксы. В пятна стали видны обрывки горного пейзажа. Возник птичий гомон, гул ветра. Пятна росли, склеивались, занимая все большую площадь, пока, наконец, не превратились в единую картину.

– Где мы? – моргнул глазами Волна.

– В Абхазии, где же еще, – прозвучал ответ с кавказским акцентом.

– Федя? – радостно вскрикнул Антип, – Ты? Вы?

– Я. Кто же еще! Что с вами? На секунду застыли, как памятники, а теперь галдите, как будто вас тут год не было. И кто это с вами? Где демон?

– Демон в аду, отец, в аду.

– Пусть там и остается, – вздохнул Федя, с любопытством разглядывая Андрея.

– Ну что, проты, – Антип улыбнулся, произнося сокращение от «протозанщиков», – Подытожим, что имеем?

В активе появились новые подсказки. Известно, что искомое место «политически обособленно», что юридически относится к Российской Федерации, что лежит на западе, что каким-то образом связанно с именем Александра Македонского, Чернобылем и Русью. Слагаемых много, но сумма пока не выходит. Они не вяжутся друг с другом, не образуют целого, только сильнее путают. Про новую подсказку и вовсе ничего не ясно.

– Швоить пучки со спидонами… – вздохнул Рустам.

– И хрюкотали зелюки, как мюмзики в мове, – с улыбкой вспомнил Антип Кэрролла.

– Думаешь, из «Алисы»? Там ключ? – вскинул брови приятель.

– Кэрролла люблю, – зачем-то сообщил Федя с улыбкой.

– Не думаю… Нет, точно «Алиса» не при чем, да и с Русью никак не связана. К тому же