Золотой вулкан - Жюль Верн

— А если судить по номеру дядюшкиного участка, — заметил Самми Ским, — он находится где-то рядом.

— Не более чем в трех десятках лье, — проговорил Скаут, — потому что, во-первых, на этом расстоянии проходит граница между Аляской и доминионом и, во-вторых, — участок номер сто двадцать девять относится к канадской территории.

— Завтра же и поедем, — объявил Бен Реддл.

— Договорились, — ответил Самми Ским. — Но прежде чем заниматься ценой участка, наверное, следует проверить, не передумал ли синдикат.

— Справедливо, — согласился Бен Реддл. — И ровно через час мы это узнаем.

— Я могу проводить вас до конторы капитана Хили из англо-американской компании «Трэспортэйшн энд Трейдинг», которая находится на улице Фронт-стрит.

После обеда братья вышли из гостиницы и, ведомые Биллом Стеллом, направились к дому, занимаемому чикагским синдикатом.

Улицы кишели народом, только что прибывшим на юконском пароходе. Переселенцы толпились в ожидании возможности отправиться далее, одни — для того, чтобы продолжить разработку собственных приисков, находившихся на различных притоках великой реки, другие — чтобы как можно выгоднее продать свои руки. Больше всего людей было на Фронт-стрит, где располагались основные агентства. Людская толпа перемешалась с «толпой» собачьей, и на каждом шагу происходили стычки с этими практически дикими животными, лай и визг которых раздирал уши.

— Этот Доусон — решительно собачий город! — повторял Самми Ским. — Его первым градоначальником наверняка был Цербер[86].

Несмотря на толкотню, брань и летевшие в спину проклятия, Бен Реддл и Самми Ским более или менее благополучно добрались до штаб-квартиры синдиката, у дверей которой их оставил Скаут, чтобы отправиться обратно в отель «Нортен».

Братьев принял товарищ управляющего господин Вильям Бролл, которому они сообщили цель визита.

— Очень хорошо! — сказал чиновник. — Итак, вы — господа Реддл и Ским из Монреаля? Рад вас видеть.

— Мы — также, — ответил Самми Ским.

— Вы — наследники Джосайаса Лакоста, владельца участка на Фортимайлз?

— Совершенно верно, — заявил Бен Реддл.

— Можно надеяться, что за время нашего бесконечного странствия участок не исчез? — спросил Самми Ским.

— Конечно нет, господа! Будьте уверены, что он по-прежнему находится на том месте, на котором значится в кадастре, а именно на границе обоих государств, увы, окончательно не делимитированной…

Что значила эта неожиданная фраза? Каким образом граница между Аляской и доминионом могла иметь отношение к участку номер сто двадцать девять?.. Разве при жизни Джосайас Лакост не являлся его законным хозяином? Разве эта собственность не перешла столь же законным путем к его естественным наследникам, независимо от спорности означенной границы?

— Сударь, — продолжил беседу Бен Реддл, — в Монреале нам сообщили, что синдикат, руководимый капитаном Хили, имеет намерение купить у нас участок номер сто двадцать девять, что на Фортимайлз.

— Все верно, господин Реддл.

— Я и мой совладелец приехали, чтобы установить ценность этого участка, и мы желаем знать, не передумал ли синдикат его приобретать.

— И да, и нет, — ответил Вильям Бролл.

— «И да, и нет»! — воскликнул Самми Ским.

— Не могли бы вы, сударь, нам объяснить, что означают эти «да» и «нет»? — обратился к товарищу управляющего инженер.

— Очень просто, господа! «Да» — если местоположение участка определено одним образом, и «нет» — если другим.

Слова Вильяма Бролла явно нуждались в дальнейших разъяснениях, но, не дожидаясь их, младший из кузенов воскликнул:

— Что бы там ни было, ответьте нам — являлся ли Джосайас Лакост владельцем этого участка и являемся ли мы, здесь присутствующие, его владельцами как наследники умершего?

Пока звучала тирада брата, Бен Реддл извлек из бумажника документы, подтверждающие его с кузеном права на владение сто двадцать девятым участком на Фортимайлз.

— Господа, — произнес товарищ управляющего, — ваши документы в совершеннейшем порядке. В этом сомнения нет, но, повторяю, вопрос в другом. Да, наш синдикат в самом деле оповестил вас о своем желании купить участок Джосайаса Лакоста и на ваш вопрос о действительности наших намерений я могу ответить только то…

— То есть не ответить ничего, — перебил Вильяма Бролла Самми Ским, с раздражением реагируя на насмешливое, как ему показалось, к себе отношение со стороны чиновника.

— Господин Бролл, — вступил в беседу Бен Реддл, — ваша телеграмма с предложением купить у нас участок, принадлежавший Джосайасу Лакосту, получена в Монреале двадцать второго марта. Сегодня седьмое июня. Минуло более двух месяцев, и мне интересно знать, что случилось за это время такого, отчего теперь вы не можете дать нам определенный ответ.

— Вы говорите об этом участке так, словно его местоположение определено неточно, — добавил Самми Ским. — Хотелось бы верить, что он все еще находится там, где был.

— Разумеется, господа! — ответил товарищ управляющего. — Но на Фортимайлз он занимает место, по которому проходит граница, разделяющая принадлежащий Британии доминион и принадлежащую Соединенным Штатам Америки Аляску.

— Он находится на нашей стороне, — возразил Бен Реддл.

— Да. Но при условии, что межгосударственная граница установлена точно, — сказал Вильям Бролл. — И нет, если это не так. Поелику синдикат, будучи учреждением канадским, может разрабатывать только то, что принадлежит Канаде, дать вам утвердительный ответ сейчас я не могу.

— Так вы говорите, что в настоящее время идут споры о границе между Соединенными Штатами и Великобританией? — задал вопрос Бен Реддл.

— Вот именно, господа! — прозвучал ответ чиновника.

— Я полагал, что в качестве разграничительной линии избран сто сорок первый меридиан, — заметил Бен Реддл.

— Все это справедливо… и ничего справедливее быть не может!.. С тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года, когда Россия продала Аляску Соединенным Штатам Америки, всегда считалось, что этот меридиан является межгосударственной границей.

— Что же, — заметил Самми Ским, — думаю, что меридианы не меняют своего положения произвольно даже в Новом Свете, и надеюсь, что и сто сорок первый не сдвинулся ни на восток, ни на запад.

— Конечно нет! Но, похоже, он был проведен не там, где следовало, — сказал Вильям Бролл, — поскольку вот уже два месяца, как по его поводу ведется серьезная дискуссия, и не исключено, что он будет перенесен немного на запад.

— На несколько лье? — спросил Самми Ским.