Тверской Баскак. Том Второй - Дмитрий Анатолиевич Емельянов

Бояре притихли, а Александр все с тем же мрачным видом обвел их взглядом.

— Есть еще у кого какие мысли⁈ — Его голос прошелся по боярским рядам, но никто не ответил.

Князь еще помолчал, и за всех резюмировал с места старший Нездинич.

— Да что тут решать! Прав Афоня, надо всем войском на Псков идти, а потом уж и за Копорье возьмемся.

Благородное собрание одобрительно зашумело, и я понимаю, что сейчас они это решение утвердят, а должно быть совсем не так. Я точно знаю, что в летописи написано по-другому. В памяти услужливо всплыло когда-то прочитанная строчка.

«Сначала пошел князь Александр на Копорье и, взяв крепость, сжег ее…»

«Как же так! — У меня в голове закрутилась тревожная мысль. — А вдруг это последствие моего вмешательства!»

Ёжусь как от озноба при одной только мысли об этом. О таком не хочется даже думать, ведь если история начнет меняться, то может измениться все что угодно, и результаты войны в том числе.

«Э нет! Мне такой поворот ни к чему!» — Сходу понимаю всю опасность, казалось бы, незначительного события.

Подумаешь, ни на Копорье сначала пошли, а на Псков. Это сейчас подумаешь, а дальше что! Эффект бабочки будет нарастать, и глядишь не ливонцев на Чудском озере разобьют, а наших, и так далее. А самое печальное, что в таком случае я лишаюсь одного из главных своих преимуществ — знания будущего.

«Я тогда буду не всезнающим попаданцем, а простым современником со всеми вытекающими проблемами! Ну уж нет! Надо срочно все вернуть к летописному варианту».

Решившись, протискиваюсь вперед. Еще не знаю, что скажу, но мозг лихорадочно ищет выход и строит одну логическую цепочку за другой. Неожиданно в памяти всплывает еще парочка строк из летописи, и вот тут меня буквально осеняет.

Начинаю пробираться еще энергичней, а народ вокруг недовольно косится и норовит ткнуть локтем побольнее. Лезу, не обращая внимания, и сходу буквально вываливаюсь на открытое пространство.

Головы всех собравшихся поворачиваются на шум, и я предстаю пред почтенной публикой непочтительным нарушителем спокойствия.

«Плевать!» — Бормочу про себя и кланяюсь до земли сидящему вдали князю.

Наступившую тишину первым нарушает крик Афони.

— Ты⁈ Ты что здесь делаешь⁈

Он еще не забыл про свой позор на Волжском льду, да и мой рудник на Новгородской земле тоже, наверное, не дает ему спать спокойно.

Смотрю на красное, злющее лицо большого новгородского боярина, и в голове появляется уверенность, что если бы не епископ Герман со своей затеей присвоить Псков, то сейчас эти господа решали бы, как отобрать у меня Медное.

Гоню прочь лишние мысли и, игнорируя Афоню, обращаюсь прямо к Александру.

— Не гневайся, князь, позволь слово молвить.

Вижу, Ярославич тоже меня узнал, но никаких положительных эмоций я у него не вызываю. Даже наоборот, его брови еще больше нахмурились.

— Ааа, наместник! — В голосе Александра послышалась затаенная обида. — Ну как ты там брату моему служишь?

Эта так не вяжущаяся с молодым князем эмоциональность подсказала мне, что Александр хоть и смирился с решением отца отнять у него Тверь, но все-таки затаил обиду.

«С его-то амбициями это немудрено! — Не отводя глаз, оцениваю каждое слово и жест князя. — Только вот странно, что он не в курсе изменений, произошедших в Твери, и по-прежнему считает меня наместником».

«Хотя с другой стороны, — я быстро нашел этому объяснение, — после Новгорода он почти год в своем Переяславле просидел. Если учесть его размолвку с отцом, то получается почти почетная ссылка».

Объяснять князю, что я уже не наместник, показалось мне лишним, и проще было прикинуться, что не разобрал, о чем он.

— С братом вашим все хорошо, в городе его любят и…

От моих слов лицо Александра морщится, словно он куснул кислое яблоко, и он обрывает меня на полуслове.

— Хватит о нем, ты же ведь не для этого говорить вызвался.

Недовольство князя не ускользнуло от Афони, и он попытался встрять.

— Да нечего, княже, этого пустобреха слушать! Прикажи гнать его взашей!

Реакция Александра показала, что Афоня явно поторопился. Может быть, воспоминания об испорченных отношениях с отцом и братьями не добавляли князю настроения, но терпеть указания от кого бы то ни было он точно не собирался.

В миг на лице Александра застыла хищная маска, и гневный взгляд ожег новгородского боярина.

— Не много ли ты на себя, Афоня, берешь⁈ Ты уже князю своему указываешь, что делать⁈

Хоть и молод Александр, но связываться с ним я бы никому не советовал. Один его взгляд и тембр голоса может любого поставить на место. Я даже не могу удержаться от иронии.

«Он сейчас смотрит на боярина, как удав Каа на бандерлогов!»

Афоня поначалу было набычился, но трезвый расчет взял вверх. Ссориться с князем, после того как Новгороду с таким трудом удалось его вернуть, было бы крайне неосмотрительно.

Новгородская старшина нуждалась в Александре куда больше, чем он в ней. Гордый боярин окинул взглядом собрание и понял, сейчас его никто не поддержит. Тогда он опустил глаза к полу и согнулся в поклоне.

— Прости, князь, ежели сказал что, не подумав! — Он приложил обе ладони к груди. — Прости! И в мыслях не было обидеть тебя!

Маленькая победа улучшила настрой Александра, и он снисходительно глянул на меня.

— Так чего ты хотел… — Он покопался в памяти и вспомнил мое имя. — Фрязин! Говори, мы слушаем.

Он обвел рукой боярские скамьи, показывая, что не отделяет себя от присутствующих.

«Ну слава богу! А начать с этого нельзя было!» — Мысленно ерничаю, но начинаю уверенно излагать свою мысль.

— Чтобы принять правильное решение, надо понять причину происходящего. — Перевожу взгляд с князя на бояр и задаю общий вопрос. — Разве вы не задавались вопросом, почему ливонцы так легко взяли Изборск и Псков?

Держу паузу, но не давая никому встрять, отвечаю сам.

— Потому что это не завоеватели пришли в Псков! Это возвратился свой князь, у которого на Псковской земле по-прежнему очень много сторонников. А то, что он немцев с собой привел, так и что⁈ Князь волен нанимать себе дружину, где хочет. Ярослава Мудрого вон тоже варяжские мечи на стол Киевский сажали.

Александр недовольно нахмурился.

— К чему ты это говоришь, Фрязин⁈

— Я к тому, что пока Ярослав Владимирович в городе, псковичи будут за него сражаться. — Держу взгляд князя, не отводя глаз. — Но это скоро изменится, и князь Ярослав уедет из Пскова.

— Откуда знаешь⁈ — С места выкрикнул Афоня, и все собрание вперилось в меня вопросительными взглядами.

Откуда знаю, я им сказать не могу, но в памяти у меня четко стоят строки из летописи, что Ярослав Владимирович покинул Псков еще до взятия города русскими войсками. Он уехал в поместье Медьвежья Голова под Оденпе, дабы решить семейную драму. Там его сын от первого брака с немкой убил его нынешнюю русскую супругу.

Не реагируя на выкрики, смотрю только на Александра.

— Он уедет, у меня есть достоверная информация. Уедет в середине февраля.

Молодой князь сидит молча, и я решаю надавить.

— С отъездом Ярослава в Пскове начнется смута. Там и так еле терпят ливонские грабежи и насилие. Не будет князя, не будет повода и терпеть, а все его приспешники попрячутся по норам. Думаю, в таких условиях немцы держаться за город не станут, побояться того, что воевать придется на два фронта. Нам даже штурмовать город не придется.

Взор Александра смягчился, но недоверие в голосе осталось.

— Складно излагаешь, Фрязин! А что ежели мы время упустим, а к ливонцам, пока мы чухаемся, подмога подойдет?

Я к такому вопросу готов и отвечаю с ходу.

— Подмога к Пскову может только со стороны Копорья прийти. Там сейчас все силы ландмейстера Андреаса фон Венвеля, и ежели мы дорогу ему перекроем, то никакой помощи немцам во Пскове не дождаться.

Вижу, Александр серьезно задумался, и дожимаю его.

— У ландмейстера ныне тоже большие проблемы. Он рассорился с датским ярлом Густавом Харремандом, и датчане ушли из Копорья в Ревель. Ливонцы там одни остались, и сил у них немного. Думаю, сейчас самое время по ним ударить.

— Уж больно ты всеведущ, Фрязин, — выкрикнул кто-то из бояр, — подозрительно сие!

Обвожу взглядом залу и вижу, это общее мнение. На это раз ответ у меня есть, и я вынимаю из-за пазухи письмо родственника Эрика. Разворачиваю его и протягиваю Александру.

— Вот доказательство того, что я сказал! Сейчас надо всей силой ударить на Копорье.

Князь смотрит на латинские буквы, потом на меня и возвращает письмо.

— Прочти!

Читаю и время от времени поглядываю на Александра. Поначалу еще