Забавы волшебников - Игорь Евгеньевич Кулаков

Настроив и предварительно включив на смартфоне диктофон, Татьяна довольная вышла из комнаты. Впервые за все время пребывания в доме Усыла Чахчи она осмелилась это сделать без подруги. Осторожно, стараясь не нарушать царящую в доме тишину, оглядываясь по сторонам, девушка спустилась в гостиную, где сидел за столом глава семейства склонившись, как сначала показалось Татьяне, над книгой. Только приглядевшись получше, она заметила, что Усыл Чахчи что-то пишет, обмакивая деревянный предмет с металлическим наконечником в очень похожую на нашу чернильницу емкость, по форме и внешнему виду чем-то больше напоминающую маленький, пузатый, глиняный горшочек.

Хм… Может тоже ведет дневник, как я? За неимением компов и смартфонов, на том, что их здесь заменяет. Интересно… В средневековье явно не все умели писать и читать, а его положение обязывает?

— Татьяна… — указал ей жестом на место за столом хозяин дома, заметивший девушку, когда та еще спускалась со второго этажа, но не подававший все это время виду.

— Спасибо.

— Юлия? — явно вопросительно уточнил он о местонахождении подруги гостьи.

— Спит, — улыбнувшись и сложив ладоши у щеки изображая сон, ответила Татьяна. Какая оригинальная «записная книжка» — отметила про себя девушка. По размеру в закрытом состоянии она была примерно равна нашему формату А5, с плотными белыми листами, которые, видимо от времени приобрели желтоватый оттенок по краям, и обложкой из коричневой кожи. В руке мужчины был инструмент, напоминающий чем-то «наши» плакатные перья на деревянной ручке, о которых в мире девушек с появлением компьютеров и принтеров вспоминали все реже и реже. Только у нас те перья были результатом массового производства и все выглядели стандартным продуктом конвейера, а здесь чувствовалась рука мастера. Возможно, эта даже была эксклюзивная работа.

На самом деле письменные принадлежности в деревнях и городах в этом мире не были редкостью, что обуславливалось большим, чем предполагала в тот момент девушка, уровнем грамотности. Желающие могли легко приобрести все интересующие их предметы в столицах княжеств, куда в основном по причине большего объёма рынка и числа потенциальных покупателей, стремились приезжать торговцы из разных мест, привозящие свой товар. Такие изящные металлические наконечники, напоминающие перо изготавливали гномы, славящиеся искусными мастерами по работе с металлом.

За время пребывания девушек в доме, у старосты деревни к неожиданным гостьям накопилось много вопросов. Он решил использовать самый простой и удобный способ общения — рисование.

Усыл Чахчи обмакнул «пишущий предмет» в красящую черную жидкость, напоминающую «чернила» и изобразил на листе волны, похожие на то, как многие в мире, откуда пришли девушки, изображают схематично море.

— Море, — уверенно произнесла Татьяна, показав жестом в сторону, где находилось оное.

Мужчина кивнул головой и продолжил рисовать, изобразив камни на берегу.

— Камни, берег, — отвечала девушка.

Кажется, она очень понятливая, но посмотрим, что будет дальше. Усыл Чахчи изобразил несколько домов, без детального прорисовывания каждого.

— Дом — указав на отдельно стоящее строение, произнесла она и очертив пальцем круг вокруг всех домов, продолжила — деревня? — вопросительно взглянув на мужчину.

— Да — кивнул головой староста.

В их общении до этого момента было все предельно понятно. Для себя Усыл Чахчи делал пометки, как все, что он рисует, называется на местном, а также на неизвестном ему языках. Чем-то это напоминало транскрипцию. Увлекательное общение продолжилось и староста изобразил деревья вокруг деревни.

— Дерево, — по аналогии с деревней назвала Татьяна, и помня из курса латинского, назвала не только на своем языке, но и на латинском, а очертив пальцем все деревья вместе, она сказала — лес!

Потихоньку стала вырисовываться картина, вернее, набросок на скорую руку, под названием деревня Агриохены.

Усыл Чахчи над изображением написал на латинском языке название деревни — Агриохены.

Буквы латинского алфавита Татьяна знала еще со студенческой скамьи и прочесть написанное для нее не составило труда.

— Деревня Агриохены? Так вот где мы! — она произнесла вслух и задумалась. Изучая карту Лоо вместе с Юлией, Татьяна не видела там такого названия, даже упоминаний таких не слышала.

Усыл Чахчи глядя на девушку кивнул головой, отметив про себя — Да она умеет читать на нашем языке и обучена грамоте? Похвально! Но чем больше гостья раскрывала свои способности, тем больше это его настораживало.

Решив усложнить задачу, Усыл Чахчи схематично изобразил возле деревни двух человечков, вопросительно посмотрел на Татьяну и протянул ей пишущий предмет, намекая на то, что теперь ее очередь.

Татьяне ничего не оставалось делать, как в лесу нарисовать руины храма и стрелочками указать, что от храма они пришли в деревню.

Усыл Чахчи получил именно тот ответ, который хотел, но одновременно боялся услышать. Отчётливо «запахло» магией. Он еще больше утвердился в своей правоте — без Леотира тут не разберёшься, гостьи — по его части.

История появления таинственных незнакомок возле руин храма была необъяснима. Татьяна представления не имела, как сама сюда попала. Рассказывать о том, что у нее есть планшет с фотографиями развалин Храма в их мире и у Юлии есть подозрительный камень, который они связывают с их перемещением, она не стала. Страх, что всего этого они могут лишиться в один прекрасный момент — отберут силой, ее останавливал. Она опустила глаза и протянула «перо» хозяину дома.

Усыл Чахчи не стал настаивать, вздохнул, встал из-за стола и вышел на террасу. Закурив трубку, он сел в кресло-качалку и погрузился в раздумья.

Татьяна немного растерявшись, проследовала за хозяином дома. Из всего, что она сейчас узнала — было название деревни, но этого так мало… Девушка понимала, что ответы на все свои вопросы сможет получить лишь выучив язык местных жителей.

Пока староста пребывал в хорошем настроении, она решила продолжить общение. Стоя на террасе, Татьяна облокотилась на перила, и глядя вдаль на море, стала напевать Гаудеамус. Этот старый студенческий гимн в свое время, на уроках латинского языка, они как только не учили — просто читали, переводили, пели по разному, переставляя куплеты. Пожалуй это то, что запомнит за годы своей студенческой жизни из