Не будите спящего спинорога - Тим Дорси

Пьер стал старшим вице-президентом, тем самым, который водит на ленч VIP-клиентов. Пьер сложил вещи в коробки, погрузил на банковскую тележку и переехал этажом ниже.

Повесив на новую стену вдохновляющий плакат с гребцами, Пьер сел за новый стол и вперил взгляд в пространство. Потом рассеянно потеребил уголок ежедневника и тяжело вздохнул. Его предшественник, спелеолог-любитель, погиб в пещере при странных обстоятельствах, и чужие вещи из офиса еще не убрали. Пьер поиграл с болтающимися металлическими шарами на подставке. На углу стола стояла другая безделушка: птица, которая погружает голову в стакан воды. Пьер привел ее в действие, но тут же с непонятным раздражением схватил за шею и остановил. На подставке для ручек была гравированная табличка: «Берт Уэлч, Почетный донор залива Тампа, 1989 г. Третье место». Пьер вынул обе ручки, почеркал в блокноте, поставил. Потом выбросил в корзину визитки Берта и вложил в серебряную визитницу свои. Откинулся на спинку кожаного кресла и начал со скрипом качаться. Понемногу им овладевала паранойя. Пьер встал, подошел к окну и закрыл жалюзи. Сел; в темноте кресло снова заскрипело.

X. Амброз Таррингтон-третий слушал по радио Синатру. Покачиваясь в такт музыке, он проехал по Бэйшор-бульвару и остановился у круглого кирпичного подъезда к самому большому особняку города. Достал из портфеля «полароид» и вышел из автомобиля. Перевел фотоаппарат на автоматический режим и поставил на каменный карниз дома напротив. Отбежал назад и встал в позу рядом с «роллсом» на фоне особняка. Потом снова сел в автомобиль.

В дверь кабинета постучали. Пьер вздрогнул, с ужасом бросился к жалюзи и выглянул наружу. От сердца отлегло. Пьер открыл дверь:

– Амброз!

– Пьер!

Энергичное рукопожатие.

– Вы свободны, пообедаем? – спросил Амброз.

– Только если приглашаю я.

– Как пожелаете. Пьер схватил свой плащ.

– В вашем авто или моем?

– Давайте на «роллсе».

– А что случилось с «бентли»?

– Слишком большой пробег.

Пьер кивнул. Вот уж повезло так повезло! Амброз, один из самых богатых жителей Тампы. По слухам, у него миллионов двадцать, а то и все тридцать. Лучший клиент банка. Точнее, лучший потенциальный клиент. Еще никто не убедил Амброза доверить хоть один из своих миллионов «Консолидированному». Пьер был твердо намерен переломить ситуацию в свою пользу. Вряд ли представится лучшая возможность себя реабилитировать.

Пьер знал, что в делах с воротилами такого калибра, как Амброз, главное не говорить о деньгах. Слишком грубо. Нет, надо вместе отужинать, выпить, поиграть в гольф, пригласить девочек. А на следующий день твои люди звонят его людям.

Амброз открыл «ролле», Пьер сел на место пассажира.

– Может, в клуб?

– В клуб так в клуб, – сказал Амброз.

Швейцар в загородном спортивном клубе «Палма Сейя» припарковал «ролле», а Пьер с Амброзом прошли в ресторан как ближе – через мужскую душевую и раздевалку со шкафчиками из полированного дерева.

В ресторане на них покосился не один человек. Амброза все знали, и Пьер почувствовал, как растут его акции. Он быстро нашел в зале своих конкурентов: Нельсона из «Флорида фиделити», Уолтера из «Тампа сейвингс» и Джейкоба из «Кемикэл бэнк». Пьер похлопал Амброза по плечу и улыбнулся конкурентам. Почему бы не порисоваться? Сколько раз он сидел в этом самом ресторане и терпел их самоуверенный вид, когда Амброз запихивал салфетку за воротник за их столом?

Официант принес воду со льдом. Амброз и Пьер пролистали меню цвета бургунд.

– Я возьму меч-рыбу на английском маффине, – сказал Амброз.

– Салат шеф-повара, – заявил Пьер. – Только без крутонов. Я на диете Аткинса.

– Кто в наше время не на Аткинсе! – воскликнул официант, забирая меню и в то же время думая о сценарии, который он когда-нибудь наконец напишет.

Нельсон, Уолтер и Джейкоб звонили по сотовым: приказывали секретарям организовать встречу с Амброзом. Час спустя принесли чек. Амброз вынул бумажник.

– Помните? Я плачу, – сказал Пьер, перехватывая чек.

Вернулись в «ролле». Амброз повез Пьера к банку, срезав путь по улице Спинорога. Он увидел из окна Глэдис Плант и помахал ей. Та помахала секатором в ответ. Потом Амброз помахал сидевшим на веранде Джиму и Марте Дэйвенпорт.

Те неуверенно ответили тем же.

– Мы с ним знакомы? – спросила Марта.

Пьер вышел у банка и помахал отъезжающему «роллсу».

– Не пропадайте!

Амброз взглянул на часы и поехал через мостик на Дэвис-айлендс, кусочек эксклюзивной земли прямо в заливе. Он остановил автомобиль перед домом на берегу. У дверей его уже ждала риэлтор. На вид лет пятидесяти, чуть полноватая натуральная блондинка с прической за семьдесят долларов и шарфиком за триста – розовато-лиловым, с попугайчиками.

Амброз взял портфель, вылез из машины и подошел к риэлтору.

– Рад познакомиться, Джесика.

– Зовите меня Джесси. Она открыла дверь.

Джесика Холлингсворт, член Юниор-лиги и еще нескольких благотворительных и неблаготворительных организаций, прекрасно понимала: если удастся загнать этот шар в лузу, начнется совсем другая игра. Амброз связался с ней лично, а значит, ей не придется делить семипроцентные комиссионные с агентом покупателя. Кроме того, он собирался платить наличными – еще одной головной болью меньше. Обычно с этими богачами одни проблемы! А сейчас перед ней маячила перспектива получить 420 000 долларов задень (Джесика уже просчитала приблизительную сумму десятью разными способами).

Амброз вошел в дом, задрал голову к потолку, высокому, как в кафедральном соборе, и сдвинул брови.

– Вам не нравится цвет? – спросила Джессика. – Всегда можно перекрасить. Да я сама перекрашу! – Она хихикнула, а потом сама же тайком себя пнула: нельзя так явно!

Амброз поставил портфель на мраморный кофейный столик.

– Любите мартини после обеда?

– Люблю… что?

– Мартини после обеда, – повторил Амброз, подходя к заполненному напитками бару и умело смешивая коктейли – так, чтобы мартини было побольше. Вообще-то покупатели не угощаются из запасов владельца дома, но Джесика давно поняла: богатые позволяют себе все.

– Сколько оливок?

– Две.

Она сделала маленький глоток. Амброз открыл портфель и достал оттуда плавки. Джесика покосилась на бассейн за раздвижными стеклянными дверями.

– Где ближайшая ванная? – спросил Амброз. Джесика показала.

Пока Амброз переодевался, Джесика решила, что молчать все-таки не надо. Когда Амброз вышел из ванной в «спидо», она начала:

– Э-э… Может, не стоит…

– Если я куплю этот дом, то буду продавать дом на Бэйшор-бульваре, – прервал ее Амброз и показал снимок. – Хотел бы обратиться к вам – если вы, конечно, не против.