Собиратель реликвий - Кристофер Тейлор Бакли

Дисмаса тряхнули за плечо. Он открыл глаза. Кунрат.

– Нагнали.

Дисмас вскочил. Прислушался. Издалека слышался топот копыт. А еще собачий лай. Это было куда хуже. Судя по лаю, не ищейки, а местные псы. Породу вывели в Ротвайле с одной-единственной целью. Дисмас похолодел и мысленно обругал себя за глупость. Не следовало останавливаться на ночлег. Надо было ехать без отдыха.

Ландскнехты заряжали аркебузы, поджигали фитили и взводили арбалеты. Повозка стояла под отвесной скалой.

– Помоги-ка, – попросил Кунрат.

Совместными усилиями повозку перевернули на бок, соорудив укрытие.

– Умеешь обращаться? – спросил Дисмас Магду.

Она взяла арбалет и начала натягивать тетиву. Способная девушка.

Дюрер, как обычно, проснулся последним.

– Что происходит? – спросил он, потирая заспанные глаза.

– За нами погоня, Нарс. С собаками.

– Боже Святый!

Дюрер до дрожи боялся любых собак, даже безобидных болонок. В детстве его искусал какой-то пес.

– Стрелять умеешь? – спросил Дисмас, протягивая ему арбалет.

– Нет, – в ужасе пролепетал Дюрер.

Дисмас подхватил алебарду с наконечником бритвенной остроты:

– Ну хоть с этим-то справишься?

– Я же не…

– Нарс, там собаки! – Дисмас вручил ему алебарду.

Дюрер ошарашенно смотрел на нее.

Кунрат поглядел на утес, нависший над лужайкой. До скального выступа было ярдов двадцать пять, не меньше.

– Нуткер! – Кунрат кивнул на утес и жестами что-то объяснил.

Нуткер схватил котомку, сунул в нее бочонок с порохом, бросил туда же фитили, кремни, спичечный коробок и бутылки.

– Живей, – поторопил Кунрат. – Они вот-вот из леса выедут.

Нуткер взвалил котомку на плечо, метнулся к утесу и пропал из вида.

Стук копыт и лай приближались.

– В первую очередь – собаки, – сказал Кунрат. – Подпустим поближе.

Из леса выскочила свора собак. За ними скакали верховые. Десять конников и четыре пса. Завидев перевернутую повозку, всадники остановились. Собаки помчались к ней.

– Спокойно, – сказал Кунрат. – Ункс – левый фланг, Дисмас – правый, я беру по центру. Ждем… ждем…

Собаки в шипастых ошейниках неслись к повозке. До нее оставалось десять ярдов.

– Ради всего святого, стреляйте… – простонал Дюрер.

– Спокойно, маляр. Еще чуть-чуть… Пли!

Три аркебузы выстрелили почти одновременно. Громовой раскат, клубы едкого белого дыма…

За дымовой завесой взвизгнула собака.

Затем раздался грозный рык.

Удар в живот сбил Дисмаса с ног. Собака, наскочив на него, силилась добраться до горла. Из пасти смердело. Дисмас обеими руками сдавил собачью шею, увертываясь от лязгающих клыков. Шипы ошейника впились в ладони. Зверюга клацала челюстями, неумолимо тянулась к горлу… Внезапно пес взвизгнул и обмяк.

Над Дисмасом стоял Дюрер, с трудом удерживая дергающееся древко алебарды. Собака билась в предсмертных судорогах. Дисмас перекатился на бок и вонзил кинжал ей в сердце.

Еще один пес вцепился в лодыжку Унксу. Грязно выругавшись, ландскнехт перерубил псине хребет, но зубы, сомкнутые мертвой хваткой, так и не разжались. Ункс воткнул кинжал в пасть, с усилием развел собачьи клыки. Из ноги хлестала кровь.

Дым рассеялся. На лугу лежали две убитые собаки. У одной промеж глаз торчал арбалетный болт. Магда вкладывала в паз арбалета новую стрелу.

– Так, со сторожевыми псами разобрались, пора заняться верховыми, – заявил Кунрат. – А слабо́ стрелять в знать? Ну, тебе ли не знать! – Он умолк, посмотрел на Дисмаса и ухмыльнулся: – Ха! Я только что придумал каламбур. Не, ты понял? Знать и знать. Во как.

У Дисмаса бешено колотилось сердце, грозя выпрыгнуть из груди. Он уже много лет ни с кем не сражался. Гарь, кровища… А вот Кунрат шутки шутит. Все-таки ландскнехты – крутые ребята.

Лотар, взбешенный гибелью собак, выкрикивал какие-то приказы. Часть конников спешилась. Бойцы рассыпалась по укрытиям.

Первым залпом борт повозки раздробило в щепу, выбило мелкие камешки из отвесной скалы. Лошадь, пронзенная арбалетным болтом, билась в агонии. Не обращая внимания на град стрел, Ункс выполз из укрытия и прикончил несчастное животное.

Залпы следовали один за другим, с каждым разом все кучнее и прицельней. Отстреливаться стало опасно.

– Значит, мы в осаде, – проворчал Кунрат. – А нам это ни к чему. Надо подманить их поближе. Чтоб Нуткеру было удобнее. – Он показал на вершину утеса и вздохнул. – Как бы нам исхитриться, не знаю.

Стрельба прекратилась. Кунрат высунулся из-за борта повозки и завопил:

– Эй, красотки! Хорош там жопы прятать по кустам! Хотите помахаться – идите к нам. Не пожалеете!

В него полетел смертоносный град пуль и арбалетных стрел.

– Ага, им больше нравится осада, – заключил Кунрат. – Ну, в таком разе мы тут застрянем. На веки вечные! – хохотнул он, улегся на спину и поглядел на вершину утеса. – Что ж, помирать – так в живописном местечке.