Гвардеец - Андрей Алексеевич Панченко

и электромагнитный тралы. Мин в этих водах полно, и японцы их ставили, и союзники накидать успели, так что предосторожность не повредит. Крейсер войдёт прямо в порт, чтобы ускорить высадку десанта, провести акцию устрашения и, если придётся, поддержать морпехов прямой наводкой. Высадив десант, крейсер, по обстоятельствам, либо останется на рейде в порту, или отойдёт и будет поддерживать нас вне пределов досягаемости артиллерии противника.

На шлюпочных палубах уже дежурят матросы, возле каждой шлюпки и вельбота собрались мои моряки и морские пехотинцы, которым предстоит её занять. Шлюпки будут буксировать моторные вельботы. Мы пойдём второй волной, первую же высадят тральщики, которым я приказал при входе в порт, не собирая тралы, на полной скорости идти к пирсам.

— На рейде крейсер противника! — я только собирался покинуть рубку, как вперёдсмотрящий ошарашил всех нас неожиданной новостью.

— Что за крейсер?! Доклад! — я тут же развернулся — полковник, продолжайте подготовку к высадке!

— Лёгкий крейсер, тип Катори! — тут же последовал доклад — стоит на банке, дымов не вижу!

У меня отлегло от сердца. Катори, по сути просто большой эсминец, четыре сто сорокамиллиметровых орудия и чуть больше десяти зениток разных типов, он в основном использовался японцами для сопровождения караванов и охоты за подводными лодками. Но всё равно, сбрасывать его со счетов нельзя, хоть он и не соперник «Диксону».

— Топим?! — это Шамкий, который принял у меня командование кораблём.

— Отставить! — я задумался буквально на несколько секунд — шлюпки и вельботы правого борта, на крейсер противника! Попробуем захватить. Если откроет огонь, или хотя бы шевельнёт стволами, топи его к херам собачим Николаич! Всё, я пошёл, план менять не будем. Следи за ним Николаич, не дай стрелять по тральщикам! Удачи!

— Есть! — Шамкий сосредоточен — это будет его первый бой в качестве исполняющего обязанности капитана «Диксона», но он опытный командир и знает куда как больше меня, а значит должен справится — пункту управления огнём, рассчитать координаты для стрельбы по крейсеру противника, передать целиуказания в башни!

Не теряя времени, я бросился на выход. План менять нельзя, у нас всё рассчитано на внезапность.

Шлюпки уже болтались за бортами, идущего полным ходом «Диксона», скоро мы войдём в гавань и тогда крейсер снизит скорость и десант сможет «приводнится» и уйдёт уже в самостоятельное плавание. Я по штормтрапу перебрался в вельбот и принял из рук своего адъютанта автомат с вещевым мешком. Всё, я готов!

Тральщики на полном ходу, огибая по широкой дуге стоящий на якоре крейсер японцев, ворвались в порт и с ходу стали швартоваться к причалам, на полпути обрубив тралы, что бы они не запутали винты. Первая волна десанта посыпалась на берег.

Над головой грохнуло так, что у меня заложило уши и я на время оглох. «Диксон» открыл огонь. Я, морщась от боли перевёл взгляд на японский крейсер. На его носу разгорался пожар. Вскоре я понял и причину, по которой Шамкий приказал открыть огонь. Зенитная батарея на надстройке крейсера зло плевалась вспышками выстрелов, выбрав своей целью самый ближний к ней тральщик. Расстояние плёвое и все снаряды шли в цель. Я закусил губу, десант ещё не высажен, а значит потери будут большими. Тральщик же упрямо шёл к пирсу, отвечая японскому крейсеру огнём из всех орудий и пулемётов. Грохнул второй выстрел и надстройку лёгкого крейсера заволокло дымом, стрельба прекратилась.

— Отчаливаем! — приказал я. Вельбот ударился дном о воду и его двигатель тут же завёлся, относя хрупкий катер от стального борта крейсера.

Через двадцать минут я выбрался на причал. В городе слышалась интенсивная стрельба, но порт мы похоже уже контролировали. На рейде, затянутый дымом вражеский корабль облепили шлюпки с абордажными командами, и мои моряки штурмовали высокие борта крейсера с помощью подручных средств. Со стороны порта было хорошо видно, что штормтрапы на корабле не были убраны, так что моим парням есть чем воспользоваться для подъёма на борт.

— Семафор на «Диксон»: «Отключить шумы, восстановить связь!» — вздохнув как перед прыжком в воду командую я, и поворачиваюсь к своему радисту — связь мне давай с командиром передовой группы!

Мои штурмовые группы ушли в город, захватывать заранее обозначенные каждой из них объекты, и передовая группа, самая большая и хорошо вооруженная, должна была прорваться как раз к штабу пятого фронта Японской армии. Битва за Саппоро началась!

Глава 20

«Диксон» едва видно из-за тонн воды, которые обрушиваются на его палубу. С запозданием, но всё же береговые батареи японцев ожили, и сейчас Шамкий ведёт с ними перестрелку. На японском крейсере слышен стрёкот автоматных очередей, там тоже противник не пожелал сложить оружие. Где-то там Иваныч, которому я приказал после захвата крейсера принять на нём команду, надеюсь мой старпом выживет. А в городе шум боя только нарастает. Десантники действовали стремительно, и судя по всему хотя бы частично, но наш план удался, японцев мы смогли застать врасплох.

Полковник морских пехотинцев действует чётко. Едва артиллерия противника открыла огонь, как две роты морпехов, из-резерва, тут же ушли на их штурм. Надеюсь Шамкий сбережёт мой крейсер, он похоже не собирается покидать рейд Саппоро и отходить в море, несмотря на то, что сейчас не менее трёх батарей ведёт по нему огонь.

— Передовая группа остановилась и ведёт бой в центре города возле здания жандармерии, до штаба два квартала — докладывает мне радист — полицейские участки по ходу движения группы блокированы.

— Остальные?! — я пока в порту, на пирсе, мне нужно чётко знать, что происходит и контролировать ситуацию как на море, так и на суше.

— В порту взято административное здание управление порта, блокированы здания размещения экипажей. Сопротивление не оказывают, но и сдаваться не хотят. Судя по всему, у них с оружием плохо, за всё время только несколько раз выстрелили — полковник тоже неотрывно сидит на рации, раздавая распоряжения своим бойцам — предлагаю пока не штурмовать. Вход и окна под прицелом пулемётов, там должно взвода хватить, если пойдут на прорыв, резервная рота придёт на помощь.

— Хорошо, перенаправляй все подразделения на помощь передовой группе, надо как можно быстрее прорваться к штабу! — соглашаюсь я — останешься тут, контролируй ситуацию, я со своими тоже иду вперёд! Мосты через реку и железную дорогу надо захватить и перерезать по ним движение. Если не удастся захватить — взорвать мосты, полотно и дорогу.

С правой стороны, по окраине города как раз проходит железнодорожное полотно, соединяющее Саппоро с Отару, дорога идёт по побережью и добраться до неё можно вдоль берега. Дорога под прицелом орудий «Диксона». С левой же стороны приток реки Исикари, на котором несколько мостов, в том числе железнодорожный. Мостов этих пять, и, если их захватить, центр города будет изолирован. Отряду, который пойдёт на реку будет тяжелее всего. Гарнизон Саппоро уже поднят по тревоге, и штурмовые группы моряков ведут необычные для них уличные бои. Японские снайперы стреляют с чердаков, из окон домов. Японские солдаты и полицейские, переодетые в гражданское платье, бьют нам в спину. Бои, неожиданные и скоротечные, возникают в разных местах. Управлять ими трудно.

В порт начали прибывать первые партии пленных японцев и наших раненых. В одном из портовых зданий разворачивается лазарет. Пленных японцев загоняем в пустые крытые склады. Охранять их надо тщательно, обыскивать пленных нет времени и велик риск того, что кто-то из них не сдал всего имеющегося оружия. На это тоже приходится отвлекать часть и так не великих сил. По приказу полковника, охрану пленных берут на себя легкораненые бойцы, которые ещё способны держать в руках оружие.

Я со своим радистом, отделением охраны и ротой морских пехотинцев первой волной атаковавших порт, ухожу в город. Улицы Саппоро на подходе к порту пустынны. Но чем глубже мы углубляемся в город, тем чаше нам попадаются трупы и следы прошедших тут схваток. В основном это японские солдаты и полицейские, по иногда попадаются тела и мирных жителей. Относительно мирных конечно, в руках почти каждого или бамбуковое самодельное копьё, или нож. И тела наших бойцов тоже встречаются… Черные бушлаты погибших морских пехотинцев попадаются редко, но они есть.

Прежде чем подкрепление добралось до передовой группы, нам несколько раз пришлось вступать в перестрелки на, казалось бы, уже захваченных улицах.

Со стороны здания жандармерии, группа