Кортни. Книги 1-6 - Уилбур Смит

провела под огнем всего несколько секунд, затем выскочила из зоны досягаемости пулемета, пронеслась по бетонному откосу и врезалась в амортизаторы. Сила удара была такова, что Марка сорвало с места, ремень ружья лопнул, оружие отлетело, а сам Марк взлетел в воздух и ударился о бетонный пандус с такой силой, что лязгнули зубы. Жесткий бетон порвал ему штаны на бедре и ноге и куртку на плече, плоть в прорехах обожгло.

Наконец Марк остановился у груды пустых нефтяных бочек. Первой его заботой было лечь на спину и посмотреть наверх.

Теперь он находился под копром, и его защищали от пулеметчика стальные балки башни. Марк встал, страшась обнаружить у себя перелом. Но хотя его тело было в синяках и болело, он мог двигаться и заковылял к тому месту, где лежало ружье.

Ремень лопнул, ложе треснуло и раскололось; когда Марк поднял ружье, ложе распалось на две части.

Стрелять с плеча он не сможет.

Прицел сбит, расколотый металл блестит, как серый кристаллический сахар. Прицелиться невозможно. Придется подойти близко, очень близко.

В стальном затворе — яркая длинная царапина.

Марк взмолился: «Помоги, Боже» — и попытался открыть затвор. Затвор основательно заело, и Марку пришлось провозиться с ним несколько драгоценных секунд. «Ну хорошо, — подумал он. — Нет ложа, нет прицела, и всего только обойма в затворе. Будет интересно».

Он быстро огляделся.

Под стальной башней в бетоне два квадратных входа в ствол шахты перегорожены стальной решеткой. Одна клеть наверху, ее двери раскрыты, она готова принять очередную смену. Вторая клеть внизу, под землей на глубине в тысячу футов.

Так они стоят уже несколько месяцев. На противоположной стороне — небольшой служебный лифт, который за полминуты поднимает на верх копра бригаду ремонтников. Однако электричества нет, и лифт бесполезен.

Единственный возможный путь наверх — лестница для чрезвычайных случаев. Открытая стальная спираль вьется вокруг центра башни, защищенная только тонкими перилами.

Высоко над головой Марка снова загремел «виккерс», и Марк услышал с дороги крик боли. Это заставило его поторопиться, и он захромал к лестнице.

Стальная проволочная дверь открыта, стальной висячий замок сбит, и Марк понял, как поднялся на вершину стрелок.

Он ступил на лестницу и начал подъем по ступенькам, круг за кругом, вверх, вверх.

Справа от него все время зиял открытый ствол шахты, мрачный черный вход в подземелье, отвесно уходящий вниз на тысячу футов.

Марк старался не обращать на это внимания; держась за перила, он втаскивал свое избитое, измученное тело наверх, неся в другой руке сломанное оружие, и высматривал в вышине стрелка.

«Виккерс» снова застрочил, и Марк посмотрел по сторонам. Он взобрался достаточно высоко, чтобы видеть дорогу: один из грузовиков горит, в небо поднимается высокий столб дыма и пламени, а на открытом пространстве по-прежнему раскиданы тела в хаки, брошенные смертью куклы.

У него на глазах пули из «виккерса» снова начали рвать тела мертвецов, и гнев Марка стал холодным и ярким, как лезвие кинжала.

* * *

— Продолжай стрелять, милая, — прохрипел незнакомым голосом Фергюс. — Короткими очередями. Медленно досчитай до двадцати и нажми на гашетку. Пусть думает, что я еще здесь.

Он достал из-за пояса «уэбли» и по-пластунски пополз к лестнице.

— Не оставляй меня, Фергюс.

— Все будет в порядке. — Он попробовал улыбнуться, но его лицо оставалось серым и мрачным. — Стреляй, вот и все. Я спущусь, встречу его на полпути. Он этого не ждет.

— Я не хочу умирать одна, — выдохнула она. — Останься.

— Я вернусь, милая. Не расстраивайся.

И он на животе скользнул в отверстие, на лестницу.

Хелен почувствовала себя ребенком, застрявшим в страшном кошмаре, запутавшимся в собственной судьбе, и ей захотелось плакать. Но она только негромко застонала.

Ружейная пуля ударила в бревна за ней. Стреляли снизу. Она не видела кто, потому что они прятались в канаве и неровностях местности, укрывались в длинных лиловых тенях, глаза ей туманили слезы и усталость; но она собрала остаток сил и подползла к пулемету.

Хелен села перед ним. Ее руки оказались коротковаты, едва дотянулись до гашетки. Она нацелила ствол вниз, сфокусировала расплывающуюся в глазах картину, удивляясь крошечным фигуркам в поле прицела. Пулемет в ее руках задрожал как живое существо. «Короткими очередями», — прошептала она, повторяя инструкции Фергюса, и нажала на гашетку. Один, два, три, считала она выстрелы.

* * *

Услышав выстрелы, Марк остановился и стал всматриваться. Он был на полпути к вершине и видел над собой платформу под тяговыми колесами, на которой установлен «виккерс».

Сквозь узкие щели в досках просвечивало открытое яркое небо; на глазах у Марка одну из таких полосок зачернило движение наверху. Именно это движение привлекло его внимание, и он понял, что смотрит на пулеметчика. Должно быть, тот сидел прямо над швом в полу платформы, и, шевелясь, загораживал свет.

Пуля сквозь щель ранит его, обездвижит… но Марк посмотрел на сломанное оружие в своих руках и понял, что нужно подойти ближе, гораздо ближе.

Он продолжил подъем, стараясь ступать на цыпочках: гвозди в каблуках по металлу стучали.

Фергюс Макдональд услышал этот стук и встал под защиту стальной балки. «Всего один, — пробормотал он. — Но поднимается быстро».

Он опустился на колено и всмотрелся в зазоры между ступеньками, надеясь увидеть того, на кого охотился. Ступеньки перекрывали одна другую, как расправленные веером игральные карты, а боковые распорки башни образовывали внизу непроницаемую стальную преграду.

Единственный способ что-нибудь увидеть — перевеситься через перила и посмотреть вниз, в центральный ствол.

Мысль о тысячефутовой пропасти испугала Фергюса; к тому же он достаточно высоко оценивал противника, чтобы понять — высунуть голову значит нарваться на пулю.

Надо передвинуться на более удобную позицию, откуда можно накрыть верхнюю спираль лестницы под ним. «Подпустить его поближе», — решил он, ухватился рукой за перила на уровне подбородка и положил «уэбли» на сгиб второй руки, чтобы поддерживать тяжелый пистолет.

Наклонив голову, он вслушался в звук шагов и решил, что человек близко. Еще один виток лестницы, и можно будет выстрелить. Он осторожно взвел