Тео. Теодор. Мистер Нотт - Hashirama Senju

* * *

— Мистер Нотт, — проскрипел нечеловеческий голос из угла светлой и просторной, зелёной гостиной, едва он шагнул внутрь. — Мы многим вам обязаны.

— Благодарю…

— Крюкохват, — представился гоблин. Его появление было здесь не запланировано. Теодор не собирался встречаться ни с кем из гоблинов, хотя и хотел обсудить вопрос, связанный с банком, поэтому такая встреча показалась ему знамением от Магии.

— Очень приятно, — обозначил Нотт лёгкий полупоклон и осмотрел гостиную.

Поттер, никем иным этот усталый черноволосый юноша в очках с прикрытыми глазами и страдальческим лицом быть не мог, сидел в кресле. Кресел было четыре в разных концах гостиной, а диванов — два. На том, что было рядом с Поттером, сидели ещё более бледный, чем обычно, Драко Малфой с короткими волосами и хорошо заметным следом ожога на левой скуле, и Гермиона Грейнджер. Её Тео узнал по фигуре — волосы магглорождённой колдуньи так же были очень короткими. За тот краткий миг, что он наблюдал за ней, рука девушки непроизвольно дёрнулась.

Третье кресло из четырёх — ещё в одном сидел гоблин Крюкохват — занимал Рональд Уизли. Он смотрел в пол перед собой, и Тео тут же подумал, что тому невозможно стыдно.

— Взаимно. Присаживайтесь, мистер Нотт. Не буду скрывать, я не собираюсь мешать вашему разговору. Хотел лишь лично взглянуть на того единственного, кто отправил нам помощь, — усмехнулся гоблин.

Теодор, взмахнув палочкой и скороговоркой проговорив заклинание, отлевитировал свободное кресло в центр, так, чтобы видеть всех собравшихся, и, наконец, сел. Он мог бы поднять Левиосой и приманить Мобиликорпусом кресло и без словесных формул, однако это было бы дурным тоном. Вежливостью волшебников была открытость в их колдовстве.

— Рад видеть вас в здравии, — нейтрально заметил Теодор.

— Смешная шутка, Нотт, — тут же хрипло ответил ему Поттер, открыв глаза и вперившись их немигающим зелёным взглядом в слизеринца, которому тут же стало неуютно. — Это ты в здравии, тихо прячешься в Хогвартсе, а у нас теперь на троих здоровья не собрать.

— Зелья? — сухо осведомился Тео, тут же прикусив язык. Вид троих волшебников явно свидетельствовал, что зелья им или не помогли, или не применялись.

— Какие зелья? Мазь от ожогов, и той не достать. Беллатрисса прижгла Драко на пару секунд, а шрам до сих пор не сошёл. О чём ты говоришь, Нотт.

Поттер откинулся вновь на спинку и прикрыл глаза.

Теодор осмотрел их вновь, более пристально. Взгляд Гермионы Грейнджер, умнейшей и талантливейшей ведьмы их поколения, не выражал ничего. Ладонью она держала руку Драко, периодически подрагивая, а вот сам Малфой с интересом рассматривал Теодора.

— Как дела в замке, Теодор? — тихим голосом осведомился он.

— Скверно, — честно признался Нотт. — Осенью было хуже, когда Кэрроу пытались вершить свои порядки, но сейчас снова стало скверно. Слухи ходят один другого хуже, студенты волнуются и беспокоятся за семьи.

— Так сейчас везде, — проскрипел гоблин Крюкохват. — В Гринготтсе с августа осада, и всё же волшебники достают тех из нас, кто брезговал безопасностью. Меня пленили, поскольку я, ха-ха, содержал сейф семьи мистера Поттера.

Теодор перевёл взгляд на гриффиндорца, который по-прежнему сидел, закрыв глаза.

— Они хотели конфисковать его золото? — высказал догадку Теодор.

— И это тоже. Глупцы придумали, что я могу заманить его в банк. Ха-ха-ха!

Гоблин рассмеялся каркающим смехом, а губы Поттера исказились в ухмылке, будто бы присоединяясь ко мнению, что эта идея Пожирателей была глупа и несусветна.

— Они добились лишь того, что меня начали искать. И нашли! Ведь это гоблины сказали вам, где я, не так ли? — Крюкохват даже подался вперёд. «Вот, зачем он пришёл сюда, — понял Теодор. — Понять, кто именно был информатором».

— Я не могу раскрывать вам источник этих сведений, — насколько это было возможно нейтрально ответил Нотт. — Вы ведь понимаете, что ваше возвращение в Гринготтс неминуемо приведёт к расследованию…

— Вздор, Тот, кого вы не называете, уже давно знает о побеге каждого из нас, — перебил его Крюкохват. — Я вернусь в банк, как только вождь достигнет компромисса с Эйвери, или кто сейчас главный в вашем министерстве. Компромисса о вире за моё пленение, — уточнил он.

— Тогда для чего…

— Для того, чтобы знать, кому я обязан. Гоблины всегда платят свои долги.

— Вы обязаны мне, — смело заявил Теодор. — Это я отправил своего эльфа на поиски эльфа Малфоев, который и вытащил вас. Верно?

— Верно. Эльфы Малфоя и беглая эльфа Краучей принесли себя в жертву, — губы Крюкохвата исказились в неясной эмоции. — Но если вы знали о нашем заточении напрямую, то…

Теодор тут же сообразил, к чему он клонит, и нервно сглотнул.

— Я узнал об этом в Хогвартсе, — быстро ответил он. — Мой источник постоянно находится там.

— Значит, это отрыжка семени рода Уфретина пытается вернуть себе статус, — задумчиво заключил гоблин. Теодору было нечего ответить на это, но он сообразил, что таким нелицеприятным образом Крюкохват, должно быть, описал Флитвика. — Я узнал всё, что хотел. Не буду вам мешать.

Гоблин соскочил с кресла, подхватив невесть где лежавшую трость, и тяжело опираясь на неё, прохромал к двери.

Нотт дождался дверного хлопка, и повернулся к сокурсникам. Бывшим сокурсникам.

— Да, Нотт, всё настолько плохо, — ответил на незаданный вопрос Поттер. — Они пытали каждого из нас, и если бы не ты, то мы все погибли бы. Если хочешь, чтобы я это сказал, то мы в долгу.

— Мне жаль, — только и ответил Теодор. — Я сделал первое же, что пришло в голову, когда услышал об этом.

— Как вообще ты узнал, что можно отправить моего эльфа?

Теодор вздохнул.

— Это долгая история. Я на третьем курсе…

Теодор пересказал в общих подробностях, как у него появился прогрессивный эльф, которого желала изгнать община Хогвартса.

— Невероятно, — усмехнулся Поттер. — Вот, кто пустил Добби в замок. Тогда я даже и не догадывался о такой связи. Но всё же, кто был Наследником в том году?

Рональд Уизли, который старался слиться с мебелью, закашлялся. Теодор тут же понял, что в семье Уизли знали больше, чем показывали. «Они же ездили в Египет летом девяносто третьего», — вспомнил Теодор и сам себе кивнул.

— Эта загадка остаётся неразгаданной, — произнёс он вслух. — Но я рад, что Добби смог вас перенести.

— Добби и Винки, — поправила его слабым голосом Грейнджер. — Пожиратели ранили их до смерти.

Теодор вздохнул. Тот, кто принимает решение, несёт ответственность за его последствия. Дамблдор говорил ему, что потери неизбежны, и кладбище Теодора Нотта лишь ширилось. Во многом именно он сам приложил руку к тому, чтобы дать Поттеру возможность отправиться в Министерство летом девяносто шестого, где