Сегун - Джеймс Клавелл

Так много всего еще нужно сделать, после того как я выиграю битву, — если выиграю… Но мы, японцы, очень предусмотрительные люди…

Это будет золотой век. Ошиба и наследник будут держать пышный двор в Осаке, время от времени мы будем раскланиваться перед ними, а править от их имени — за пределами Осакского замка. Через три года или примерно так Сын Неба предложит мне распустить Совет и стать сегуном на время до совершеннолетия племянника. Регенты будут убеждать меня принять это предложение, и я, без всякой охоты соглашусь… Через год или два, без всякой помпы, я уступлю свой пост Судару, сохраню за собой власть, буду внимательно следить за Осакским замком… Я буду терпеливо ждать… В какой-нибудь день два узурпатора, живущие в нем, сделают ошибку — и тогда они уйдут… Каким-нибудь образом исчезнет и Осакский замок — совсем как сон во сне… И реальная награда в той Великой Игре, награда, о которой я начал думать, как только смог думать, которая стала возможна в момент смерти Тайко, — реальная награда будет получена. Эта реальная награда — сегунат.

Именно за нее я боролся, ее я планировал всю свою жизнь. Я, один, наследую все государство! Я буду сегуном! И начну новую династию… Это стало возможно сейчас — благодаря Марико-сан и варвару чужеземцу, пришедшему из восточного моря…

Марико-сан, ваша карма была умереть со славой — и жить вечно… Анджин-сан, мой друг, ваша карма — никогда не покидать эту страну. Моя карма — быть сегуном. — Кого, ястреб, встрепенулся на его руке и устроился поудобнее, наблюдая за Торанагой. Тот улыбнулся птице. — Я не выбирал, кем мне быть. Это моя карма!»

В этот год, на рассвете двадцать первого дня десятого месяца, месяца без богов, началось сражение между главными силами. Это случилось в горах около Секигахары, на Большой северной дороге. Погода стояла отвратительная — туман, потом дождь со снегом… К самому концу дня Торанага выиграл битву. Началась резня — было отрублено сорок тысяч голов…

Спустя три дня Ишидо схватили живым. Торанага остроумно напомнил ему о предсказании китайского посла и в цепях отправил в Осаку для публичного обозрения. Он приказал эта закопать господина генерала Ишидо в землю, оставив одну голову, и предложить прохожему попилить самую знаменитую в стране шею бамбуковой пилой… Ишидо умирал целых три дня и умер очень старым…