Десять миллионов Красного Опоссума - Луи Буссенар

Корабль. – «Королева Виктория». – На палубе броненосца. – В погоню за пиратами. – «Судно под ветром!» – Отчаянное преследование. – У коралловых рифов. – Канонада. – Гибель пирата. – Сокровище на дне моря. – Казнь злодея. – Возвращенное золото. – Заключение.

При этих словах Эдуарда все сердца учащенно забились. В одну минуту десятки глаз жадно устремились на сероватую поверхность воды, но, к сожалению, ничего не увидели. Однако каждый ласкал себя надеждою, что это какой-нибудь корабль.

– Право! – вскричал Робертс, внимательно поглядев вдаль через свою зрительную трубу. – А ведь вы, Эдуард, ей-Богу, правы. Посмотрите теперь сами!

Мичман взял трубу.

– Теперь, господа, я уверен! – вскричал он, едва бросив один взгляд через трубу. – На нашем горизонте корабль. Скорее сигналы! Зажигайте костры да кладите больше зеленых веток, чтобы дым был гуще! Ты, Том, полезай на это дерево и прикрепи на его верхушке национальный флаг! Скорей, господа!.. Дело идет о нашем спасении, а может быть, и о мщении.

– Мщение – это так, – пробормотал Кирилл, который решительно забывал, евангельские наставления.

– А зачем флаг?

– Чтобы находящиеся на корабле не приняли наш огонь за костер каннибалов. Напротив, при виде флага Соединенного Королевства капитан сочтет нас потерпевшими кораблекрушение английскими моряками.

– Что правда то правда! За дело!

Сомнения не было, мы не обманывались: прямо на нас шел большой корабль. Вот уже можно различать фок, грот и бизань-мачты. За ними показался и кузов корабля. Это был броненосный фрегат английского флота.

Эдуард, с помощью подзорной трубы, привычным глазом моряка различает уже малейшие подробности в оснастке. Вдруг на его флегматичном британском лице отражается живейшее волнение: он узнал фрегат.

– Майор, – говорит он дрожащим голосом, – ведь это «Королева Виктория».

– «Виктория»?! – с живостью вскрикивает старый офицер.

– Она самая! А ведь командир ее – капитан Гарвэй, ваш брат!

– Хорошо! На этот раз и мы посмеемся, – ужасным голосом замечает майор. – А, господа пираты! Теперь держитесь! В камерах «Виктории» довольно пороху и бомб, и в придачу храбрый командир!

Во второй раз к пустынному берегу подлетает большая шлюпка. Мы садимся в нее все семнадцать человек и готовимся навсегда покинуть негостеприимный край, как вдруг Робертс, заметив наш флаг, вскрикивает:

– Стой, господа! Непростительная забывчивость: мы оставили на берегу свой флаг! Том, беги скорей и сними нашу национальную эмблему. Это – единственная вещь, которая остается у нас… Сохранив ее, мы, по крайней мере, можем сказать: «Все потеряно, кроме чести».

Капитан фрегата выходит к нам навстречу, когда мы поднимается на его корабль, и вдруг, при виде брата, удивленно спрашивает:

– Да это ты, Генри? Кой черт ты делал здесь?! Вот так встреча! Ну, очень, очень рад тебя видеть!

Братья нежно обнимаются. Вслед за тем майор, исполнив формальности представления нас, в кратких словах объясняет командиру всю суть дела.

– Ты говоришь, Генри, что это «Вильям»?.. Это один из самых быстрых ходоков, каких я знаю.

– К несчастью, да!

– Прибавь еще, что капитан его, Боб Дэвидсон, – отличный моряк!

– Значит, наше дело совсем плохо?

– Не беспокойся, брат! Даю слово моряка, что мы возьмем «Вильяма», его экипаж будет развешен у нас по реям, а сокровище возвращено по праву законным владельцам.

– Ты уверен в этом?

– Вполне! Я уже давно точу зубы на «Вильяма», да все не удавалось захватить его на месте преступления. Теперь же случай с вами как раз на руку нам: правосудие скоро будет удовлетворено…

Вперед! На охоту! Время не ждет, «Вильям» впереди от нас на семь часов пути. Нужно ранее чем через двадцать часов нагнать его. К счастью, мы имеем то преимущество перед ним, что он не знает о нашей погоне. Еще более: наш капитан знает, что за мысом Иорк, среди коралловых рифов есть убежище, недоступное для больших кораблей. Туда скрываются пираты; туда, по всей вероятности, Боб Дэвидсон направил и свое судно.