Такая игра - Дмитрий Сикорский

– Так подожди, если они тут вошли и не вышли, значит, они и есть стервятники. Это же просто проверить.

– Все не так просто. Здесь не всегда выходят там, где вошел. Да, здесь ворота, прииск, жилье, гостиницы, маршруты проверены. Но иногда из Зоны выходят и в других местах, правее или левее. Тут не всегда угадаешь, Зона иной раз диктует свои правила. Колючка-то тут больше номинальная, чтобы на прииске кто-нибудь случайно или по пьяни не забрел. А километрах в трех от него она кончается. И если знать там проходы, то вполне можно выйти. Ну и войти, соответственно. Так что иногда сталкер входит тут, а выходит где-нибудь у Полигона. Или у Карьера. Или через Казарму. Так что, как говорится, на аллаха надейся, а верблюда привязывай. И вообще, хватит трепаться. Лучше бутерброды сделай.

Данил добросовестно сделал десяток бутербродов с ветчиной, завернул все это богатство в фольгу и пошел относить это в погреб. Потом засыпал в термос заварку, сахар и поставил его на тумбочку, чтобы с вечера залить кипятком. Сашка за это время выдернул из стены стрелы, разобрал арбалет и спрятал его обратно в чехол. Потом достал какую-то штуку, больше всего похожий на приемник для радиоигры «охота на лис» – Данил как-то видел эти соревнования по телевизору. Такой же тонкий обруч с ручкой, правда безо всяких кнопок и наушников. Кроме того, к центру круга тянулись от обода три тонких усика, не пересекающиеся друг с другом. Задумчиво повертел ее в руках, зачем-то проверил гибкость усиков и отложил в сторону. Потом снова полез в сумку, достал еще несколько вещей, о назначении которых Данил даже не догадывался и стал возиться с ними. Данил по указанию Сашки сбегал к Марго и принес от нее небольшой рюкзак, в который Сашка стал складывать часть вещей. Часть он пододвинул Данилу и Данил, правильно истолковав его жест, стал осторожно укладывать вещи в сумку.

Провозились несколько часов. День уже клонился к вечеру, хотя было еще светло. Из «Марго» уже доносился гул голосов, звяканье струн и короткие всхлипы не то трубы, не то саксофона.

– Ну вроде все – сказал Сашка, застегивая рюкзак и встряхивая его в руках. – Сходи к Маринэ, термос залей.

– Так остынет же. Может, завтра зальем перед выходом?

– И что ты зальешь, умник? Тут тебе не город, электрочайников нету. А вставать ради тебя в пять утра никто не будет. Так что иди сейчас. А что остынет – так это даже лучше, не кипяток же глотать. И давай быстрее, есть уже охота.

Данил тоже чувствовал тревожную пустоту в желудке. Поэтому он быстро спустился вниз, нашел по указаниям Маринэ горячий самовар и наполнил термос, стараясь не перелить и не обжечься. Наполнив, отнес наверх и поставил на тумбочку рядом с рюкзаком и своей сумкой. Сашка уже стоял у двери и нетерпеливо постукивал пальцами по двери.

– Тебя за смертью только посылать! Пошли уже!

– Шел бы сам, глядишь и побыстрее было.

– Разговорчики в строю, аппер!

– Командир нашелся, тоже мне!

– А ты как думал! Субординация – великая вещь. Дверь закрыть не забудь!

– Не забуду, не боись!

Подталкивая друг друга, приятели выскочили на улицу и уже через несколько минут стояли у входа в «Марго». Веселье там уже шло вовсю, народу было полно и вместо свободного столика им пришлось удовольствоваться подоконником, благо он был достаточно широкий. Марго принесла им четверть кастрюли супа, накрытого двумя тарелками с несколькими кусками черного хлеба, сунула им все это в руки и со словами «Сами разберетесь, не маленькие. Доедите – приходите за вторым» умчалась.

Управившись с чуть теплым супом, Данил пошел за вторым. Марго, на секунду оторвавшись от посетителей, так же торопливо сунула ему в руки две тарелки и отвернулась. Проталкиваясь через веселящуюся толпу, Данил дошел до Сашки и сунул ему обе тарелки и вернулся. Марго, закончив обслуживать очередного посетителя, повернулась к нему.

– Чего тебе? Олью? Попозже отпущу, раз обещала. Только попозже. И ненадолго. Сам видишь, что творится.

– Да нет, я не за этим. То есть, спасибо, конечно. Я понимаю. Мне собственно, два пива.

– Темного?

– Нет, светлого.

– Сейчас.

Получив в руки две кружки, Данил в очередной раз преодолел зал и подошел к Сашке. Тот уже доел половину второго, но пиво принял с благодарностью. Еще минут сорок они неторопливо доедали второе, запивая его пивом и лениво переговариваясь, когда музыка ненадолго смолкала. Народ веселился вовсю, слышался женский и мужской смех, звяканье посуды, громкие возгласы. Оркестр выдавал одну мелодию за другой, народ с упоением танцевал. Данил, оглядевшись вокруг, приметил несколько знакомых лиц. В углу в одиночку сидел Леший перед неизменной кружкой пива, через пару столиков от него расположился Клещ с компанией чем-то неуловимо похожих на него людей. Возле сцены ошивался Панкер, еще практически трезвый, но уже пытающийся что-то подсказывать оркестру. В самом оркестре Данил узнал давешнего саксофониста, утром страдающего от суровой подруги и Анджея с гитарой. Остальных, что посетителей, что музыкантов Данил не знал. Много было народу, ничуть не похожих на местных –раскованных, дерзких, громко гомонящих, что, впрочем, лишь добавляло жару в очаг общего веселью.«Показуха гуляет» – вполне в русле местного фольклора подумал Данил – «ну и Бог ней». Отвернувшись к Сашке, он увидел, что тот сосредоточенно разглядывает пустую кружку. Данилова, впрочем, тоже уже показывала дно.

– Слушай, сходи, возьми еще кружечку.

– Ты же сам сказал – только одну.

– Еще рано, так что еще одну можно. Но не больше. Сходи, а?

– Сейчас принесу.

Однако, вернувшись с двумя кружками (справедливо решив, что и себя в такой ситуации обделять не стоит), Данил Сашку на месте не обнаружил. Поставив кружки на подоконник, Данил растерянно огляделся… и тут же увидел Сашку, увлеченно отплясывающего в компании какой-то девицы. Сделав пару глотков, Данил решил не отставать и вклинился в какую-то компанию, не мене увлеченно отплясывающую в середине зала. При этом он периодически оглядывался, выискивая взглядом Олью. Однако несколько танцев он протанцевал в одиночестве. Запыхавшись, он вернулся к их месту, где уже восседал вернувшийся Сашкой с той же девицей. Пиво, к счастью, осталось нетронутым. Забрав кружку, чтобы не мешать, он протолкался к стойке. Марго уже сменил бармен, кинувший наДанила вопросительный взгляд и тут же отвернувшийся при виде кружки в его руках.