Майло и Гилея - Маргарита Лес

– Ну… ладно, не будем… Только… Почему ты её не поблагодарил? – спросил Дождь, а Ласка поддакнула:

– Да, почему?

Майло не ответил, но он давно уже ждал этого вопроса от лисят. Он и себе его не раз за эти минуты задавал. Майло задумчиво брёл впереди, смотря под лапы.

И вдруг он понял, что хочет увидеть Гилею вновь.

Он хочет отблагодарить.

Когда они подходили к норе, Майло учуял запах страха и волнения. Затем увидел золотистую шерсть мамы и сглотнул.

– Майло! – прохрипел рядом испуганный голос папы.

Майло повернулся к нему и опустил голову, чтобы не встречаться с ним взглядом.

– Да, папа…

Мама тем временем кинулась к детям и стала всех вылизывать.

– Что произошло? Здесь повсюду запах медведя! Я так испугалась! Ещё чуть-чуть и я бы сошла с ума от тревоги!

Отец подошёл к Майло и нахмурился.

– Майло, – проговорил он повелительным голосом. – Подними голову и посмотри мне в глаза.

Майло неуверенно поднял взгляд на лиса.

– Скажи мне честно, Майло, что случилось? – выговаривая каждое слово, спросил отец. – Почему вы не спрятались в норе, когда пришёл медведь? Ты думаешь, что медведь не опасен? Это хищник, Майло! Смерть для маленьких лисят! – он фыркнул. – Да и для больших тоже!

– Я… Я… – Майло зажмурился. И решил сказать правду. – Я ушёл от Дождя и Ласки. Я побежал на поле… По дороге поймал мышь и кинул её в лесу. Когда я вернулся с поля, то увидел, что мышь растоптана. И тогда я вернулся к норе. Лисят там не оказалось. И вот… Я пошёл по следу и привёл их обратно…

Он утаил лишь одно. То, что ему помогала Гилея. В этот раз не из-за гордости. Он боялся, что родители рассердятся, когда узнают, что Майло доверился незнакомке.

Папа зарычал и отвернулся от сына. Было видно, что он ели сдерживается от гнева.

Лис прорычал что-то себе под нос и кинул маме:

– Теперь твоя очередь разбираться с ним!

И отец ушёл в нору, яростно размахивая хвостом.

Майло мысленно выдохнул. Мама хоть и хотела казаться суровой, она была доброй и ласковой.

Но в этот раз Майло поторопился успокаиваться. Когда он поднял глаза, то наткнулся на взгляд, не предвещавший ничего хорошего. Мама была в ярости.

– Как ты мог, Майло! Ты вообще подумал, что за время твоего отсутствия с лаской и Дождём могло что-нибудь случиться?

– Но с нами всё хорошо, мама! – недовольно пискнула Ласка.

Мама не удостоила её даже взглядом.

– Я думала, ты уже повзрослел и думаешь о последствиях! Я доверила тебе брата и сестру, я была уверенна, что ты справишься. Но я ошиблась. Ты сам ещё детёныш! Я теперь это поняла!

– Прости, мам, – покорно прошептал Майло, но вся его гордость внутри бушевала от того, что мама назвала его маленьким.

– Ты понимаешь, что за это ты должен быть наказан? – произнесла лиса.

Майло молчал. Он представил, каким может быть это наказание. И ужаснулся.

Но мама беспощадно подтвердила его опасения.

– Тебе в наказание это будет не последняя неделя твоего детства. Ты у нас в послушании проведёшь ещё месяц!

Она отвернулась от Майло, чтобы уйти, но подумала и добавила:

– Да, и ещё… На этот месяц даже забудь об охоте на поле!

Лиса повернулась к кучке добычи, которую они с папой принесли с охоты, и молча бросила к лапам Майло кусок мяса. Дождь и Ласка сочувственно посмотрели на старшего брата и, прижав уши, пошли за мамой в нору.

И безжизненно смотрел им вслед.

Дождь снова пошёл сильнее. Ветра почти не было, и от этого на полянке перед норой было тихо и пусто.

Один Майло стоял на ней будто каменный.

«Месяц… Целый месяц… Без поля…»

Майло посмотрел в тёмное небо. Дождь беспощадно лил на шерсть потоки воды. Но Майло не замечал этого.

Мысли крутились у него в голове. Он знал, что был страшно виноват, но вся его злость, всё отчаяние вдруг обернулись против матери.

«Да как она смеет?!» – зарычал про себя Майло. Он смотрел на кусок мяса, который лежал у его лап. Потом зло посмотрел на вход в нору.

– Этого никогда не будет, – прохрипел он чужим голосом. В нём всё кипело и бушевало.

Принятое решение было единственным выходом.

– Я не вернусь.

Он брезгливо отпихнул мясо лапой и, повернувшись, бросился во тьму.

Гилея

– Это был благородный поступок! – оживлённо, но в то же время серьёзно провозгласил папа Гилее, когда та рассказала семье о её приключении.

Шустрик подошёл к ней и толкнул в бок.

– Молодец, сестрица, ты очень храбрая! – пробасил он.

Более скромный и тихий Мотылёк сияющими глазами смотрел на Гилею.

– Хорошо, что ты помогла Майло! – заметил он. – Он, наверное, очень благодарен тебе!

Гилея вспомнила, как лис, будто оцепенев, смотрел ей в след.

– Наверное, – кивнула она. Вдруг ей стало весело, и она беззлобно хихикнула: – Но Майло такой гордый, что не смог выдавить из себя ни слова благодарности! Хотя… Он показался мне очень хорошим…

Шустрик улыбнулся, его глаза блеснули.

– Тебе все кажутся чересчур хорошими! – поддразнил он сестру. Гилея, сдерживая смех, коварно прищурилась и игриво прыгнула на лиса.

– Ах, так! А вот и не все! – давясь от хохота, тявкнула она. – Ты кажешься мне чересчур толстым!

– Я не толстый, – притворился обиженным Шустрик. – Я мускулистый. Забыла? Моё имя Шустрик, я самый быстрый!

– Тебя назвали так в детстве! – смеялась Гилея, придавливая брата к сырой земле. – Тогда ты был тощим и юрким! А сейчас ты толстый! – прорычала она.

Шустрик вывернулся из-под лап Гилеи и через мгновение уже нависал над лисой. Та радостно валялась на том месте, где секунду назад был Шустрик.

– Видишь, сестра, я и сейчас такой юркий! – с гордостью сказал он. – Но уж точно не толстый!

Мотылёк, всё это время следивший за их вознёй важно объявил:

– Вы оба себя ведёте, как чересчур непослушные маленькие лисята!

Но Гилея видела, что Мотылёк ели сдерживал смех.

Шустрик отпустил сестру и подошёл к брату.

– О Великий И Чересчур Взрослый Лис! Позвольте… – он сделал паузу, а потом вскричал: – Я вас затащу в нашу кампанию маленьких лисят!

И «компания маленьких лисят» начала новую возню.

– Шустрик! Гилея! Мотылёк! – позвала мама из норы. – Дождь усилился, идите в тепло!

Гилея вскочила, бодрая и оживлённая.

Азарт игры с братьями побудил вспомнить её о том времени, когда они были ещё совсем маленькими.

Молодые лисы зашли в нору и улеглись на свои подстилки.

Вскоре