Тео. Теодор. Мистер Нотт - Hashirama Senju

Это значило, что путешествие туда сулит волшебство.

Он не раз был свидетелем того, как отец использует камин. Нужно назвать адрес пункта назначения, кинуть порошок — хоть сколько-то, чтобы смесь воздействовала на пламя, — и сделать шаг. Книги описывали это путешествие как «неприятное, но безопасное», самое безопасное среди магических способов перемещения. Конечно, Тео не был беременной старухой, чтобы опасаться любого чиха, но и аппарировать он не умел, слишком был юн. Иного способа всё равно не было.

Решившись, он облачился в то, что было его подходящей по случаю одеждой.

Детские мантии были ему давно и безнадёжно малы, а те, что он использовал во младенчестве, и вовсе отправились старьёвщикам за какие-то кнаты, поэтому пришлось одеть ворованное отцом у магглов (о том, что Магнус Нотт, чистокровный маг во многих поколениях, мог купить у магглов одежду, Тео даже не думал — отец был вынужден украсть, и это было правильнее) детское пальто. Тео был высоким для своего возраста (по плечо отцу!) и худым мальчишкой, поэтому надетый под пальто свитер даже не было заметно. Понадеявшись, что его никто не узнает, он нацепил на себя отцовский берет и накинул плащ, который, не приглядываясь, можно было бы принять за плащ зимней мантии, которую продали перед рождеством.

— Косой переулок! — храбро повторил Тео, кинув в огонь горсть порошка. Горшок с порошком был почти пуст, но на ещё несколько раз ему должно было хватить. Отца не было дома — он хлопал утром дверью, видимо, отправляясь в маггловский мир за снедью.

Сделав шаг, Тео оказался в водовороте всяческих образов, сменявших одно другим со скоростью гоночной метлы. Мгновение, которое продлился этот полёт, казалось ему счастливой вечностью — ведь эта вечность была наполнена волшебством, к которому он так стремился.

Наконец, полёт закончился — и он вылетел из камина, едва увернувшись от благообразного старичка в фиолетовой мантии и кубарем покатившись по грязной мостовой.

— Камину научили, а манерам не научили! — противным голосом сказала какая-то тётка, и Тео, мигом поднявшись и подхватив слетевший берет, ринулся прочь от публичного камина.

Впрочем, бежал он недалеко — его взгляду предстали красоты Косого переулка. Волшебные вывески, раскачивающиеся на ветру флюгеры, антиосадочные купола, скрывавшие крыльца домов, ведьмы и волшебники, спешащие всюду по своим делам… аура волшбы, творящейся повсюду, в воздухе… если бы Тео спросили, что он испытал — он, подумав, сказал бы, что это была эйфория.

Улыбаясь «как дурак», как говорила покойная бабушка, он шел вперёд, вернее, вперёд несли его ноги. Выйдя на площадь перед Гринготтсом, он ахнул от восторга — банк, фасад которого был выполнен в плывущем античном стиле, внушил ему глубокий трепет.

Вдруг его кто-то толкнул в локоть, и мгновение спустя Тео понял, что его едва не ограбили — платок в кармане плаща едва не выпрыгнул наружу, он едва успел его остановить. Обидчик, какой-то мальчишка, едва ли старше самого Тео, тут же нырнул в проулок, лишь его светловолосый затылок, мокрый от дождя, мелькнул в поле зрения Нотта.

И тогда он понял, что не знает, где же вход в Лютный переулок.

Тео занервничал.

Испугался.

Выдохнул.

Тётка бы наверняка сказала ему, что нужно «следить за людьми», ведь он наверняка не единственный, кому нужно в Лютный, место трущоб и неприятностей.

Первым делом он свернул за тот же угол, куда пошёл его обидчик, карманный вор. С опаской, готовый применить то немногое, что он извлёк из пьяных уроков отца и книг (прежде, чем каждая из них отправилась на продажу, Тео прочёл и изо всех сил запомнил, что там было написано). Фамильные заклинания в основном предполагали палочку, но он не сомневался, что, случись что, его магия в огненном шторме накажет обидчика.

Однако, в проулке никого не оказалось. Пройдя между домами по грязи, он оказался в параллельном переулке, где тут и там в окошках горел свет, из труб шёл дымок, а маги нет-нет, да колдовали без опаски, как дома. «Видимо, здесь живут обитатели Косого», — решил Тео.

— Ты чего? — спросил его вдруг озадаченный девчачий голос. Повернувшись, он встретился взглядом с девочкой чуть младше его самого, рыжеволосой и веснушчатой. Она тоже была одета не совсем присталым чистокровному волшебнику образом, хотя вид почти её не оставлял сомнений, кто именно говорит с ним.

— Я потерялся, — честно сказал Тео. — Мне нужен Лютный переулок, а это не он?

— Лютный? — ахнула девочка. — Мама меня пугает этим местом. Мои братья как-то были там, — добавила она невпопад.

— А где это место?

— Не знаю. Может, напротив мётел? Я видела, как страшный дядя шёл оттуда, — прошептала она, уперев взгляд в пол.

— Спасибо! — признательно сказал Тео. — Меня Тео зовут, — неожиданно добавил он, чуть смутившись.

— А меня — Джинни, — в ответ смутилась девочка. — Очень приятно.

— Пока, Джинни! — махнул он ей рукой, когда дверь домика, рядом с которым они стояли, скрипнула, и оттуда послышались голоса взрослых.

Не дожидаясь ответа, он спешно вернулся на Косой переулок и пошел в сторону магазина мётел. Действительно, напротив него меж домов была мощёная улочка, которая вела куда-то вглубь. Не миновало и квартала, когда юный Нотт почувствовал на себе взгляды. Они как будто бы оценивали его, и ему это совершенно не нравилось.

Отсчитывая проулки и повороты, он едва не пропустил нужный себе, когда споткнулся о какую-то груду тряпья на пути. Груда вдруг завыла страшным голосом, пугая его, и он едва не бросился бежать — но вместо того, благо, юркнул в правильную щель между домами, покрытую помоями и грязью.

Определённо, маги в Лютном не были особо пунктуальны относительно чистоты. Тут и там валялся мусор, видимо, выкидываемый чарами из домов — сила мага, согласно «Общей теории чар», была пропорциональна силе его магии, и если волшебники не могли отправить мусор в небытие… они просто перемещали его за стены.

Стараясь не запачкаться больше допустимого, он шёл, лавируя между лужами дождя и кучами мусора, пока, наконец, не увидел дверь, описанную в письме Э. Принца.

Подойдя вплотную, он неумело замахнулся, чтобы постучать — и понял, что не знает, как именно заставить отреагировать человека внутри, если он был. Наконец, решившись, он постучал в дверь, пытаясь унять волнение. Сердце бешено стучало, а кожа топорщилась мурашками. Казалось, ещё немного, и случится выброс, как описывали в книге «Взросление чистокровных волшебников 3-12 лет»…

Он уже почти