Ассегай - Уилбур Смит

Именно в этот момент трусивший впереди лошадей Маниоро остановился и в ожидании всадников оперся на копье. Когда они приблизились, он вытянул руку, указывая на некую темную форму примерно в миле от них, возле зарослей буша. Очертания ее расплывались в дрожащем от зноя воздухе.

— Носорог. И вроде бы здоровенный. — Леон достал из седельной сумки цейсовский бинокль, полученный от Перси по случаю производства из учеников в полноправные охотники. Наведя резкость, он с минуту рассматривал зверя. — Точно, носорог. Такого крупного мне еще не попадалось. Рог просто невероятный!

— Больше того, что пять дней назад застрелил мой отец?

— Я бы сказал, намного больше.

— Он мне нужен, — решительно заявил Кермит.

— Мне тоже, — согласился Леон. — Обойдем с подветренной стороны и отгоним от буша. Чтобы стрелять наверняка, надо подойти ярдов на тридцать-сорок.

— Ты говоришь точь-в-точь как Фрэнк Меллоу. Хочешь, чтобы я подбирался на четвереньках или подползал на животе, как гремучая змея. Хватит с меня этого. — Кермит уже дрожал от возбуждения. — Я покажу тебе, как у нас, на Западе, охотились в былые дни на бизонов. Держись за мной, приятель.

С этими словами он вонзил шпоры в бока своей кобылки и галопом помчался через равнину прямиком к виднеющемуся вдалеке носорогу.

— Кермит, подожди! — крикнул вслед Леон. — Не глупи.

Американец даже не оглянулся — лишь, выхватив из чехла под седлом «винчестер», помахал им над головой.

— Старик Перси прав — своенравный, опрометчивый мальчишка, — пожаловался самому себе Леон, пуская коня вдогонку.

Носорог услышал стук копыт, но из-за слабого зрения не сразу разглядел, откуда исходит опасность. Топчась на месте, перенося с ноги на ногу вес громадной туши, взрывая копытами землю и злобно фыркая, он лишь таращил свои маленькие, как у борова, выпученные глазки.

— Йии-хаа! — завопил по-ковбойски Кермит.

Сориентировавшись по звуку, носорог рассмотрел наконец расплывчатую фигуру всадника и лошади и не раздумывая устремился им навстречу. Кермит, приподнявшись на стременах, вскинул ружье и выстрелил. Первая пуля прошла выше и взрыла землю в двух сотнях ярдов у него за спиной. Он быстро передернул затвор и выстрелил еще раз. Леон услышал глуховатый шлепок, но не увидел, куда угодила пуля. Носорог даже не вздрогнул — он изготовился порвать лошадь.

Третий выстрел — в спешке, почти наугад — и снова мимо. Леон увидел только фонтанчик пыли, взметнувшийся под ногами зверя. Четвертый пришелся в цель — носорог покачнулся, задрал высоко рог и опустил его, целя в брюхо лошади.

Кермит оказался быстрее, и помог ему навык игрока в поло. Сжав колени, он бросил лошадь в сторону. Два животных разминулись, пролетев мимо друг друга в противоположных направлениях, причем страшный длинный рог прошел на расстоянии ладони от колена охотника. В тот же миг Кермит развернулся в седле, изловчился и в упор, едва не касаясь толстой серой шкуры дулом, выстрелил чудовищу между плечами. Носорог дернулся и взбрыкнул. Он развернулся, чтобы броситься в погоню, однако ноги не слушались. Из открытой пасти стекала кровавая пена. Кермит, натянув поводья, осадил лошадь, перезарядил и выстрелил еще два раза. Дополнительная порция свинца окончательно сбила с носорога прыть. По телу его прошла дрожь, огромная голова повисла. Сделав несколько неверных шагов, он пошатнулся и остановился.

Подъехав ближе, Леон пришел в ужас от жуткой, кровавой сцены, противоречившей всем его представлениям о честной охоте. До этого момента он не имел возможности ввязаться в бойню из опасения попасть в американца, теперь ему ничто не мешало. От раненого носорога его отделяло не больше тридцати ярдов, а Кермит, остановившись в стороне, перезаряжал «винчестер». Потянув поводья, Леон остановил коня, выпростал ноги из стремян и спрыгнул на землю. Отыскав уязвимое место, где хребет соединяется с черепом, он одной пулей, как палач топором, перебил позвоночник.

Кермит подъехал к туше и спешился. Лицо его горело, глаза блестели.

— Спасибо за помощь, приятель. — Он рассмеялся. — Господи! Вот это да! И как тебе охота в стиле Дикого Запада? Блеск, а?

Ни капли сожаления, ни намека на раскаяние.

Зная, что должен сдержаться, Леон перевел дыхание.

— Да уж, дикости хватало, признаю. Насчет блеска не уверен. — Он вскочил в седло, развернул лошадь. — Потерял где-то шляпу. Поеду поищу.

И что теперь делать? Устроить разборку? Поговорить начистоту? Сказать, чтобы искал себе другого охотника? Увидев лежащую на земле шляпу, Леон подъехал к ней и снова спешился. Поднял, отряхнул. Напялил. Возьми себя в руки, Кортни! Будь благоразумен. Уйдешь — и все кончено. Можно будет возвращаться в Египет и идти работать к отцу.

Он снова сел в седло и вернулся американцу. Кермит стоял около убитого носорога, поглаживая длинный черный рог. Когда Леон спешился, американец поднял голову, задумчиво посмотрел на него и тихо спросил:

— Тебя что-то беспокоит?

— Беспокоит. Как отреагирует президент, когда увидит этот рог. В нем футов пять, не меньше. Надеюсь, не позеленеет от зависти.

Ему даже удалось выдавить из себя улыбку — чем не предложение мира?

Кермит заметно расслабился.

— Зеленый ему к лицу. Жду не дождусь, когда смогу показать.

Леон поднял голову, посмотрел на солнце.

— Уже поздно. К вечеру вернуться в лагерь не успеем. Переночуем здесь.

Ишмаэль следовал за ними на муле, ведя на поводу второго, груженного горшками и прочей кулинарной утварью. Подъехав, он сразу принялся устраивать бивак и успел приготовить ужин еще до наступления сумерек. Седла положили на землю, эмалированные тарелки поставили на колени. Ели желтый рис с тушеным мясом антилопы.

— Ишмаэль — волшебник, — пробормотал Кермит, отправляя в рот очередной кусок. — В нью-йоркских ресторанах так не кормят. Скажи ему.

Ишмаэль принял комплимент с полной серьезностью.

Подчистив тарелку и проглотив последнюю ложку, Леон наклонился, подтянул седельную сумку, вытащил бутылку и показал этикетку американцу.

— Солодовое виски «Буннахабхайн», — довольно заулыбался Кермит. — Где ты его раздобыл?

— Подарок от Перси. Хотя он о такой своей щедрости не догадывается.

— Господи, Кортни, да это ты настоящий волшебник.

Леон разлил понемногу в эмалированные чашки. Пили, постанывая от удовольствия.

— Давай представим на минуту, что я действительно волшебник и могу исполнить любое твое желание. О чем бы ты попросил?

— Кроме красивой и на все согласной девушки?

— Кроме этого.

Посмеялись. Кермит ненадолго задумался.

— На сколько потянули бивни того слона, которого мой отец застрелил несколько дней назад?