Сердца трех - Джек Лондон

заражены чумой - ведь все остальные лошади у плантатораиздохли.

- Мне еще ни разу не приходилось бывать в таком месте,где деньги были

бы бессильны, - возразил Френсис.

- По-твоему, за деньги и в аду можно напиться, -заметил Генри.

Леонсия захлопала в ладоши.

- Право, не знаю, - в тон ему ответил Френсис. - Ятам не бывал.

Леонсия снова захлопала в ладоши.

- И все-таки я думаю, что доллары сослужат мне службу и здесь, в

джунглях. Я даже намерен сейчас же попытать счастья, -продолжал Френсис,

отвязывая мешок с деньгами от седла Леонсии. - А выпоезжайте дальше.

- Но мне-то вы должны сказать, что вы затеяли! -потребовала Леонсия.

Она перегнулась к Френсису с седла, и он стал шептать ейчто-то на ухо;

девушка засмеялась, а Генри, беседовавший с Энрико и егосыновьями, услышав

ее смех, втайне обозвал себя ревнивым дураком.

Прежде чем деревья скрыли от них Френсиса, ониувидели, что он достал

блокнот и карандаш и стал что-то писать. То, что он написал,было кратко, но

выразительно - просто цифра "50". Вырвав листок, Френсис положил его

посредине тропинки на самом виду и придавил серебрянымдолларом. Отсчитав

еще сорок девять долларов из мешка, он разбросал ихнеподалеку от записки и

бегом кинулся догонять своих спутников.

Аугустино, жандарм, который больше помалкивал, когда был трезв, а

выпив, начинал многословно доказывать, что молчание -золото, шел впереди

всех, нагнув голову, словно вынюхивая следы зверя и зорко поглядывая по

сторонам. Вдруг он заметил листок бумаги и на нем - серебряный доллар.

Доллар он взял себе, а записку вручил начальнику полиции. Торрес заглянул

через плечо шефа, и они оба увидели таинственную цифру"50". Начальник

полиции бросил бумажку на землю, не обнаружив в ней ничегоинтересного, и

хотел продолжать погоню, но Аугустино поднял листок и сталраздумывать, что

бы могла означать цифра "50". Он все ещепребывал в раздумье, когда

послышался громкий возглас Рафаэля. Тут уж Аугустиносмекнул, в чем дело:

значит, Рафаэль нашел еще доллар; и если поискать какследует, то где-то

здесь можно найти пятьдесят таких монет. И, швырнув бумажку, он мигом

опустился на  четвереньки и стал искать.  Остальные  жандармы тотчас

последовали его примеру. В общей свалке никто и вниманияне обращал на

Торреса и начальника полиции, которые тщетно сыпалипроклятиями, требуя,

чтобы отряд двинулся дальше.

Когда выяснилось, что уже никто ничего больше не находит, жандармы

решили подсчитать, сколько они подобрали монет. Оказалось -сорок семь.

- Тут где-то должно быть еще три доллара! -воскликнул Рафаэль; и все

жандармы снова распластались на земле и принялись за поиски.Прошло еще пять

минут, пока были найдены недостающие три монеты. Каждыйсунул в карман то,

что ему удалось подобрать, и все послушно двинулись вслед за Торресом и

начальником полиции.

Они прошли примерно с милю, когда Торрес увидел наземле блестящий

доллар и попытался втоптать его в грязь, но острые, каку хорька, глаза

Аугустино успели заметить это, и его проворные пальцы быстроизвлекли монету

из мягкой сырой земли. Теперь его товарищи уже по опытузнали, что где один

доллар, там есть и еще. Отряд остановился, и, как ни грозилии ни упрашивали

начальники, жандармы тотчас рассыпались по лесу и принялисьобшаривать землю

вправо и влево от тропинки.

Висенте, с круглым, как луна, лицом, похожий большена мексиканского

индейца, чем на майя или панамского метиса, первый напал на след. Все

жандармы мигом окружили его, точно свора собак - дерево, на которое они

загнали опоссума. Сходство усиливалось тем, что и Висенте стоял около

дерева. Оно было без макушки, гнилое и дуплистое, футовдвенадцати в высоту

и примерно четырех в обхвате. На середине его было дупло - над ним висел

приколотый колючкой такой же листок бумаги, как и тот, чтоони нашли раньше.

На листке было написано "100".

Началась драка, продолжавшаяся несколько минут, с  полдюжины рук

отталкивали одна другую: каждому хотелось первым залезть вдупло и добраться

до сокровища. Но дупло было глубокое, и руки не доставали доего дна.

- Давайте срубим дерево, - закричал Рафаэль,постукивая тыльной

стороной своего мачете по коре, чтобы определить, гдекончается дупло. -

Свалим его все вместе, потом сосчитаем деньги, которые тамнайдем, и поделим

поровну.

Услышав это, начальство совсем рассвирепело, а шеф пригрозил, что, как

только они вернутся в Сан-Антонио, он сошлет их всех вСан-Хуан на съедение

сарычам.

- Но мы пока еще, благодарение богу, не вернулись вСан-Антонио, -

промолвил Аугустино, срывая печать молчания, сковывавшуюего уста в минуты

трезвости, и изрекая очередную мудрость.

- Мы люди бедные и поделимся по-честному, - заявил Рафаэль. -

Аугустино  прав:  благодарение богу, мы еще не  в Сан-Антонио. Этот

богач-гринго за один день рассыпал на своем пути кудабольше монет, чем мы

заработали бы на службе за целый год. Я, например, стою за революцию, чтобы

у всех было много денег.

- И чтоб вожаком был богатый гринго, - добавилАугустино. - Если он

и дальше будет вести нас по дороге, усыпанной серебром, яготов идти за ним

хоть всю жизнь.

- И я тоже, - подтвердил Рафаэль. - А если эти, - и он мотнул

головой в сторону Торреса и начальника полиции, - не дадутнам собрать то,

что боги нам послали, то пусть отправляются в преисподнюю, ко всем чертям.