Камни Рун. Том 2 - Александр Якубович

Я только дернул головой, мол, понял, и начал собирать под ладонями целебные печати. Вторая печать бор, чтобы вытравить заразу, что была на копье, и вторая печать Ис-Эо. Я помнил ошибку, которую допустил во время боя за жизнь Отавии, и как у меня потом тянуло плечо. Так что восстанавливаться надо постепенно. Пятидюймовой Ис-Эо должно хватить, чтобы остановить кровь, затянуть легкое и прихватить рану. А потом я продолжу лечение…

Использовать силу осколков при свидетелях я не собирался, а вокруг было немало женщин. Да и не был я уверен, что после всех выкрутасов последнего часа Пустота вовсе откликнется на мой зов.

— Готов? — спросила Витати.

Я даже пикнуть не успел, а девушка уже перевернула меня на левый бок, схватилась за обломок копья и рванула его из моего тела, упершись мне в спину коленом. Ей помогали еще несколько женщин, которые придерживали мои плечи и спину. Скажу честно, именно к такому быть готовым просто нельзя — в глазах потемнело, а контуры печатей, что я держал наготове на кончиках пальцев, едва не рассыпались. Но я смог удержаться, а уже в следующий момент я впечатал в свою грудь заклинание Бор-Бор, а следом отправил и целебную печать Ис-Эо.

Желтая энергия печатей обожгла рану, после чего я почувствовал тепло и облегчение. Кровь, что было хлынула, едва винефик вырвала из меня обломок копья, остановилась, а после рана стала затягиваться буквально на глазах.

— Надо зашить, — прохрипел я.

Витати серьезно кивнула. Одна пожилая женщина тут же взялась за кривую костяную иглу, другие — стали готовить перевязку. Было видно, что они не в первый раз штопают раненых и знают, что делают. Так что к моменту, когда в шатер, будто с опаской, вошел дикий маг желтых рун — я увидел это по свечению его магических каналов — все было кончено. Меня заштопали, перевязали и даже влили в рот какой-то укрепляющий отвар.

Во время всей процедуры нет-нет, но я ловил на себе испуганные или ненавидящие взгляды обитательниц шатра, но в основном они все были крайне заинтригованы. Думаю, информация о том, что случилось на поле, дошла до сюда быстрее, чем Витати приволокла мою пробитую копьем оранжевого винефика тушку.

Следующие два дня я провалялся во вдовьем шатре, попивая целебные отвары и шарахая самого себя желтыми печатями. Колдовать я старался, когда никого рядом не было — едва кто-нибудь из женщин завидит формирующийся в воздухе контур печати, то жди осуждающих взглядов и беглых причитаний по-келандски, разобрать которые не было ни единой возможности.

Со мной почти никто не разговаривал — имперским пресийским владели всего пара представительниц вдовьего сообщества, да и то, на совершенно базовом уровне, так что моей компанией был пестрый купол шатра, да изредка приходящая Витати.

— Кстати, — начал я, когда девушка заглянула проведать меня, — а как тот винефик?

— Вирати? Копейщик? — уточнила она. — Нормально. Ему помогли первым, жить будет. Но вот в седло сядет только через месяц-другой. Ты едва не пронзил ему хребет своим клинком.

— Я его едва не выпотрошил… — протянул я. — Его товарищ успел вовремя.

— Они братья, — спокойно сообщила Витати. — Я их хорошо знаю.

— Я это прочувствовал, — усмехнулся я, — очень знакомый стиль.

— У нас всех были одни учителя, — пожала плечами келандка, наливая мне теплого питья. — Просто они привыкли сражаться в паре и в строю. Я училась иначе.

— Дуэли? — уточнил я.

Витати только дернула плечом, после чего передала мне широкую пиалу с теплым отваром.

— Я удивлена, что ты смог устоять против них, — сказала винефик.

— Ты же понимаешь, что… — я многозначительно опустил глаза на собственную грудь, давая понять, что с помощью пустоты мог стереть обоих бойцов в порошок, не сходя с места.

— Ты все сделал правильно, — сказала Витати, усаживаясь на край моего лежака. — Ты как, уже встаешь?

— Кое-как — да. Нужна еще пара дней и можно отправляться, — сказал я.

Я был уверен, что Витати составит мне компанию в моем путешествии до Храма Пустоты. Первое — она знала дорогу. Второе — она преодолела половину мира, чтобы помочь мне в моем предприятии. Иначе зачем она вернулась в степь?

— Сначала тебя ждут в Большом Шатре, — уклончиво ответила девушка, меняясь в лице.

— Меня не пропустят?

— Отец все еще хочет поговорить с тобой.

— О чем?

— О том, зачем ты сюда пришел, — серьезно ответила Витати. — Не спорь со мной, Рей. Самое главное ты уже сделал — доказал свою силу. И вообще, у того столба ты оказался по ошибке. Я рассказала отцу о тебе и твоем путешествии, едва прибыла в клан. И он обещал, что отправит дозорных на поиски, чтобы тебя привели к нам, целым и невредимым. И я совершенно не понимаю, как ты оказался у столба, потому что наружность твоя весьма приметная, да и описала я тебя четко. Но с этим мы еще разберемся…

— Слушай, тут такое дело… — я сел на лежаке рядом с Витати и, покручивая в руках пиалу, стал рассказывать о том, что произошло со мной и Отавией в Гохринвии.

Рассказал я и о Нассире. Не таясь и не скрываясь, как я делал раньше. Прямо и четко — вывалил на Витати всю правду. И о том, что парень мне доверял, и о том, что я его заколол и украл его личину, чтобы выжить.

Винефик внимательно меня выслушала, а после только покачала головой.

— Это многое объясняет, если ты выглядел как гохринвиец… Но как ты оказался в степи? И ты говорил, это было в самом начале осени, а ведь уже идет зима…

Я только покачал головой, показывая, что у меня нет ответа.

— Это все этот Йеши и… Изнанка, бездна. Будто там время течет иначе, если слишком близко приблизиться к… Я даже не знаю. Но этот старик точно о чем-то умалчивает. А еще он — очень странный колдун. Потому что он слишком многое может и слишком многое знает.

— Только не говорит, — подытожила Витати.

— Только не говорит, да, — согласился я.

Вести, что принесла Витати, все меняли. Я почему-то уверился в том, что для