Посох волхва - Алексей Витаков

Зажатые в плотные клещи, норманны бросили весла и, положив руки на рукояти мечей и секир, окаменело смотрели на кривичей.

– Кто из вас конунг Хроальд-старый? – Невысокий Вакура стоял на головной ладье, уперев короткопалые, могучие руки в борта. – Ты? – кивнул он на херсира.

– Я! – Хроальд посмотрел сотскому прямо в глаза, и одному только Одину было известно, о чем он подумал.

– Предлагаю сложить оружие, снять доспехи и покинуть судно! – Сотский чувствовал на себе пронзающий взгляд врага, врага, загнанного в угол, но готового в любой момент к последней смертельной песне.

– Мой хочет услышать твой условия! – Херсир решил тянуть время.

– Довольно крови, вождь! Вы обречены. Если выполнишь мое требование, обещаю жизнь твоим воинам.

– Мой хочет знать: что будет дальше с моим воины?

– Мы не торгуем людьми. Но и отпускать вас никто не собирается. Говорю тебе, уж извини, как на духу.

– Мой хочет знать: что будет с моим воины? – снова повторил вопрос херсир.

– Они станут холопами и будут жить по дворам! – Сотский кашлянул в кулак и продолжил: – Все будет зависеть только от вас. Ладно жить будете – хорошая еда и одежда, еще кров. Может, кого-то отпустим опосля. А дурить вздумаете – плети и топор!

– Что он говорит? – спросил Хнитбьерг у Хроальда.

– Он предлагает нам всем сдаться, – херсир перешел на скандинавский, обращаясь к товарищу по оружию. – Половину казнят. Другую половину забьют в цепи и отправят на соляные копи. А там долго не живут.

– Разве у них есть соляные копи? – усомнился Хнитбьерг.

– Наверно, есть, раз так говорят! Мой хочет знать э… – херсир искусно «воровал мгновения», – позволят нам молиться свой бог?

Этот вопрос был явно излишним. Конунг викингов с самого начала переговоров увидел, что суда сносит течением к поваленным поперек Днепра соснам и причалившим к ним долбленкам. И у него уже начинал зреть отчаянный план. Но необходимо было выиграть время.

– Так мой повторить вопрос: сможем ли мы молиться свой бог?

– Сможете, – Вакура усмехнулся.

Опытный сотский понял, что переговоры хотят затянуть, но отнес это к простому «набиванию цены».

– Сможем ли мы, – продолжал осмелевший норманн, – если харашо будем работать, иметь жен и семья?

– Не рано ли мыслишь об этом, вождь? – Вакура сжал пальцы на рукояти меча до белых косточек.

– Мой еще немного хотел подумать! – Хроальд весь подобрался и, перейдя на свой язык, обратился к Хнитбьергу: – Ты со мной, Хни?

– Я не хочу сдохнуть, как паршивая собака! – норманн заскрипел зубами.

– Но мы все не выберемся, Хни! Придется кого-то отдать.

– Хроальд, я тебя не понимаю?! – Хнитбьерг повысил голос.

– Сейчас не время для споров, Хни. Ты лучше вспомни: кто из моих викингов хотел уйти от меня? Скольких я пытался вернуть и отбить? За предательство надо платить. И наказание порой настигает предателей даже не по воле тех, кого они предали. Пусть люди, ушедшие с Сиггурдом, начинают выходить из драккара. Пока они переходят на их плавучие корыта, нас всех донесет течением до запруды, – Хроальд осторожно повернул голову и скосил взгляд за корму своего судна. Поваленные поперек воды сосны неумолимо приближались.

– Не оглядывайся, Хни. Иначе они заподозрят.

– Кого еще берем с собой? – Хнитбьерг начинал понимать замысел своего командира.

– Всех, кто не успеет перейти к ним!

– Я согласен, херсир! Ты хочешь использовать стволы деревьев и их лодки, чтобы добраться до берега, ведь так?

– Да. Но нужно быть очень-очень быстрыми.

– А еще двигаться в одном направлении. Иначе, оказавшись по разным берегам, мы вновь проиграем.

– Ты думаешь, – Хроальд горько усмехнулся, – многие из нас дойдут до берега?

– Хорошо, херсир. А что мы будем делать потом, когда выберемся на берег?

– Сражаться за свою свободу!

– Ты не понял меня или делаешь вид? – Хнитбьерг тускло посмотрел на конунга.

– Я тебя услышал. Дальше мы пойдем в сторону волховского пути. По Волхову в это время идет через Гардарику много наших драккаров. Мы отыщем своих.

– Это неплохой план, херсир. Я не буду думать о том, как мы будем выглядеть в глазах викингов.

– В конце концов даже самые сильные терпят поражения. Главное, не быть закованным в цепи или убитым раньше времени. Все остальное можно исправить.

– Ты прав, херсир.

С ладьи кривичей раздался голос сотского:

– Все. Мы больше не ждем, – он поднял правую руку, и в наступившей тишине отчетливо раздался скрип боевых луков.

– Мой согласны! – крикнул Хроальд. – Наш начинай выходить из свой драккар на ваш борт.

– Вот и лады! – Вакура смахнул со лба выступивший пот.

Он прекрасно понимал цену победы, если норманны начнут вдруг сопротивляться.

– Викинги, слушай меня! – Хроальд повернулся к своим воинам. – Мы оказались в ловушке. Русы не смогли нам оказать достойного сопротивления в открытом и честном бою, а потому прибегли к хитрости. Вы достойно сражались и заслужили достойного пира в чертогах Одина. Но сейчас я хочу сохранить вам жизни. Потом, оказавшись там, – херсир кивнул в сторону кривичей, – вы сами решите свою судьбу. Никто не сможет помешать вам пронзить себя клинком! Да, так получилось. Мы проиграли. Но ради наших богов покидайте драккар с высоко поднятой головой. Гордо проститесь со своим оружием. Вы были достойны его, а оно было достойно вас. Побежденный – еще несломленный. Простите меня… Я старался жить по нашим законам и радовать наших богов. А теперь послушайте еще раз старика Хроальда. Воины, потерявшие в бою доспехи, пусть первыми покинут наше судно, – он бросил короткий взгляд на запруду.

По его расчетам, «Хрофтотюр», двигавшийся вниз по течению вперед кормой, должен был уже очень скоро упереться в поваленные стволы. Как раз это время можно убить на то, чтобы освободиться от безоружных соплеменников.

С ладьи кривичей протянулись сходни, и воины «Фенрира» один за другим стали покидать «Хрофтотюр». Первые два десятка перешли и оказались в плену. Их тут же опутывали веревками и рассаживали вдоль борта. Затем первая ладья отошла от драккара, чтобы уступить место следующей. В это самое время корма «Хрофтотюра» глухо ударилась о запруду.

– Ждем, ждем!.. Сейчас течение развернет драккар и поставит его всем бортом вдоль запруды. Будь внимателен, Хни!

– Я слышу тебя, херсир!

Течение Днепра действительно развернуло «Хрофтотюр», и тот встал, словно приклеенный к долбленкам кривичей. И тогда!..

– О-о-ди-ин! – Хроальд выхватил меч и, подняв его высоко над головой, прыгнул прямо с борта в хрупкую скорлупку лодки. Судно едва не лопнуло от такого удара. Но в следующее мгновение старик Хроальд совершил прыжок уже в другую лодку, расчищая себе путь короткими косыми ударами от локтя. Несколько кривичей с окровавленными лицами попадали через борта в воду. А херсир продолжал свой страшный бег настоящего вестфольдинга. Еще несколько прыжков, и он был уже на стволах поваленных в воду деревьев. Кривичи явно не могли даже себе представить такого поворота событий. Словно заколдованные смотрели они на безумную, яркую и отчаянную поступь своего врага. Хроальд же не оборачивался. Он слышал, что где-то в нескольких шагах позади бежит Хнитбьерг. А может, и не Хни, а кто-то другой? Но разве это сейчас важно.