Остров обреченных - Богдан Сушинский

– Эй, что там у вас происходит?! – орал боцман Кашалот, разметав сгрудившихся у борта «Нормандца» матросов и солдат и пробившись к фальшборту. – Эй, тля трюмная, вы там что… бунт затеяли?!

– Это палубные матросы схватились с солдатами, – архиерейским басом возвестил кто-то из бомбардиров, отсиживавшихся на артиллерийской палубе, на которой пока что все было спокойно.

– А что адмирал? Почему он молчит?

– Адмирал, как всегда, пьян! – с самоубийственной храбростью оповестил бомбардир. И в ту же минуту на квартердеке, окруженный группой вооруженных солдат, появился командор. Умерить страсти оказалось непросто, но все же через четверть часа ему удалось разнять дерущихся и загнать их в матросские и солдатские кубрики. Вот только в последний момент двое дерущихся вдруг оказались за бортом. С «Нормандца» тотчас же сбросили спасательное бревно, однако доплыть до него удалось только матросу. Солдат, имевший, очевидно, весьма смутное представление о том, как следует держаться на воде, после нескольких беспомощных взмахов ушел на дно.

Как только спасенный – а звали его Кутьюром – немного пришел в себя и одежду его выкрутили, боцман приказал спустить шлюпку и доставить его назад на флагманское судно. Хмель у бедняги уже прошел, и он попытался упросить боцмана, чтобы тот оставил его на своем судне, то есть на «Нормандце», но Кашалот даже не захотел выслушивать его.

– Желаю видеть, какими храбрецами вы, драчуны, будете выглядеть, представ перед рассвирепевшим адмиралом, – сказал он, немедленно приказав ему садиться в шлюпку. И подозвал к себе Роя.

– Кажется, случай представился, – вполголоса проговорил он. – Позови Дюваля, пусть посадит в шлюпку того матроса, что согласился перейти на «Нормандец», к своему земляку – сержанту. Ты же останешься на «Короле Франциске» вместо него. Не беспокойся, командор о замене знает. Боцман – тоже.

– Адмирал?!

– Кто станет беспокоить по таким пустякам самого адмирала? Ты же старайся первое время не особенно мельтешить перед ним и, конечно же, в драки не встревай. С богом!

Не успел Рой сесть в шлюпку, как Кашалот крикнул кому-то на «Короле Франциске», чтобы тот позвал старшего штурмана Дюваля. А еще через пару минут шевалье расслышал, как Кашалот прокричал:

– Вы просили послать вам ученика штурмана, мсье! Он – в шлюпке. Оставьте его на борту. Он будет прилежным.
– Спасибо, боцман! – прокричал Дюваль уже буквально над головой Роя.

«А что, – подумалось шевалье, – перевести меня на флагманское судно в качестве ученика штурмана – это уже объяснение, к которому придраться трудно».

Как только спасенный матрос поднялся на борт «Короля Франциска», его тот час же взяли под стражу. Матрос возмутился, попытался призвать если не на помощь, то хотя бы в свидетели своих товарищей. Но ему коротко объяснили, что по приказу адмирала зачинщики драки уже пребывают под арестом и что его ждет та же участь.

Поскольку на флагмане все еще были под впечатлением схватки и арестов, на появление некоего Жака Парижанина никто особого внимания не обратил. Тем более, что Дюваль сразу же увел его в сою каюту, а затем определил в кубрик, в котором обитали кок, судовой плотник, парусных дел мастер, кузнец и еще несколько судовых мастеров, составляющих на таких больших галеонах особую касту избранных и неприкасаемых.

– Вы сообщите герцогине, что я…

– Она уже знает о вас, шевалье, как знает и о том, что я пытаюсь перевести вас на «Франциск», – поведал старший штурман эскадры. – Сама просила об этом. Вам повезло, шевалье: такая дама и так чертовски увлечена вами. С какой стати?

– Не знаю, – улыбнулся Рой.

– Так, может, расспросить об этом саму герцогиню? – плутовски ухмыльнулся Дюваль.

– Только не это. Не будите во мне ревнивца. – Рой был счастлив. Он и Маргрет – на одном корабле! Теперь главное, как можно скорее увидеть герцогиню!

– Представляю, как вы нервничали там, на своем «Нормандце», зная, что ваша возлюбленная пребывает в окружении стольких красавцев. Взять хотя бы, к примеру, меня.

– Честно говоря, меня это не тревожило.

– В таком случае вы не только меня – всю команду оскорбляете, шевалье.

– Зато угнетало, что Маргрет даже не догадывается, что я тоже на одном из кораблей и тоже плыву в Новую Францию.

– Как же вы уверены в ее преданности! Понимаю: полагаетесь, на зоркое око Бастианны, этой знойной, не поддающейся никакому тлену возраста корсиканки.

– Извините, мсье Дюваль, но… вы, очевидно, не знаете… Маргрет, наверное, не сказала вам, что мы… помолвлены.

– Даже так?! – воскликнул Дюваль. – Тогда почему? Какого дьявола?! Адмирал – ее дядя. Вы помолвлены. Вместо того, чтобы превратить это плаванье в романтическое свадебное путешествие, вы оказываетесь на разных кораблях, скрываете свою помолвку!..

– Тише, господин штурман. Ради бога, не так громко. Есть одно обстоятельство, которое заставляет скрывать от адмирала уже сам тот факт, что я – в составе команды его эскадры. Наша помолвка была тайной. Маргрет пошла против воли своих родителей. Отец – герцог, пэр Николя де Роберваль, буквально рассвирепел.

– Вот оно что! – сменил тон Дюваль. – Мне, собственно, намекали, что с герцогиней связана какая-то странная история. И что с дядей она в очень натянутых отношениях. Но не знал… не предполагал, что это связано с ее помолвкой.

– Вот почему адмирал ни в коем случае не должен знать, что я на борту «Короля Франциска» и что попал на него ради встречи с Маргрет. Я ведь нанялся под чужой фамилией. Настоящее мое имя Рой. Шевалье Рой д’Альби. Теперь вы, штурман, знаете все. И вы – единственный в эскадре, кому известна наша с Маргрет тайна. Моя судьба, а значит, и судьба герцогини – в ваших руках. Поэтому я полагаюсь на вашу честь, ваше слово.

– И вы действительно можете полагаться на мою честь и на мое слово.

Они отпили по несколько глотков рома, закусили соленой бараниной и вновь выпили. Хмельно взбодрившись, Рой впервые за многие дни, прошедшие после тайного обручения с Маргрет, по-настоящему поверил, что в конце концов у них с все наладится. А главное, что произойдет это довольно скоро.

– Сколько дней мы еще пробудем в пути, мсье Дюваль?

– Думаю, около трех недель. Если, конечно, адмирал решит идти до Новой Франции, не приставая ни к одному из островов. А пристать придется, чтобы пополнить запасы воды. В общем, рассчитывайте на то, что месяц вам все же придется провести в разных постелях, дорогой шевалье. Впрочем, по этому поводу надо поговорить с гувернанткой. Если она будет молчать, то… кто знает.

– А она, несомненно, будет молчать, как молчала до сих пор. Бастианна – человек надежный.

Дюваль задумчиво поскреб ногтями подбородок и тоскливо взглянул на завешенный небесно-морской синевой иллюминатор. Как же он завидовал сейчас этому парню!

– Но ты ведь не хочешь, чтобы я оказался среди твоих соперников?