Восстание - Саймон Скэрроу

- Да, господин. - Катон кивнул. - Это правда. Но если мы не сможем удержать город, то в конечном итоге это мало что изменит. Нам нужно подумать об эвакуации.

Светоний резко обернулся к нему. - Я не хочу слушать подобные разговоры, префект. По крайней мере, пока. Паники и так хватает.

Катон почувствовал, как в нем закипает гнев, и от усталости он не смог сдержать своего протеста. - Я не паникую, пропретор.

Наместник уставился на него. - Нет. Конечно, нет. Ты человек с крепкими нервами, Катон. Я знаю это. И ты прав в том, что у нас должен быть план эвакуации города, если придется, но мы должны действовать осторожно. Сейчас в Лондиниуме много людей, которые рассчитывают, что мы их защитим. Они все еще верят, что я смогу это сделать. Если эта вера рухнет, начнется массовая паника, когда все, кто остался, попытаются выбраться наружу. Шаг за шагом, а? Мы восстановим контроль над улицами, оценим, что можно сделать с обороной, и будем ждать прибытия Второго легиона. Дополнительные пять тысяч легионеров могут сыграть решающую роль.

- Я надеюсь на это, господин.

Их прервал звук шагов и гневный голос Дециана. - Я прикажу выпороть тебя за это безобразие! Клянусь честью моей семьи...

В таблиний вошел прокуратор, обращаясь через плечо к незадачливому Веспиллу. Увидев Светония, он улыбнулся. - Наместник! Я очень рад, что ты здесь. Я должен сообщить, что этот человек, центурион Веспилл, совершил возмутительное деяние.  Не иначе как мятеж. Я требую, чтобы его заковали в цепи и судили под твоей властью. Хвала Юпитеру, что ты вернулся, чтобы исправить эту ужасную ошибку.

- Замолчи. Я уже достаточно натерпелся сегодня от людей, выдвигающих требования. - Светоний повернулся к Веспиллу. - Ты можешь идти. Проследи, чтобы нас не беспокоили.

- Слушаюсь, господин, - с готовностью ответил центурион, он вышел из комнаты в коридор и закрыл дверь. Острый взгляд Дециана проследил за ним, а затем переключился на наместника.

- С этим негодяем нужно разобраться. Он продержал меня в моих покоях под вооруженной охраной десять дней.

- Тебе повезло, что он не запер тебя в камере. - Катон ткнул большим пальцем в сторону пола, указывая на мрачные темницы под зданием штаба. При взгляде на тощую фигуру прокуратора, щеки которого были покрыты щетиной, у него с отвращением сжались внутренности. Его поразила не внешность этого человека, а то, что в отсутствие наместника он пытался спасти свою шкуру и отказаться от должности, не заботясь о людях, которым он должен был служить и защищать. Более того, именно этот человек в прошлом жестоко обращался с иценами и вполне мог сыграть решающую роль в провоцировании восстания, тем самым предопределив судьбу Макрона и его товарищей в Камулодунуме.

- Прошу прощения? - Дециан принял возмущенный вид.

Прежде чем Катон успел ответить, в дело вмешался наместник.

- Я разберусь с этим, префект Катон… Во-первых, центурион Веспилл прав. У тебя не было разрешения покидать провинцию.

- В обычных обстоятельствах – нет, - отрезал Дециан. - Но сейчас время великой опасности, и обычные правила не действуют.

- Об этом пусть судит император. Надеюсь, он не решит, что мотивом твоего бегства из Лондиниума была трусость.

- Не трусость, а благоразумие, господин. Я намеревался поднять тревогу в Галлии и попросить прислать подкрепление в Британию. Подкрепления, в которых вы отчаянно нуждаетесь.

- Одного сообщения было бы достаточно.

- Я чувствовал, что должен был лично изложить суть дела, господин.

- Послание будет отправлено, даже если весть уже достигла Галлии. Но ты останешься здесь до тех пор, пока восстание не будет подавлено, или умрешь вместе с нами, если мы потерпим поражение. - Светоний мрачно улыбнулся. - Ты наслаждался привилегиями своей должности, Дециан. Теперь пришло время их заслужить. Мне понадобятся все свободные люди, когда я встречусь с мятежниками, хотя в твоем случае я употребляю этот термин легкомысленно. Ты доказал, что являешься силой хаоса и коррупции в этой провинции. Может быть, ты и низкий, скользкий, корыстный негодяй, но у тебя будет шанс искупить свою вину, когда в твою руку вложат меч и ты займешь свое место в наших рядах.

Дециан покачал головой.

- Я – императорский прокуратор. Я служу по воле императора. Ты не имеешь права заставлять меня сражаться, как обычного солдата.

- Я позволю тебе обсудить это с Нероном, если мы оба доживем до этого дня. А пока я хочу, чтобы ты не попадался мне на глаза. Префект Катон, проводи прокуратора в его покои и проследи, чтобы его комната оставалась под охраной.

- С удовольствием, господин. - Катон сделал шаг вперед и увидел, как прокуратор вздрогнул. - Пошли.

Бросив последний враждебный взгляд на наместника, Дециан направился к дверному проему в углу комнаты. Катон легонько подтолкнул его.

- Поторопись. - Выйдя в коридор, он пристроился рядом с прокуратором и заговорил низким, угрожающим тоном. - Я еще не знаю точно, какую роль ты сыграл в этой катастрофе, но скажу тебе сейчас: если я узнаю, что ты хоть в какой-то мере виновен в гибели центуриона Макрона и других ветеранов в Камулодунуме, я убью тебя.

Дециан бросил на него испуганный взгляд, но ничего не ответил, и мгновение спустя они добрались до двух комнат в конце коридора, которые служили ему жилыми помещениями. Один из солдат гарнизона стоял за дверью и попытался вытянуться по стойке смирно, когда Катон подошел и жестом пригласил Дециана войти. Он закрыл дверь и повернулся к часовому.

- Он будет сидеть тут до тех пор, пока наместник не скажет иначе. Его не выпускать и не пускать к нему посетителей. Ясно?

- Да, господин.

Катон вернулся в таблиний, где Светоний удобно устроился на мягком табурете за письменным столом. Правитель сложил руки и на мгновение задумался, прежде чем заговорить.

- Хочу отметить, что Дециан оставил нам чертовски большой беспорядок.

С этим предложением спорить не приходится, - согласился Катон. - Согласен господин.

- Кроме того то, что сделал Веспилл, ситуации не помогло. Нет, может быть, он и был прав, не позволив Дециану уехать, но, заперев прокуратора в его покоях, он выпустил контроль над городом из своих рук.

- Он не может быть привлечен к ответственности за отправку людей в Камулодунум, господин. Как и за дезертирство.

- Я не знаю насчет последнего... В любом случае, он должен