Грабители морей - Луи Жаколио

Что происходило в замке. — Появление Иоиля. — Иоиль исполняет поручение. — Он вовремя умолкает. — Клятва мести. — Фредерик Бьёрн.

ТЕПЕРЬ ПОСМОТРИМ, ЧТО ДЕЛАЛОСЬ В ЗАМКЕ, пока в потайных комнатах происходила трогательная сцена, оказавшая такое решительное влияние на всю дальнейшую судьбу пирата Ингольфа.

Когда английский офицер сконфуженно вошел и доложил адмиралу Коллингвуду об исчезновении узника, все, кто тут был, единогласно решили, что побег совершился не без помощи призрака, посещающего башню. Адмирал оказался больше других скептиком и предложил произвести в замке строгий осмотр, но его предложение было единогласно отвергнуто. Даже герцог Харальд — и тот, к удивлению, решительно восстал против обыска.

Олаф и Эдмунд не могли отрешиться от сочувствия к человеку, которого они спасли от гибели в мальстреме, и потому чрезвычайно обрадовались решению, принятому их отцом.

— Как вам угодно, любезный герцог, — согласился Коллингвуд, несколько раздосадованный отказом. — В сущности дело касается главным образом вашей безопасности, поэтому вы вольны распорядиться, как быть с этим негодяем, едва не ограбившим ваш замок и замышлявшим предать вас в руки ваших заклятых врагов.

— Нужно быть все-таки справедливым, — отвечал Черный герцог, задетый словами адмирала. — Ингольф для нас теперь уже не корсар, а офицер регулярного флота, исполняющий приказ командования и, следовательно, не ответственный за свои действия. Обедая за моим столом, он не знал, что данный ему приказ имеет отношение именно ко мне: он дал в этом честное слово. Вследствие этого я все равно не допустил бы, чтобы его повесили. Бьёрны сражаются с врагами лицом к лицу, они честные воины, а не поставщики сырого материала для виселиц.

— Очень хорошо, господин герцог. Я вижу теперь, что мне здесь больше нечего делать…

Он не договорил, потому что в это время вдруг с шумом прибежала толпа английских матросов, тащивших какого-то человека со связанными руками.

— Оставьте же меня, скоты этакие! Пустите, вам говорят! — кричал связанный, отбиваясь от матросов. — Ну, чего вы меня тащите? Я и сам хочу видеть вашего адмирала, мне только этого и нужно!

— Господин адмирал, — доложил один из матросов, — это пират с «Ральфа», нам удалось его изловить.

— Сам ты пират, дуралей этакий! — огрызнулся Иоиль. — Чем хвалишься: поймали!.. Мудрено ли было меня поймать, когда я сам шел сюда к адмиралу?.. Победители тоже: двадцать на одного…

— Ну, уж вот этого-то я непременно велю повесить, — сказал Коллингвуд. — Этот уж не уйдет!

— Во-первых, вы забываете, что здесь вы не на английской земле, — возразил Иоиль, и смелость этого ответа очень понравилась всем норландцам. — А во-вторых, через пять минут вы сами будете горячо меня защищать, господин адмирал… Прежде же всего извольте приказать, чтобы мне развязали руки.

— Какая наглость! — произнес адмирал.

— Берегитесь, адмирал Коллингвуд! — воскликнул Иоиль. — Смотрите, как бы вам не пришлось раскаяться в своей резкости.

— Негодяй! Ты забываешься…

— Я явился к вам от вашего лучшего друга, мистера Пеггама, — торопливо перебил его Иоиль.

— От Пеггама! — вскричал, бледнея, адмирал.

— Пеггам? Что такое Пеггам? — промолвил Олаф, будучи не в силах скрыть свое изумление.

Эдмунд успел заметить смущение Коллингвуда и остановил брата.

— Молчи, — шепнул он ему тихо, — давай лучше слушать.

— Да, от вашего друга Пеггама, — повторил с откровенной дерзостью Иоиль.

— Развязать его! — неожиданно приказал Коллингвуд и прибавил с вымученной улыбкой: — Я не могу ни в чем отказать посланцу моего приятеля Пеггама.

— Я так и знал! — подтвердил Иоиль и обвел всех присутствующих торжествующим взглядом.

— Пеггам — ваш друг? — спросил Эдмунд, с холодной пытливостью глядя Коллингвуду прямо в лицо.

— Что же тут особенного? — отвечал адмирал. — Пеггам — мой нотариус и поверенный.