13-й демон Асмодея. Том 4 - Алексей Игоревич Ильин

— Было бы там, что слушать. Алевтина Тихоновна не даст соврать, — громче, чем следовало, проговорил я, улыбнувшись падшему архангелу.

— И так, если все в сборе, то, пожалуй, приступим, — мягким, вкрадчивым голосом проговорил Велиал, обводя пристальным взглядом тут же притихших курсантов. Он взмахнул рукой, и на доске позади него начали сами собой появляться слова и какие-то схемы. — Сегодня у нас вводное занятие, на котором я расскажу, чем вообще занимаются врачи-сексопатологи. Дальше наши занятия станут куда интереснее.

Я не заметил, как начал проваливаться в дремоту. Голос Велиала действовал успокаивающе, я бы даже сказал, умиротворяюще. Я не следил за тем, о чём он говорит, что чертит и показывает на доске, краем сознания цепляясь за отдельно взятые слова.

— Курсант Давыдов! — я встрепенулся и поднялся на ноги. — Ага, Давыдов, значит, — прищурился он, делая какую-то пометку в своём блокноте. — Повторите нам, какие три концепции сексопатологии известны на сегодняшний день, и какая из них, на ваш взгляд, имеет место быть, для решения проблем сексологических больных?

— Эм, — я обвёл взглядом аудиторию, отмечая затуманенные взгляды курсантов. Каждый из них чуть ли не с благоговением смотрел на нашего нового преподавателя. Ага, всё-таки мне не показалось, и Падший использовал лёгкие чары, которые заставляли слушать его, открыв рот. — Позёр, — прошептал я. На демонов подобное не действовало, поэтому Мазгамон, как и я, сидел, насупившись, разглядывая совершенно неразборчивые каракули в своей тетради.

— Возможно, — также тихо ответил Велиал, но я прекрасно его расслышал. — Но гораздо приятнее работать с заинтересованной публикой, тебе ли этого не знать, Фурсамион. Так вы ответите на мой вопрос? — уже громко спросил он.

— Монодисциплинарная, мультидисциплинарная и междисциплинарная, — ответил я, стараясь не заработать косоглазие, глядя в тетрадь Мазгамона, чтобы не нарваться на какой-нибудь наряд. Он лично наказать нас не мог, но передать замечания Белову — запросто. — И никакая из них не может являться истиной для лечения вышеуказанных проблем. И я совершенно не понимаю, для чего нам нужна эта бесполезная информация.

— Садитесь, курсант Давыдов, — сделал какой-то странный акцент на моей фамилии Велиал, так и не ответив на мой вопрос.

— Слушай, — наклонился ко мне Мазгамон. — Тебе не кажется, что здесь пахнет серой?

— Нет, — поморщился я. — Тебе что, заняться нечем? Хватит уже себя накручивать. Кто в здравом уме по доброй воле попрётся на тринадцатую землю? Велиал и ты — явное доказательство, что это место открыто только для психически нездоровых ангелов и демонов.

— Господа, я вам не мешаю? — тихо осведомился Велиал, глядя при этом на Мазгамона.

— Нет, что вы. Просто курсанту Довлатову везде демоны мерещатся, — ответил я вместо своего страдающего манией преследования соседа.

— А я уж и не думал, что вы заметите, — усмехнулся Падший и щёлкнул пальцами. Я посмотрел на стрелку часов, висевших над доской. Она застыла на месте, повинуясь влиянию силы архангела. Все курсанты замерли в самых разнообразных позах, кроме нас с Мазгамоном и ещё парочки, имён которых я не запомнил, занимающих дальние парты. — Пошли вон! — рявкнул Велиал, и теперь уже до меня донёсся запах не только серы, но и самой Преисподней.

Приказа самого Падшего ни один из обычных демонов не мог ослушаться. Помещение класса тут же заполнил чёрный дым, устремившийся наружу в открытое окно. Велиал покачал головой и в очередной раз щёлкнул пальцами. Раздалось несколько хлопков и явственно запахло гарью откуда-то с улицы.

— Демоны легиона, — простонал Мазгамон, откидываясь на спинку стула и хватаясь за голову. — Я же говорил тебе, Фурсамион! А ты мне не верил!

— Я не чувствовал их ауру, — проговорил я, теперь уже всматриваясь в лицо каждому курсанту.

— Потому что каждый из них выше тебя по уровню, — отряхнул руки Велиал. — Мурмур повысил ставки. Что же ты ему сделал такого страшно непоправимого, что он решил проигнорировать приказ самого Повелителя? — он с интересом посмотрел на Мазгамона, раскачивающегося на стуле.

— Сбил его корону, которую кто-то из бабок Петровки утащил в качестве сувенира, — тихо ответил Мазгамон. — Но я случайно! Там некогда было разбираться, за что хватать герцога, чтобы утащить его домой.

— Ну ты и придурок, — теперь уже я схватился за голову. — Ты сейчас серьёзно? Мазгамончик, ты вообще в курсе, что в его короне была запечатана треть его силы?

— Как любопытно, — улыбнулся Велиал. — Выбью вам увольнительную и отправимся в Петровку. Нужно заполучить обратно реликвию Адской канцелярии.

— Ни за что! Ноги моей не будет в этом месте, — замахал руками Мазгамон. — Хоть убивайте. Я лучше приму смерть от вашей руки, чем моя нога ещё раз ступит на эту землю.

— Тогда возвращаемся домой? — сейчас улыбка Падшего больше напоминала оскал.

— Петровка так Петровка, чего угрожать-то, — пробубнил демон перекрёстка. — Что вам вообще нужно от меня и зачем вы здесь?

— Я же сказал, мне поручено тебя охранять, — пожал плечами Велиал. — Тем более что мне действительно нравится находиться на этой земле. Я только сейчас в полной мере осознал, что здесь нет ангелов, и вряд ли кто-то из пернатой братии сюда когда-нибудь явится.

— А я тут при чём? — хмуро поинтересовался я, садясь на своё место, отмечая, что часы вновь начали свой ход.

— С тобой интересно, Фурсамион, — усмехнулся Велиал и внимательно посмотрел на неудачников, тела которых занимали легионеры Мурмура. Они выглядели слегка дезориентировано, но не более того, значит, их телами пользовались от силы сутки. — И так, на чём мы остановились? — продолжил вещать Велиал. — Вот вы, двое, представьтесь…

— Он точно садист, знает же, что они ничего не помнят, — пробурчал Мазгамон себе под нос, а я вновь закрыл глаза, начиная серьёзно думать над тем, как бы безболезненнее для себя отправить этих двоих от себя подальше. Например, обратно в Ад.

Глава 17

Сегодня был тяжёлый день, который мы провели в госпитале, и меня, как особо отличившегося студента, отправили мыться, чтобы ассистировать на крупной полостной операции. Убирали осколок шрапнели, застрявший в перикарде и чудом