Плавучий остров - Жюль Верн

Семафор на холме, возвышающемся позади Папеэте, сигнализировал рано утром о появлении отряда французской тихоокеанской эскадры.

В одиннадцать часов крейсер первого класса «Париж», эскортируемый двумя крейсерами второго класса и одним катером, останавливается на рейде.

Происходит положенный обмен салютами, и контр-адмирал вместе с офицерами сходит с флагмана «Париж» на берег.

После официальных орудийных выстрелов, которым вторит сочувственный грохот батарей Волнореза и Кормы, контр-адмирал и командующий-комиссар островов Общества наносят друг другу визиты.

Кораблям отряда, офицерам и матросам сильно повезло, что они прибыли на рейд Папеэте в то время, когда там еще находился Стандарт-Айленд: новый повод для приемов и празднеств. «Жемчужина Тихого океана» открыта для французских моряков, которые торопятся осмотреть ее чудеса. В течение двух суток матросские форменки и офицерские кителя нашего флота все время мелькают в толпе разодетых миллиардцев.

Сайрес Бикерстаф показывает гостям обсерваторию, г-н директор управления по делам искусств — казино и другие учреждения, находящиеся в его ведении.

Именно при этих обстоятельствах удивительному Калистуту Мэнбару пришла в голову некая поистине гениальная идея, осуществление которой оставит по себе неизгладимую память. Замысел свой он сообщает губернатору, а тот, обсудив его на совете именитых граждан, дает свое согласие.

Пятнадцатого ноября на острове должно состояться празднество. В программу его входит парадный обед и бал в залах мэрии. К тому времени миллиардцы, снявшие себе виллы на Таити, уже возвратятся на Стандарт-Айленд, так как еще через два дня он снова выходит в море.

Виднейшие из жителей обеих частей города смогут таким образом присутствовать на этом празднестве в честь королевы Помаре VI, таитян европейского и туземного происхождения и французской эскадры.

Организовать празднество поручено Калистусу Мэнбару, и на его изобретательность, равно как и на его рвение, вполне можно положиться. Квартет отдает себя в его распоряжение, и решено, что в числе самых интересных номеров программы будет концерт.

Разослать приглашения — миссия, выпадающая на долю губернатора.

Прежде всего Сайрес Бикерстаф лично отправляется просить королеву Помаре, принцев и принцесс, составляющих ее двор, присутствовать на торжестве. Королева удостаивает принять приглашение. Принимает его с благодарностью также командующий-комиссар и высшие французские чиновники, контр-адмирал и его офицеры: все они явно тронуты этой любезностью.

В общем, разослано не менее тысячи приглашений. Разумеется, не вся тысяча гостей сядет за стол в мэрии. Нет, всего около сотни: члены королевской семьи, офицеры эскадры, власти протектората, старшие служащие, члены совета именитых граждан и высшие духовные лица Стандарт-Айленда. Но в парке будут накрыты столы, устроены игры и фейерверк для прочего населения.

Само собою разумеется, что король и королева Малекарлии тоже не были забыты. Но их величества, противники всяких церемоний, уединенно живущие в своем скромном домике на Тридцать второй авеню, благодарят губернатора за приглашение и выражают сожаление, что не смогут его принять.

— Бедные величества! — говорит Ивернес.

Великий день наступил. Стандарт-Айленд расцвечен французскими и таитянскими флагами, которые развеваются по ветру вместе с флагами острова.

Королева Помаре и ее двор в нарядных туалетах прибывают в Штирборт-Харбор, где им устраивают торжественную встречу. Обе батареи производят салют, на который отвечают орудия Папеэте и военных кораблей.

Около шести часов вечера, после прогулки по парку, все это блестящее общество направилось в роскошно убранную ратушу.

Какое великолепное зрелище являет главная лестница мэрии: недаром каждая ступенька ее стоила не менее десяти тысяч франков, подобно ступеням лестницы особняка Вандербилтов в Нью-Йорке! А в роскошно отделанной столовой для приглашенных уже накрыты столы к ужину.

Правила размещения гостей в соответствии с их рангом были соблюдены губернатором с безупречным тактом. Никакого повода для конфликта между соперничающими знатными фамилиями обеих частей города не возникнет. Каждый доволен отведенным ему местом — в частности, мисс Ди Коверли, сидящая как раз напротив Уолтера Танкердона. Молодому человеку и девушке этого вполне достаточно, больше сближать их и не следовало.

Незачем говорить, что французским музыкантам жаловаться тоже не на что. Их поместили за главный стол и тем самым лишний раз засвидетельствовали уважение к их таланту и к ним самим.

Что касается меню этой трапезы, изученного, обдуманного, выработанного самим господином директором, то оно доказывает, что даже в отношении кулинарии Миллиард-Сити может не завидовать старушке Европе.

Судите сами — вот содержание этого меню, напечатанного золотыми буквами на веленевой бумаге тщанием Калистуса Мэнбара.

Суп а ля д'Орлеан

Тертый суп Контес

Форель а ля Морнэ

Говяжье филе по-неаполитански

Фрикадельки из дичи по-венски

Мусс из гусиной печенки а ля Тревиз

Шербеты

Жареные перепелки с гренками

Салат под соусом провансаль

Зеленый горошек по-английски

Мороженое, маседуан, фрукты

Пирожные

Печенье с пармезаном.

Вина:

Шато-икем, шато-марго

шамбертен, шампанское

Ликеры

Придумывались ли лучшие сочетания блюд для парадных обедов за столом английской королевы, русского императора, германского императора или президента Французской республики, и могли ли приготовить что-нибудь лучше искусные повара самых знаменитых кухонь обоих материков?

В девять часов гости направились в залы казино, где состоялся концерт. В программе всего четыре — но зато действительно выдающихся — произведения:

Пятый квартет Бетховена, ля-мажор, соч. 18;

Второй квартет Моцарта, ре-минор, соч. 10;

Второй квартет Гайдна, ре-мажор, соч. 64 (вторая часть);

Двенадцатый квартет Онслоу, ми-бемоль.

Этим концертом парижские артисты стяжали новые лавры. Что бы ни говорил упрямый виолончелист, какая удача, что они очутились на борту Стандарт-Айленда!

Для европейцев и туземцев в парке организованы разнообразные игры. На лужайках устраивают танцы, и — ничего в этом нет зазорного! — все пляшут под звуки аккордеонов, которые пользуются большим успехом у коренного населения островов Общества. К тому же французские матросы тоже питают слабость к этому духовому инструменту, и так как уволенные на берег с «Парижа» и других кораблей в большом количестве прибыли на Стандарт-Айленд, оркестров хоть отбавляй, и аккордеоны неистовствуют. Человеческие голоса тоже дают себя знать, и матросские песни перекликаются с химерре, любимыми народными песнями океанийцев.