Странное воспоминание - Артур Дрейк

– Правда?

– Да.

– Нужно будет сказать об этом Питеру, – давясь от смеха, отозвался Чарли. – О! Мы пришли.

Разбойник неожиданно свернул и, проскользнув мимо прилавков справа, исчез в завешанном тряпьем дверном проеме. Капитан шагнул в темноту следом за Чарли.

– Я тоже что-то слышал, – приглушенно сказал Щенок, проходя мимо Жана-Антуана.

Они миновали погруженный во мрак короткий коридор, заканчивающийся хорошо освещенной заставленной обычной английской мебелью комнаткой, в которой палочками беззаботно ел мужчина лет сорока. Виски его были высоко сбриты, а блестящие черные волосы аккуратно заглажены назад. И хотя он слышал, что вошли гости, на них он посмотрел не сразу, а лишь как прожевал кусочек, набранный из тарелки.

Несмотря на то, что в дом они вошли вчетвером, Жан-Антуан затылком почувствовал, что в комнату вместе с ними вошло еще два человека. Лихие Малые и разбойник с некоторым изумлением оглядитесь по сторонам, словно забыв, что здесь делают, и не заметили двух беззвучно возникших позади охранников.

Обедающий мужчина с любопытством изучил гостей, не забывая про свою еду, и совсем не торопился узнать, зачем к нему пожаловали неизвестные ему люди. Первым нарушил молчание Чарли. Он вышел вперед, уперев руки в бока и широко поставив ноги, точно так же, как на носу парома, когда Жан-Антуан увидел его впервые.

– Во яо май сянфэнь хэ сюехуагао! – громко сказал он и хвастливо косонул на своих друзей.

Китаец невозмутимо жевал, с негаснущим любопытством глядя на гостей.

– Что ты ему сказал? – едва шевеля губами, спросил Капитан.

– Поздоровался, – шепнул Чарли.

– На самом деле, ваш друг сказал, что ему нужны пудра и крем, – улыбнувшись лишь глазами ответил человек, сидящий перед всей компанией с палочками в руке.

– Нет, не сказал, – изобразив натянутый смех, как если бы услышал несмешную шутку, поправил его Чарли.

– Чем обязан столь эффектному визиту, джентльмены? – пропустив слова Чарли, спросил китаец.

– Мне сказали, здесь я смогу найти Нгао Энга, это так? – спросил разбойник.

– А кто его спрашивает? – спокойно осведомился мужчина и, перебрав кусочки на своей тарелке, захватил их палочками.

– Чарли Бродячие Штаны. Друг нашей с ним общей знакомой, – представился Чарли. – Знакомой, нынешнее место проживания которой, я и надеялся узнать у Нгао Энга.

– Бродячие Штаны… занятное имя. А что за люди сопровождают друга вашей общей знакомой?

– Еще двое ее друзей и мой помощник.

Жан-Антуан с возмущением уперся взглядом в Чарли.

– А имена у ее друзей есть?

– О, ну, разумеется! – охотно ответил разбойник и замолчал.

Человек, сидящий напротив них, не стал настаивать на их именах.

– Плохо вы приглядываете за своим помощником. Кто-то хорошенько побил его.

– Он, сколько мог, отстаивал мое имя в неравном бою.

– Похвально, – мельком оглядев Жана-Антуана, произнес китаец и задумчиво помолчал, потом кивнул двум вошедшим вслед за гостями мужчинам, и те вышли из комнаты.

– Вы и есть Нгао Энг? – утвердительно спроисл разбойник.

– Мне думается, вы уже решили, за кого меня принимать. Стоит ли отвечать на этот вопрос? – доброжелательно рассудил тот. – Так, что за женщина, которую вы разыскиваете?

Чарли удовлетворенно заговорил:

– Она англичанка. Хитра и недурна собой…

– Я имел ввиду ее имя.

– Ах да, разумеется! Ее зовут Эйлин Вэйвуд. Знакомое имя?

– Эйлин Вэйвуд… может быть, я что-то о ней слышал, – нарочито задумчиво произнес Нгао. – Только не могу вспомнить, действительно ли это она.

Чарли с щедрым видом выложил на стол крону.

– А так?

Какое-то время Нгао смотрел на монету, затем коротко произнес:

– Удвой.

Капитан нетерпеливо вздохнул. Разбойник достал еще одну крону.

– Да-да, определенно я знаю, о ком вы говорите, – кивнул Нгао, убирая монеты в карман.

– Кто бы сомневался, – буркнул Капитан.

– Где ее можно найти? – вопросительно поднял брови разбойник, глядя, как Нгао принялся палочками мешать еду в тарелке.

Решив обратить внимание на вопрос Чарли не сразу после того, как он прозвучал, китаец протянул руку и постучал пальцем по столу, где недавно лежали монеты. Чарли такой деловой подход вовсе не казался вымогательством, поэтому он без колебаний порылся в своих запасах и выложил еще две кроны.

– Удвой, – сказал Нгао.

Едва развернувшись к Капитану, Чарли что-то тихо сказал ему и тот недовольно пыхтя, выложил деньги на стол с громким хлопком.

– Она живет недалеко, – ответил Нгао.

Чарли долго стоял молча, в ожидании, когда китаец продолжит рассказ, но тот тоже молчал. Тогда разбойник пихнул Капитана локтем в бок. Неохотно Капитан выложил две монеты на стол и угрожающе посмотрел в спокойное лицо Нгао.

– Отведите нас к ней, – неожиданно для себя поспешно выпалил Жан-Антуан, сообразив, что Чарли собирается задать вопрос, который приведет лишь к очередному односложному ответу Нгао.

Все удивленно посмотрели на юношу. Некоторое время Нгао не откликался на просьбу, потом повернувшись к двери в стене слева, громко закричал на китайском.

– Что он говорит? – украдкой спросил Капитан.

Чарли отклонился к нему и пренебрежительно шепнул:

– Что-то насчет пудры и крема.

– По-моему, нам пора делать отсюда ноги, – вклинился Щенок откуда-то из-за спин Чарли и Капитана.

С едва уловимой улыбкой Нгао повернулся к своей тарелке.

– Да кстати, сейчас вас проводят к ней, а пока расплатитесь за мою помощь, – вдруг вспомнив о гостях, просто сказал китаец. – У меня не хватает двух крон.

– Есть только два шиллинга, – грубо ответил Капитан, прежде, чем Чарли успел пихнуть его локтем.

– Что ж, значит, будете мне должны, – доброжелательно произнес Нгао.

Капитан рассвирепело сделал шаг вперед:

– Слушай, ты…

– О! Нам пора, – показывая на появившуюся в двери слева молодую китаянку, бодро вскричал Чарли и одним ловким захватом утянул Капитана вслед за собой.

– Прошу вас, – с той же улыбкой, прощаясь, склонил голову Нгао и внимательно взглянул на Жана-Антуана, когда те уходили вслед за девушкой.

Китаянка показалась Жану-Антуану до того хрупкой и изящной, что он не мог оторвать от нее глаз все время, пока они шли. Она вывела их в накрытый стеклянной крышей и залитый равномерным приглушенным светом дворик, в центре которого на веревках сушилось белье, и провела по импровизированной оранжерее к лестнице, ведущей на второй этаж соседнего дома.