Через Ничейную равнину - Арина Остромина

Алёна вскочила с кресла, обняла Хозяйку:

– Спасибо! Я так рада!

Весь следующий день Алёна улыбалась своим мыслям: она уже мечтала, как войдёт во двор родного дома, как увидит родителей… Девочки не удивлялись её хорошему настроению, они и сами теперь ходили радостные.

Но когда Хозяйка вернулась с ярмарки, Алёна сразу поняла по её лицу: новости плохие.

– Ничего не вышло. Я со всеми поговорила. Никто не согласился тебя взять!

– Но почему? – растерянно спросила Алёна. – У меня же много золота…

– Не в золоте дело. На дороге столько опасностей. Зачем торговцам лишняя обуза? Самим бы выжить!

Алёна опустила голову, по щекам покатились слёзы.

Хозяйка погладила её по плечу и мягко сказала:

– Ничего, ты привыкнешь! Я ведь тоже скучала по родителям – а теперь у меня всё хорошо. И у тебя будет так же.

Алёна кивнула, достала из кармана платок, вытерла слёзы.

– А теперь иди к девочкам! Я сегодня с ярмарки вязаные шапочки принесла, там и для тебя есть подарок. Я на твою кровать положила, посмотри.

– Спасибо! Я потом. Хочу побыть одна.

Солнце уже скрылось за серыми скалами, в садике лежала густая тень. Алёна села на скамейку под инжиром и задумалась: не обманывает ли Хозяйка? Говорила ли она с караванщиками или всё выдумала, чтобы не отпускать Алёну?

Вдруг сверху посыпались сухие листья.

– Кто здесь? – испугалась Алёна, но быстро поняла: конечно, это Даша, ведь все остальные примеряют наряды, а для Даши Хозяйка больше не покупает обновки.

Даша спрыгнула на землю и встала напротив Алёны.

– Ты так громко вздыхала, что я чуть с дерева не свалилась! Что у тебя стряслось?

Неожиданно для себя Алёна всё рассказала. Пусть Даша ей не подруга, но ведь подруги не поняли Алёну, не захотели даже и думать о том, чтобы покинуть Дом Сестёр.

– Теперь я не знаю, как быть, ― закончила свою историю Алёна. ― Я вижу, что Хозяйка не хочет отдавать моё золото. Ищет отговорки, чтобы держать его у себя. Да мне и самой неприятно его забирать! Тригорий хотел от нас откупиться, но разве золото заменит нам нашу магию?

– Ну и не забирай, – спокойно сказала Даша.

– А как же я тогда уеду? Я думала, найду какого-нибудь доброго торговца, который согласится меня перевезти через Ничейную равнину. Но без золота ничего не получится. – Алёна всхлипнула.

– Да ладно! Разве обязательно платить за перевозку? Некоторые мышкой-невидимкой ездят.

– Мышкой? Это как?

– Тайком. Прячешься в повозке и никому не платишь.

– А если поймают?

– Ну, смотря где. Если уже на Ничейной равнине, не оставят же тебя там одну! Довезут до другой стороны.

Алёна помолчала, примеряя на себя роль мышки-невидимки.

Потом сказала:

– Я боюсь… А если оставят? Как я там буду, одна, неизвестно где…

– Не хочешь одна, поехали вдвоём!

Часть третья

Встреча с Дедом

До окончания ярмарки оставалось четыре дня, а сколько всего нужно было успеть! Поразмыслив, Алёна решила никому не говорить о своих планах.

Даша с ней согласилась:

– Конечно. Хозяйка нас ни за что не отпустит! Ты ей нужна, чтобы девчонок лечить. А я – чтобы без мастеров обходиться.

– Разве ей нравятся твои затеи? – недоверчиво спросила Алёна.

– Ещё бы. Ты посмотри вокруг: да я тут половину всех наших приспособлений придумала! И подвесные грядки, и крутящиеся столы, а теперь и подъёмник…

– А как же вентиляция? Тебя же за неё наказали!

– Ну и что! Подумаешь, один промах. Я же потом всё переделала. И в спальне летом не жарко было, да?

«Пожалуй, Даша права! – подумала Алёна. – Её тоже невыгодно отпускать, хоть у неё и не осталось золота».

Первым делом надо было решить, что взять с собой. Сушёные травы Алёна не повезёт, они много места занимают. Но за оставшиеся дни она приготовит из них побольше целебных мазей и порошков – в дороге могут пригодиться! Тёплая одежда тоже понадобится: уже осень, горные перевалы вот-вот покроются снегом. У Даши почти ничего нет, она донашивает вещи за старшими девочками – значит, Алёне придётся взять одежду на двоих.

А ведь ещё еда!

Алёна подумала вслух:

– Целый мешок с продуктами мы тащить не можем, а в наши сумки много не влезет. Что мы будем есть в дороге?

– Что-нибудь сухое, – прервала её Даша. – Сухофрукты, например. Орехи, сухари, сыр.

– А где всё это взять?

– Да из кладовки утащим! Тоже мне проблема. Там замок несерьёзный, его гвоздём можно открыть!

– Но это ведь нечестно!

– А всё твоё золото Хозяйке оставлять – честно? – возмутилась Даша. – Считай, что ты у неё купила немножко еды за целый сундучок золота!

– Ладно. Вот ты этим и займись. Достань нам еды, сколько сможем уложить в сумки. А воды возьмём только на пару дней, она тяжёлая. Потом что-нибудь придумаем. Может, снег будем растапливать, если до перевала доберёмся.

Осталось самое главное: попасть на ярмарку и найти караванщиков. Повертеться рядом с ними, подслушать разговоры, узнать, когда отправляются в путь. Потом выбрать подходящую повозку, в которой можно будет спрятаться, и в последнюю ночь тайком выбраться из Дома Сестёр.

Алёна отложила это до субботы. Все девочки пойдут с Хозяйкой на ярмарку и будут разглядывать прилавки с вязаными свитерами, шарфами, варежками, а в это время Алёна скроется в толпе и пойдёт к повозкам, на которых торговцы поедут через Ничейную равнину.

План сработал. Алёна разузнала, что караван отправляется во вторник рано утром. В понедельник они с Дашей собрали вещи и сначала оставили их в Алёнином подвале, чтобы никто не задавал вопросов, а когда стемнело, перенесли сумки в столовую и опустили их на новом Дашином подъёмнике прямо в садик.

– Ты что, кирпичами сумку набила? – спросила Алёна.

Даша рассмеялась:

– Вот чего там нет, так это кирпичей. Зато всё остальное есть: прочные верёвки, топорик, пила, нож… Да много всего! Мало ли с чем столкнёмся в дороге.

Вечером, когда в спальне погасили свет, они дождались, пока все заснут, и прокрались в коридор. Даша заранее смазала маслом скрипучую входную дверь, и в полной тишине девочки вышли в садик, взяли свои сумки, спрятанные под инжиром, и отправились на безлюдную тёмную площадку за ярмаркой.

Повозки уже были нагружены товарами, которые торговцы повезут в Тридвенадцатые царства. Сторож дремал у распахнутых ворот и не заметил,