Глупая шутка - Данил Колосов

прихватив мяса и вина, как обычно. Планар не отличался разнообразием вкусов, потреблял в немалых количествах сыровяленую говядину и свинину, не брезговал кониной, уважал различные сыры и, внезапно, морковь с луком. Любые другие овощи он почему-то отрицал полностью, а Макс не хотел заморачиваться с выяснением причины. Он пытался приносить с собой заказанные на вынос стейки, роллы, рыбу или жаркое, но Иезекииль был консервативен, как пенсионеры, собирающиеся по воскресеньям на центральной площади возле памятника Ленина, чтобы ругать вслух нынешнюю власть и так же вслух любить Сталина и пятилетки. В итоге в кладовой Башни под стазисом хранился джентльменский набор для посиделок: куча мясной нарезки, тазики с очищенной морковью и авоськи с луком в окружении кучи бутылок красных сухих вин.

— Привет, пропащая душа! — отсалютовал планар Максиму книжкой: Макс натащил узнику кучу литературы сомнительного содержания; планар предпочитал детективы всех сортов, от галимого нуара, до бандитско-питерской романтики. — Как охота? Все прошло удачно?

— Привет, отлично! — Максим поставил угощение на стол и опустился в гостевое кресло. — Не думал, что эти твои Копья Порядка — такая эффективная штука! Жалко, что у меня нет дара Порядка, развернулся бы в полный рост, обрушил бы рынок ингредиентов…

Макс мечтательно прищурился.

— Ну, чего нет, того нет!

— Так наклепай еще свитков да охоться на здоровье! — предложил Иезекииль, пробуя вино. — Делов-то! Ты же наловчился схемы чертить, почти как Кристофф, медленнее в два раза только, но это ничего, этот навык нарабатывается.

— Ага, а для того чтобы заряжать, ходить на поклон к тебе? — Максим скептически приподнял бровь. — Ты и прошлые-то четыре свитка зарядил нехотя. Сам же мне рассказывал, что энергию Хаоса и Порядка рунным преобразованием не получить. Либо от дара, либо с помощью призыва. Или с того момента что-то поменялось? Или ты мне предлагаешь призвать тебе кого-нибудь с плана Порядка, чтобы не скучно было?

— Не поменялось, — хмыкнул планар, — но про призыв почти угадал, могу научить…

— Что нужно сделать? — быстро сориентировался парень. — Кого убить, что украсть, где кровью расписаться?

Иезекииль неодобрительно покачал головой:

— Все бы тебе хаоситские забавы! Не иначе, как потрахушки с суккубами влияют!

— Но-но, попрошу без инсинуаций! — гордо ответил Максим. — Я сам по себе такой разносторонний, безо всяких этих ваших хаосов!

— Давай, разносторонний, слушай внимательно, что нужно сделать, чтобы я тебя научил свитки самостоятельно заряжать, — вздохнул планар. — Вчера у меня было видение, вещь сама по себе крайне редкая, с учетом того, что я две сотни лет кормлю своей силой Башню. Видимо, грядет что-то такое, что резонансом аж до меня достало! В общем, тебе нужно передать кому-нибудь из Серых вот это.

Иезекииль поморщился и придвинул Максиму свернутый пергамент, несколько таких Макс приносил ему для заметок, планар любил записывать свои мысли по поводу прочитанной беллетристики убористым почерком на непонятном языке.

— Предупреждая твое любопытство: там обращение к их богу, записанное в виде схемы. Можешь смотреть, все равно ничего не поймешь, только время потратишь, — планар опять поморщился.

— А если пойму? — спросил Макс, убирая свиток в сумку. — И чего тебя так корячит? Не поделил что-то с Серыми?

— Не люблю их бога, — снова поморщился планар, — он какой-то мутный. Вроде, мертв, убили его давно, однако Орден с ним общается и получает ответы. Не божество, а натуральная суперпозиция какая-то! Кот Шрёдингера. То ли есть, то ли нет… Непонятно! А я терпеть не могу, когда что-то не понимаю! Ну и из другого мира опять же, не свой. А по поводу «А если пойму»: если поймешь — значит, поймешь, если нет, то на нет и суда нет! Ну откуда тебе знать иэлле истинных планаров порядка? Это же не просто иероглифы, они все смысловые, как часть рун в конструктах! Так что не трать время, вернешься — научу добывать энергию Порядка.

— Добывааать, слово-то какое! — проворчал Макс. — Арбайтен унд Дисциплинен! Нет бы просто сказать: «Макс, ты классный парень, на тебе вундервафлю, нажимаешь эту кнопочку — идет сила Порядка, не нажимаешь — не идет!». А то пойди туда, отнеси это, а потом еще и добывать самостоятельно!

— Не ворчи, — улыбнулся Иезекииль, — у тебя и так дождь из роялей в жизни прошел, поработай малость на благо мира. И еще…

Планар внимательно посмотрел на парня и продолжил:

— Что-то тебя тревожит.

Максим укоризненно глянул на собеседника.

— Ну, помимо очевидного, — поправился планар и продолжил, — что-то зудит, не дает сконцентрироваться на настоящем. Разберись! Оно мешает, я чувствую! Вот увидишь, все, что ты сейчас делаешь, станет легче, если за ноги не будут цепляться незавершенные в прошлом дела.

Макс вздохнул:

— Обдумаю… Сам что-то такое ощущаю. Ладно! Насколько срочно мне Серых искать?

— Еще вчера должен был! Давай мухой, раньше отдашь — раньше научишься моему способу! — тут планар понизил голос и таинственно произнес: — Ты же понимаешь, что охота на хаоситов с такими свитками — это как на слона ходить с винтовочными патронами из обедненного урана: один выстрел — один труп! Я бы постарался ради такого-то бонуса! Давай, я жду!

— Ты мне лучше вот что скажи, — произнес Максим, поднявшись, — меня эта монохромная братва не заметет за подобные презенты? Приходит какой-то невнятный одаренный и передает обращение к их богу от планара порядка, не странно?

— Во мне от планара порядка сейчас только богатая предыстория, — невесело усмехнулся Иезекииль, — однако вопрос правильный. Ответ же такой: им по-фи-гу! Абсолютно по барабану на все, что не нарушает Кодекс. Что это, откуда ты его взял, почему ты, где нахожусь я — все эти вопросы ордынцев не интересуют, если не задеты положения Кодекса.

— Сленг у тебя, прям как не у многосотлетнего! — восхитился Максим. — Ладно, полетел выполнять судьбоносное задание, Ваша Порядочность!

Он отвесил шутовской поклон и отправился в ритуальный зал.

По пути Макс, как и грозился, достал пергамент и развернул: от крупного символа в центре концентрическими кругами расходились строки, написанные все тем же аккуратным убористым почерком Иезекииля. Длина вписываемых групп символов была разная, окружности в основном были не замкнуты, придавая письму вид какой-то странной ритуальной схемы, особенно если смотреть немного издали.

«Ну, понеслось!» — подумал Макс и активировал Познание.

Яркий образ католического собора