Казак в океане - Юрий Волошин

Лука улыбнулся, услышав новую фамилию:

– Отложим этот вопрос на завтра. Мы еще не весь товар распродали. Впереди Сент-Алуэн. Надо и для этого острова что-то оставить. И познакомимся с ним поближе. Не помешает.

– Не помешает, – согласился капитан.

На Сент-Алуэне шла война с карибами. Было неспокойно, но в поселке Кастри встретили корабли с радостью и надеждой. С товарами на острове было совсем плохо, и поселенцы надеялись воспользоваться неожиданным визитом двух судов для удовлетворения своих потребностей.

Однако Лука почти ничего не мог предложить из того, что нужно было поселенцам. Ни оружия, ни припасов к нему он выделить не решился. И продовольствие самому было нужно. Лишь сбыли все ткани, что находились в трюме.

– Здесь нам явно не повезло, – недовольно заметил Лука капитану Дюпрэ. – Будем двигаться дальше на юг, капитан? Что там у нас впереди?

– Следует изучить карту, хозяин. Я в этих водах никогда не плавал. Позволите удалиться? Я быстро. И штурман мне поможет.

После недолгого отсутствия капитан и штурман, месье Отен Коше, доложили:

– Хозяин, на юге цепь маленьких островов. Они вряд ли могут представлять интерес. Но дальше лежит большой остров. Испанцы назвали его Консепсьон.

– И чей он теперь?

– Трудно сказать, хозяин. Но судя по тому, что испанцы не заинтересовались этими островами, и Консепсьон мог быть ими отдан. Только кому? Тут и англичане могут быть. Как и на Сент-Висенте. Он лежит приблизительно в тридцати милях к югу. Два часа хода, и мы его можем заметить.

– Тогда держим курс на Консепсьон. Англичане мне не подходят. А Консепсьон может оказаться свободным.

– Понял, хозяин. Отен, проложи курс. Но сдается мне, что эти малые острова следует обойти западнее. Не доверяю я им.

– Постараюсь, капитан, – ответил штурман и поспешил в каюту.

Не заходя на Сент-Висент, оба судна несколько дней находились в открытом море и не видели земли.

И вот марсовый матрос закричал, указывая рукой:

– Слева по курсу земля! Вижу вершину горы!

– Это Консепсьон, – заметил капитан. – Хорошо бы найти европейское селение, а то индейцы могут и пощипать нас. Тут они отчаянные. Как, впрочем, и на более северных островах.

Лука согласно кивнул.

Ночь продрейфовали вдали от берега. Утром приблизились к северной оконечности острова. Слева виднелась группа скалистых островков, покрытых пальмами и кустарником. По-видимому, они были безлюдны.

Лука долго изучал берег. Где-то далеко он различил дымок.

– Берег пустынен, но дымок виден. Есть довольно удобная бухта, можно организовать стоянку. Поселенцев не заметно.

– Можно высаживаться? – спросил Савко. – Место вроде бы неплохое. Потом можно будет и поселенцев поискать.

– Сначала надо разведать берег. Вдруг индейцы окажутся негостеприимными, а это будет слишком хлопотное дело – воевать с ними.

– Можно взять с собой Катрин. Хоть язык знает и будет договариваться с карибами.

Лука взглянул на друга с укором. Тот понял, чем так недоволен Лука, но все же повторил:

– Но если на берегу карибы, то как мы с ними будем вести переговоры? А Катрин своя для них. И я не хотел тебя обидеть, Лука.

– Ладно, уговорил. Но спрошу у Катрин. Ей решать.

– Уверен, что она согласится, Лука.

– И ты сомневался в моем согласии? – спросила с удивлением Катрин, услышав предложение друзей. – Конечно, я поеду с вами и сделаю все, чтобы подружиться с карибами.

– Как ты думаешь, брать нам оружие? – спросил Лука. – Эти карибы уж слишком воинственны и долго не думают перед нападением.

– Лучше взять, Лука, – откликнулся Савко. – Все спокойнее будет.

Две шлюпки высадили на берег пятнадцать человек. Он был пустынен, зарос высокой травой, кустами в цвету и высокими пальмами. Птицы распевали утренние песни, насекомые верещали в траве, воздух благоухал восхитительными пьянящими запахами нетронутой природы.

Дальше возвышались пологие холмы, а за ними виднелась вершина горы в сизой дымке. Место оказалось отличное. Здесь можно было устроить свою жизнь.

– Хозяин, карибы! – закричал негр и указал пальцем в сторону леса на склоне холма, спускавшегося к морю.

Человек двадцать воинов в полном снаряжении и с раскрашенными лицами стояли на опушке, немного скрытые высокой травой. Они не угрожали, просто спокойно смотрели на белых людей.

Те молча переглянулись. Руки сами потянулись к оружию.

– Катрин, давай подойдем к ним поближе, – сказал в волнении Лука. – Ты поговоришь с ними. Объясни, что мы хотели бы поселиться на этом берегу и быть хорошими соседями.

Катрин молча кивнула. Она была взволнована не меньше Луки, и это было видно по выражению ее лица.

Лука и Катрин с двумя неграми прошли шагов пятьдесят по направлению к индейцам. Те не тронулись с места. Лишь поправили свои луки.

Когда сблизились шагов на двадцать, Катрин крикнула по-карибски:

– Белые люди приветствуют вас, славные воины! Они хотят с вами дружить!

Начались переговоры. Индейцы сделали несколько шагов навстречу, остановились, и переговоры продолжались еще добрых полчаса. Наконец они прекратились. Карибы, не поднимая оружия, подошли вплотную и с любопытством разглядывали пришельцев. А Катрин в это время рассказывала, чего она добилась:

– Они приглашают к себе в деревню. Там вожди договорятся с нами. Они вполне дружелюбны. Говорят, что уже встречались с белыми, и те живут в нескольких местах к югу. Живут мирно, торгуют, и все довольны.

– Очень хорошо, Катрин, – воскликнул Лука. – Скажи им, что мы принимаем их предложения и приглашаем за подарками.

Индейцы охотно последовали за белыми и неграми, которые их больше интересовали. Наверное, они еще не встречались с такими странными черными людьми.

Лука хорошо, не скупясь, одарил индейцев, и те ушли с довольными улыбками, повторив приглашение пожаловать на разговор.

К вечеру от карибов пришли посыльные и отвели белых в деревню. Она располагалась в двух милях к югу. По этому случаю был устроен праздник, горели костры, аромат жареного мяса распространялся в воздухе.

Вокруг площади, где стоял большой дом без окон, крытый пальмовыми листьями, располагались дома поменьше для отдельных семей. Через щели было видно внутреннее убранство этих домов с гамаками между столбами, резными скамьями для глав семей и домашней утварью в виде плетеных корзин, сумок и праздничных женских передников, расшитых бисером и цветными нитками с геометрическими узорами и стилизованными животными.

Гостей приняли немного настороженно, но вполне приветливо. Вожди и старейшины важно курили трубки, вокруг сидели самые достойные воины со множеством шрамов на лицах и телах.