Глава семьи Пембертон - Юлия Арниева

— Вернулась, гулёна, — проворчал старик, его глаза предательски заблестели, и мистер Бакстер, скрывая свою слабость, резко обернулся к застывшей за его спиной Кейт, громко скомандовал, — ну, чего стоишь? Иди уже.

Однако, прежде чем подруга успела сделать шаг, я приблизилась к ним первой и, обхватив обоих, крепко обняла.

— Я очень по вам скучала.

— Хм… я думал, ты работать поехала, а там не до скуки, — продолжил бурчать вредный старикан, но я не сдавалась и, подмигнув подруге, выпуская её из своих объятий, стиснула деда ещё крепче.

— По тебе, старому ворчуну, больше всех.

— Скажешь тоже, — пробормотал мистер Бакстер, едва слышно прошептав, — и я скучал, детка.

— Угу, — всё же всхлипнула я, носом уткнувшись в плечо старика, от которого пахло микстурами, и так же, как он, проворчала, — судя по твоей бурной деятельности, и тебе скучать было некогда.

— Чай подан! Хватит стоять в холле, — объявила Санди, и мы все послушно потянулись за девушкой в гостиную.

Рассказ о моём пребывании в Вирдании изобиловал подробностями о Грейтауне, о знакомстве с Кэтрин и её магазине косметики, о достопримечательностях и о погоде. Встречу с дядей Севардом и его семьёй я описала кратко, достаточно того, что родственнички решили поживиться за мой счёт и подло напали. Уже этого хватило, чтобы выслушать от Джери о том, что я совершенно беспечна и надо было ему ехать со мной. Причитаний и жалостливых вздохов девочек тоже было предостаточно. Только дед, нахмурив брови, невидяще взирал перед собой и о чём-то усиленно размышлял.

— Да, Джери, в следующий раз ты поедешь со мной, — не стала спорить с другом, подумав, что он бы в чужой стране ничего не смог сделать, только добавил бы мне забот.

— А что с заводом?

— Хм… помнишь того мужчину в кафе, за которым ты проследил? — произнесла, покосившись на застывшего немым изваянием мистера Бакстера, — так вот, мсье Дэвид — старший сын мсье Стафансона, и он будет контролировать строительство завода.

— Так он был в Вирдании или ты ему сообщишь об этом здесь? — не понял Джери, с недоумением на меня посмотрев.

— Он был в Грейтауне и зашёл в кабинет мсье Джона Стафансона, когда мы обсуждали наше партнёрство.

— Значит, тебе удалось договориться? — уточнила Санди, бережно прижимая к себе бутыльки с косметикой.

— Здесь, в Окленде, мы подпишем договор, но сначала я должна убедиться, что Джордж и Чарли выполнили свои обязательства. Джери, отвезёшь им приг…

— Ты вернулась, — прервала меня миссис Джоан, произнеся очевидное, — рада.

— И я рада, — проговорила, рывком поднимаясь с кресла, и преодолев разделяющее нас расстояние, стиснула тётушку в объятиях, чем несказанно её удивила.

— Хм… ты похудела, поездка явно пошла тебе на пользу.

— Да, очень продуктивная вышла поездка в Вирданию… Джери, Кейт, Санди, оставьте нас, пожалуйста.

— Конечно, — тотчас отреагировала Кейт, первой поднявшись с диванчика, которого в этой гостиной до моего отъезда точно не было. Следом за ней встала Санди, Джери был замыкающим и прежде, чем покинуть гостиную, взглядом показал, что ему тоже нужно побеседовать со мной наедине.

— Как я и сказала, поездка получилась очень продуктивной, — заговорила сразу, как только я, тётушка и дед остались одни, — с дядей Филипом мне не удалось встретиться, но дядя Севард поведал много интересного, например, о том, что у меня есть сестра. Вы ничего об этом не знаете?

Произнося это, я не отводила свой взгляд от деда и тётушки. И если мистер Бакстер никак не отреагировал на мои слова, то миссис Джоан испуганно вздрогнула и, кажется, порывалась сбежать, я же продолжила:

— Почему никто о ней не говорил? Отец привёз мою мать в Амевер с девочкой? Кто она? Где? Тётя Джоан, вы единственная, кто был близок моей матери, вы должны были знать о девочке.

— Она умерла от чахотки в шестнадцать, — заговорил дед, наконец посмотрев на меня, — когда Майрон привёз Элеонор, ей было шесть лет. Худенькая, слабая, болезненная девочка… твоя мать ни на шаг её от себя не отпускала и многое позволяла. Я не понимал своего сына, он стал словно помешанный — всё Элеонор прощал и потакал капризам обеих. Твоя мать только спустя пять лет родила ему Эндрю, через два года Тайлера. Алексия…

— Алексия⁈ — потрясённо воскликнула, почувствовав неприятный укол.

— Да, Алексия росла избалованной и злой. Я много раз говорил твоему отцу, чтобы он отправил девочку в пансион, там её быстро приструнят, тот всё жалел… но, когда девчонка сбежала с балаганщиком, его терпению пришёл конец. Наверное, это я виноват, что настоял отправить её в пансион, в тот год там многие подхватили чахотку, но твоя сестра всегда была слабой здоровьем… возможно, сейчас она была бы жива.

— Здесь нет твоей вины, это роковая случайность, — задумчиво проговорила, пытаясь уловить ускользающую мысль, но та, вильнув хвостом, исчезла за ворохом полученных сведений, поэтому я задала ещё одни, мучивший меня вопрос, — почему в нашей семье об Алексии никогда не говорили?

— Элеонор запретила, — горестно хмыкнул дед, — обвинила меня и Майрона в жестокости и в смерти её дочери. Едва кому-нибудь стоило упомянуть имя девочки, у твоей матери начиналась истерика. Элеонор была беременна тобой и Ларри, когда девочка заболела и умерла, после вашего рождения твоя мать стала на себя непохожа…

Глава 41

— Вы были на похоронах Алексии? — уточнила, не сводя взгляда от мистера Бакстера и миссис Джоан, боясь упустить, что-то важное.

— Джоан была, Элеонор не по нраву пришлась наша семья, — усмехнулся дед, устало откидываясь на спинку дивана, — и она не хотела никого видеть.

— Миссис Джоан?

— Я была на похоронах. Александра, твоя сестра умерла от чахотки, — ровным голосом ответила тётушка, но доверия у меня к ней не было, ещё эта её тайна, а история сестры вообще выглядела странно и подозрительно.

— Вы видели… тело Алексии? — чуть запнулась я, пытливо всматриваясь в миссис Джоан, но у тётушки на лице не дрогнул ни один мускул, и женщина с грустной улыбкой проговорила:

— Да, Александра, я видела…

Выспрашивать детали, я