Наперекор всему - Виктор Иванович Носатов

Вскоре полк был поднят по тревоге и почти за сутки на автомобилях передислоцирован в крепость, расположенную на берегах небольшой болотистой реки. Два пулеметный взвода под командой поручика Мышлаевского сразу же были переброшены в Шведский форт, прикрывающий переправу через реку Бобр. Укрепление в форме пятиугольника с высоким валом диаметром не меньше пятисот саженей, с пятью броневыми башнями и кирпичными капонирами со всех сторон опоясывал глубокий ров. Посредине форта находилась кирпичная казарма, стены и потолок которой были усилены толстым слоем железобетона. Вокруг форта у подошвы вала были установлены проволочная сеть и засека. Обо всем этом пулеметчикам поведал словоохотливый артиллерийский штабс-капитан, которому было поручено расставить пулеметные расчеты по всей линии обороны.

Поручик Мышлаевский, видя, что пулеметные гнезда, так же, как и большинство артиллерийских капониров, не накрыты маскировочной сетью, с удивлением спросил об этом у артиллериста, на что штабс-капитан, многозначительно пожав плечами, ответил:

– А зачем? Ведь почти все важнейшие секретные планы, карты и чертежи фортификационных сооружений находятся в руках врага…

– Неужели предательство? – воскликнул возмущенно поручик.

– Нет. Всего лишь наше обычное головотяпство. Начальник инженеров со всеми этими документами выехал на передовые позиции для проверки выполненных работ. Внезапно автомобиль, в котором он ехал, был обстрелян германцами, причем начальник инженеров был убит, а его спутники получили ранения. В результате в руки противника попали важнейшие документы, среди которых был и генеральный план крепости с обозначением всех фортификационных сооружений…

– Да-а, этот неприглядный факт и в самом деле сводит на нет все маскировочные работы, – удрученно промолвил Мышлаевский.

Пулеметному унтер-офицеру Самойлову был доверен самый ответственный участок обороны – место переправы через реку Бобр. Кирпичная огневая точка с тремя широкими амбразурами позволяла вести огонь по трем основным направлениям. Пока Самойлов устанавливал максим на бетонный стол, Денис с интересом рассматривал местность. Холмистая, поросшая сосновым лесом площадь между двумя высокими валами, тянущимися по фронту и тылу от форта к цитадели, названная штабс-капитаном плацдармом, была достаточно укреплена и заселена. Денис насчитал несколько артиллерийских батарей с бетонными капонирами и убежищами. Ближе к тыловому валу находились казармы и госпиталь, на флагштоке которого ветер раздувал белое полотнище с красным крестом. Ближе к цитадели виднелись накрытые маскировочной сетью артиллерийские, интендантские, инженерные склады, к железнодорожной станции сиротливо жались гражданские строения и жилые дома, возле которых не было видно ни одного человека.

– Хватит глазеть по сторонам! – прервал занятие ефрейтора Самойлов. – Лучше делом займись. Заряжать пора.

Денис достал из ниши заранее приготовленную коробку с пулеметной лентой и живо зарядил пулемет.

– Ты, паря, на руку скор, – удовлетворенно промолвил унтер-офицер.

– Да я, если понадобится, с закрытыми глазами управлюсь, – с нескрываемой гордостью объявил Денис.

– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, – осадил помощника унтер, – но за устремление твое постоянно совершенствовать свои военные познания хвалю.

– А скажи-ка, дядя, почему этот форт «Шведским» зовется? – спросил Кульнев, видя, что Самойлов, подготовив максим к стрельбе, закурил цигарку и задумчиво обозревает передовые позиции и тылы.

– Этот же вопрос я задал и поручику Мышлаевскому, когда он ставил нам боевую задачу, – пытливо взглянув на него, ответил унтер-офицер. – Их благородие объяснили, что форт получил название «Шведского», поскольку располагается вблизи перехода через реку войск шведского короля Карлы во время похода на Москву две сотни лет назад. Ты, наверное, слышал о Полтавской битве, где шведы были наголову разбиты Петром Великим, а сам Карла с небольшим отрядом удрал к нехристям в Турцию?

– Как же не слыхать? Слыхал! – со знанием дела промолвил Денис. – Поскольку германцы этим же путем топают, то и им в России несдобровать! – с пафосом воскликнул он.

Самойлов намеревался было осадить излишне восторженного юнца, но к пулеметному гнезду подошел поручик Мышлаевский, которого сопровождал взводный унтер-офицер Карась.

– Встать! Смирно! – скомандовал пулеметный унтер-офицер и вместе с ефрейтором вытянулся во фрунт. – Господин поручик, пулеметный расчет полностью обустроился и к бою готов, – четко доложил он.

– Вольно, – махнул рукой офицер и, внимательно осмотрев позицию, как и полностью заполненную боеприпасами нишу, удовлетворенно сказал: – Молодец, Самойлов. Прекрасно устроился. Но, к сожалению, поступила новая команда, перебазировать один пулеметный взвод на Сосненскую позицию, которая в результате артиллерийского обстрела понесла большие потери. Я решил направить на этот удаленный от цитадели и довольно опасный участок добровольцев.

– Ваше благородие, разрешите поучаствовать в деле моему первому взводу, – умоляюще глядя на офицера, промолвил Карась.

– Я не против, – благожелательно взглянул на взводного Мышлаевский. – А вот что скажут на это пулеметные начальники? – И он перевел взгляд на Самойлова.

– Не посрамим, ваше благородие, – сразу же откликнулся унтер, – мы с наводчиком уже достаточно опыта понабрались. Руки чешутся бить немчуру эту проклятую.

– Похвально, унтер-офицер, зело похвально, – удовлетворенно кивнул поручик. – Ваш сосед справа тоже не против.

Мышлаевский вытащил из брючного кармана серебряную луковицу часов и, мельком взглянув на них, приказал:

– Пулеметный взвод в наличном составе, с двумя пулеметными и четырьмя патронными двуколками, с полным боекомплектом, запасом продовольствия и овса должен быть в девять часов пополудни у Восточных ворот, в готовности выдвинуться на Сосненскую позицию. По прибытии на место оборудовать две огневые точки. Места расположения огневых точек я укажу на месте. Второй взвод я поручаю тебе, Карась. Вопросы?

– Все будет исполнено, ваше благородие! – вытянулся в струнку Карась. – Только зачем вам-то рисковать? Ведь командовать и поставить задачу на месте могу и я. Неужели вы мне не доверяете?

– Как же я могу тебе, Савелий, не доверять, ведь мы с тобой уж скоро год как воюем, – похлопал по плечу взводного поручик. – Просто мне самому охота в деле побывать. Ведь у меня тоже руки чешутся. Иль я не потомственный военный?

– Простите, ваше благородие, за неуместный вопрос, – виновато промолвил Карась и, получив разрешение удалиться, направился ко второму взводу, чтобы довести до пулеметчиков и обслуги новый приказ.

Передовая Сосненская позиция была расположена в трех верстах к северо-западу от крепостного плацдарма. Земляные валы с бетонными капонирами и огневыми точками начинались в версте от железной дороги и тянулись по песчаным холмам до полуразрушенной деревни Сосня, где упирались в болотистую долину Бобра.

Шведский форт сообщался с Сосненской позицией лишь по железнодорожному мосту через широкий и глубокий канал, далее путь шел по открытой железнодорожной гати до дома лесника, а к оборонительному валу вели неглубокие ходы сообщения. Перебравшись по мосту через канал, пулеметный взвод до наступления