Прыжок в прошлое - Сергей Шхиян

От моей учености и обилия непонятных слов у генерала отлегло от сердца. По-моему, он думал, что я не прочь найти случай попользоваться его супругой. Чтобы успокоить его окончательно, я рассказал, что приехал в город исключительно для того, чтобы восстановить украденный в дороге гардероб. Что мой странный наряд — не признак чудачества, а результат плохой службы дорожных смотрителей, попустительствующих воровству на большой дороге.

— Но позвольте, — не сдавался генерал. — Кататься одной, без сопровождения… Чего ей дома не хватает? Кто ей здесь мешает? Думаю, это просто неприлично!

— Князь, — удивленно сказал я, — как можно вам, генералу и кавалеру, считаться с мнением лавочников и коллежских регистраторов?! Чтобы княгиня, супруга героя, не могла совершить прогулку по городским окрестностям из боязни, что ее может осудить жена какого-нибудь титулярного советника! Притом, она будет ездить не одна, приставьте к ней какого-нибудь благонравного кучера. Я вам помогу такого подобрать. В конце концов, вам что, не дорого здоровье жены? Вам нравятся истерики?

— Упаси Боже! — воскликнул генерал, крестясь. Между тем мы, разговаривая, вошли в спальню, где в постели лежала свежая, как заря, улыбающаяся княгиня. Генерал остановился как вкопанный, глядя на преобразившуюся жену.

— Анна Сергеевна, голубушка моя, как ты?!

— Ах, мои шер, иди, поцелуй меня, — ангельским голосом сказала княгиня, — я так тебе благодарна за твою заботу и за доктора… Он просто кудесник! Ты знаешь, как я тяжело больна, но теперь мне легче. Ну, иди ко мне, друг мой, поцелуй меня, я так по тебе соскучилась!

От такого приема генерал, как пень, остался стоять на пороге, не зная, что и подумать.

— Ну, иди ко мне, — опять позвала его супруга и даже протянула к нему ручку.

У старого вояки на глазах выступили слезы, и он бросился к вновь обретенному семейному счастью.

— Матушка, голубушка, ангел мой, — бормотал влюбленный супруг, — я так рад… Доктор Крылов вот твердит, что тебе полезны прогулки на пленэре… Только в одиночестве…

— Куда же я без тебя, мои шер, — ласково говорила Анна Сергеевна, обнимая седую мужнину голову. — Если доктор разрешит, то только с тобой…

— И я бы так хотел, мой ангел, да вот доктор не велит…

Я со слезами на глазах смотрел на семейную идиллию и радовался, что я пока не стар, и мне нет нужды покупать себе ласковое слово.

— Ах, как, это грустно — быть одной, однако ежели надобно…

— Что поделать, мой ангел, твое здоровье дороже! Вот доктор говорит, что тебе нужна тишина, чтобы кучера молчаливого подобрать. Может, нашего глухонемого? Ты его помнишь?

— Откуда, мон шер, у нас столько дворни…

— Я пошлю за ним. Присмотрись. Тебе решать. Он холоп смирный.

Генерал приказал одной из камеристок позвать немого.

— Это все пустое, мой друг, как ты велишь, так и будет, — продолжала ворковать княгинюшка, перебирая седые редкие кудри супруга. — Доктор, мы хотя и не по домострою живем, но мужа я во всем почитаю, — разъяснила мне Анна Сергеевна. — У нас муж во всем голова.

Не слышавший столько ласковых слов со дня свадьбы генерал, был, по-моему, готов на все что угодно, только бы ублажить жену.

Между тем пришел глухонемой. Это оказался тот самый кучер, что привез нас сюда, только на сей раз без красной рубахи и треуголки. Теперь он был в холщовой рубахе и портках, и от него разило едким лошадиным потом. Я посмотрел на него с точки зрения женщины. Для определенных потребностей парень был хоть куда: мощная шея, тяжелые покатые плечи, крепкие, кривоватые ноги…

— Фи, как он дурно пахнет, — капризно сказала Анна Сергеевна.

— Это ничего, мой ангел, — со знанием дела объяснил генерал, — это лошадиный пот, вещь очень полезная для здоровья.

Княгиня, слушая мужнины глупости, с интересом рассматривала кандидата в фавориты. Судя по ее выражению лица, он ей понравился.

— Пусть его доктор посмотрит, нет ли у него заразы, — сказала она и незаметно мне кивнула.

Я оставил супругов во вновь ставшим уютным гнездышке, и повел глухонемого в соседнюю комнату на осмотр. Парень оказался довольно смышленым и быстро понял, что я велю ему раздеться. Привыкнув не удивляться барской дури и капризам, он без смущения скинул с себя штаны и рубаху и спокойно дал себя рассмотреть.

Надо сказать, что княгине попался очень неплохой экземпляр мужчины. Я даже засомневался, не слишком ли он здоров для достаточно хрупкой генеральши. Однако предоставил ей самой решать, что для нее хорошо, что плохо.

Разрешив кучеру одеться, я жестами велел ему пойти в баню и помыться.

Он все понял, кроме того, что ему вскоре предстоит.

— Вполне здоров, — сообщил я супругам, вернувшись в спальню. — Никакой заразы на нем нет. Я велел ему помыться. Так что завтра можно и начинать.

Супруги между тем продолжали сюсюкаться, стараясь перещеголять друг друга в покладистости.

— Только вот что, доктор, — сказал генерал, — может быть, вы не сочтете за труд сопроводить на первый раз княгиню?

Это, честно говоря, не входило в мои планы. Одно дело придумать интрижку, и другое — стать в ней пассивным участником. Генерал не совсем верно понял мои сомнения и разрубил гордиев узел с солдатской прямотой — вытащил из кармана лопатник и отслюнявил мне пятьсот рублей.

— Надеюсь, соблаговолите принять, — вежливо спросил он.

Я соблаговолил и взял плату безо всякой ажитации. Как я догадывался, это были очень большие деньги. Самым известным столичным врачам не снились такие гонорары.

С другой стороны, кто из тамошних светил мог похвастаться, что за час сумеет вернуть в семью мир и любовь?..

— Хорошо, пусть княгиня заедет за мной.

— Завтра едем гулять! — обрадовано захлопала в ладоши Анна Сергеевна.

— Вы не подскажете, господа, здесь есть хороший ювелирный магазин? — спросил я хозяев.

— Вы хотите сказать, ювелирная лавка? — уточнил генерал. — А вам на что?

— Хочу сделать презент даме сердца, можно сказать невесте.

— Так у вас здесь невеста! — обрадовался подозрительный муж. — Кто, если не секрет?

— Она не местная, — не стал уточнять я. — У нее есть чудесное кольцо с изумрудом, может быть, удастся подобрать к нему серьги.

— У меня есть изумрудные серьги! — вмешалась в разговор княгиня. — Помните, мои шер, те, что мне подарила на именины княжна Анастасия, я их все равно не ношу… Ежели вы позволите…

— Делайте, что хотите, мадам, — без большого энтузиазма согласился генерал.

— Полноте, княгиня, — возразил я, — лучше я сам что-нибудь подберу у ювелира.

— Ах, доктор, какие здесь ювелиры… Их, поди, и в губернии не сыщешь. Мне, право, эти серьги ни к чему. Княжна Анастасия их как бы в насмешку подарила зная, что они не подходят к моим глазам.